Имба (СИ)
— Так что пока нам интересно, а сможешь ли ты заинтересовать нас в своей организации, ещё предстоит узнать, — опасно сверкнул шаринганами Итачи, коротко ухмыльнувшись.
Глава 19. Братские узы
Описывая все преимущества организации «Акацуки», которая переделает мир, Обито так увлёкся, что даже не заметил активации техники: шаринган Итачи и не думал прятать, ну а «потерянный брат» был слишком уверен в себе. С помощью Кото Амацуками удалось запечатлеть Обито на Шисуи: у них было с Обито совместное «обещание» и один Кагами-сан на двоих. С уровнем интеллекта, запечатанного какой-то техникой, Обито даже не задумается, почему вдруг так проникся Шисуи, а если они выступают в роли «два в одном», то в идеале — и к самому Итачи. Потому что они трое — Учиха и «братья». Если иномирянин не лгал, Обито не знал подобных уз, ни от сокомандника, ни от семьи, а значит, несмотря на уже приличный возраст, сможет развить свои сентиментальные чувства по отношению к ним. Главное, и самим идти в этом навстречу.
— То есть в твоей организации самые сильные шиноби во всём мире? — заинтересованно протянул Шисуи, когда Обито выдохся. — И они решили ополчить против себя все Пять Великих Стран?
— Почему? — спросил Обито.
— Если вы хотите собрать всех биджуу и лишить страны их джинчуурики, то рано или поздно организацию раскроют и разразится война, — сказал Итачи. — Страны даже могут объединиться против общего врага.
— Тебя это пугает, Итачи-кун? — попытался подначить Обито.
— Нисколько, Обито-нии-сан, — фыркнул Итачи. — Не факт, что у «Акацуки» всё получится. Да и как удерживать такую толпу джинчуурики? Или мы тебе в качестве охранников нужны, чтобы использовать силу шарингана?
— Нет, не в качестве охранников, — помотал головой Обито. — У меня есть особый Призыв… в который можно поместить распечатанного биджуу. Статуя Демона.
— Звучит круто… — протянул Итачи, кивнув Шисуи, что уже использовал Кото Амацуками.
— Так ты что, кормишь биджуу этого Демона из статуи? Иначе зачем тебе столько чакры, нии-сан? — спросил Шисуи.
— Я… я хочу с её помощью изменить мир, — твёрдо сказал Обито, быстро мазнув по их лицам недоверчивым взглядом.
— Изменить мир? — разыграл удивление Итачи. — Звучит малореально. И зачем его менять?
— Это позволит воскресить тех, кто уже ушёл.
— Хочешь использовать Нечестивое Воскрешение? — уточнил Итачи. — А нафига тебе тогда биджуу? Или ты всех мертвяков решил воскресить?
— Звучит как-то не очень, — кивнул Шисуи.
— Нет, меня интересует всего один человек, — признался Обито. — И что за Нечестивое Воскрешение?
— Ну, оно весьма корявое. Призыв души из Чистого мира, помещение его в тело, его Сенджу придумали, — пробормотал Итачи. — Хн… Ещё есть то реальное воскрешение в обмен на жизнь, у Суны, — пощёлкал он пальцами, делая вид, что вспоминает. — Но надо медика найти и… интересно, если использовать биджуу, чтобы самому не сдохнуть? Хн.
— Если только реально силу биджуу использовать, — пожал плечами Шисуи. — И я не позволю тебе рисковать, твой ранг медика не столь велик, чтобы опять экспериментировать.
— Да, и там полностью тело нужно, — кивнул Итачи. — А для нечестивого достаточно немного ДНК.
— Если Обито-нии-сан хочет воскресить родителей, то… — Шисуи вздохнул.
— Да, Учиха обычно сжигают, — покивал Итачи. — От них не остаётся ничего подходящего для таких техник.
Обито только головой крутил, слушая их разговор.
— А у тебя что за метод, нии-сан? — посмотрел на него Шисуи.
— Я… Подождите. Получается, есть как минимум два способа, чтобы воскресить Рин? — спросил Обито, который выглядел ошарашенным. — И… её тело у меня есть.
— Рин? — переспросил Итачи. — В смысле, та твоя сокомандница, которую убил Какаши?! Ого, вот это поворот. И у меня профессиональный вопрос: как ты хранишь тело и насколько оно… э… сохранилось?
— Я храню её в своём суб-измерении, — выложил им Обито. — Значит, её можно оживить?
— Погоди, а разве она не?.. — переглянулся с Итачи Шисуи. — Она вроде в юном возрасте погибла, или как?
— Да, ей было тринадцать, — кивнул Обито. — Прошло уже почти девять лет.
— Прости за нескромный вопрос, нии-сан, но зачем тебе тринадцатилетняя девчонка? — спросил Шисуи. — И куда ты её денешь в организации «Акацуки», где… ну, вы, может, и как-то совместно выполняете миссии и прочее, но совсем не друзья, и любой из этих шиноби захочет иметь рычаг влияния на тебя? Ну… если вдруг правда оживить её.
— Я… я о таком не думал, — замялся Обито. — Мне будет достаточно, что она жива… Я… испытываю к ней тёплые чувства. Но да… в «Акацуки» ей не место.
— Ты же понимаешь, что её придётся оставить в Конохе или каком-то безопасном месте, да? — сказал Итачи. — Даже в нашем клане… Хн… Выдать за родственницу из Рю, Шии-кун?
— Да, — кивнул Шисуи и пояснил. — Моя мама из Рю, из тех Учиха, думаю, она бы согласилась приютить твою подругу. Какой специализацией твоя Рин владела?
— Она была медиком, — Обито, кажется, не поспевал за ходом их мыслей и уставился на них вытаращенными глазами.
— А если её увидит Какаши? — спросил Итачи, разыгрывая сомнение. — Хотя… девять лет прошло, и у него теперь нет шарингана, чтобы чётко проанализировать физиологические параметры… Да и потом, медика можно сунуть в госпиталь, там есть знакомые.
— Вы… правда хотите оживить Рин? — не выдержал Обито. — Но зачем это вам?
— Будет лучше, если твоим «рычагом» будем владеть мы, а не «Акацуки», нии-сан, — сказал Шисуи.
— Да, и если мы поместим твою девчонку в клан и Коноху, значит, ты будешь защищать нашу деревню и наш клан от своих, — ухмыльнулся Итачи. — Всё честно, Обито-нии-сан.
— Что-то вроде заложника? — понял тот.
— Ну она же твоя невеста, верно, нии-сан? — спросил Шисуи, отчего даже в темноте было видно, как смутился Обито. — Значит, может расти в клане, пока не войдёт в нужный возраст, а моя мать обещала твоей бабушке присмотреть за тобой.
— Я… Ну… Это…
— Покорим весь мир, и женишься на ней, — поддакнул Итачи. — Пусть пока в возраст войдёт. Раз так вышло с её смертью. Мужчина может быть намного старше женщины, а девять лет это и вовсе ерунда.
— Да, вспомни Кагами-сана, — кивнул Шисуи. — Тебе он дедушка, а мне — отец.
— К тому же мы — братья и должны помогать друг другу, особенно если это выгодно всем сторонам, — сказал Итачи, который снова посмотрел статус Обито и отметил, что его репутация с пяти единиц «интереса» скакнула до тридцати — «уважения».
— Да, важно доверять друг другу, — покивал Шисуи. — До встречи с тобой у меня был лишь один сильный брат, который достоин стоять со мной плечом к плечу или спиной к спине хоть против всего мира, и я буду рад, если появится второй.
Глаза Обито чуть округлились, Итачи слышал, как быстро забилось его сердце от волнения.
С учётом «отставания в развитии», которое подтвердилось и косвенно с помощью «Системы», а не только словами иномирянина, для Обито такие «детские признания» были вполне по возрасту. Он потерялся в своих тринадцати, при этом не был ни в АНБУ, ни «гением клана», на которого возлагались слишком большие надежды и чаяния, а на войне на единственной серьёзной миссии слился. После встречи с «Мадарой» — и ещё вопрос, Мадара ли это был — Обито побеждал каких-то своих соперников чисто на голой силе, с резервом-то больше пятисот чуу, тогда как средний дзёнин может противопоставить тридцать-пятьдесят, чего бы и не побеждать, даже просто чисто на выносливости. А многие ходы Обито подсказывал приглядывающий за «марионеткой» тот чёрный тип, созданный из «воли Кагуи». Значит, такого сильного, но не слишком умного и управляемого «братца» стоило переключить на себя, раз его так зациклило на этой Рин — дадим Рин, что поделать.
— И… как вы собираетесь её оживить? — спросил Обито. — И когда?
— Ну, по идее, всё следует сделать до того, как мы присоединимся к твоей организации, — пожал плечами Шисуи. — Так что… Хн?