Широка страна моя родная (СИ)
- А что же мешает его дать, если уже и ресурсы есть под это дело, и структура создана, и, как я понял, схема поддержания легенды запущена? Не удивляйтесь, я не ясновидящий, я просто уже здесь читал о том, что в Межгорье «создано крупнейшее хранилище госрезерва».
- Молодец, если понял, какая легенда запущена! Благодарите за отсутствие реальных шагов своё появление в Советской Республике.
- Как это? – удивилась Наташа. – Ведь нам ставилась задача именно достичь Советской Республики, собрать максимум информации о ней, а потом передать её вам.
- Ставилась. И вы с ней прекрасно справились. Можно сказать, идеально справились! Но своим появлением там вы вызвали в Советской Республике такие потрясения, что… человек, который способен отдать приказ о переходе к реальной работе, не может этого сделать.
- Но почему?
- Вы, Наталья Викторовна, как юрист-международник, должны знать, что такое статус переговорщиков. Статус генерала Воздвиженского как заместителя председателя правительства – временщик. Уж простите за прямоту и недипломатичность, но с правовой точки зрения это именно так. Точно такой же статус и у главы правительства, и у руководителя парламента. Кем они будут через пару месяцев, неизвестно никому. Нет, с высокой степенью вероятности Воздвиженский сохранит свой пост руководителя Службы госбезопасности. Но любые договорённости с ним через те же два месяца могут превратиться в благие намерения, в пыль. Как и договорённости с главами правительства и парламента.
Возможно, новые составы Верховного Совета и правительства Советской Республики всё одобрят. Но нет гарантии, что они не посчитают взятые этими лицами на себя права на ведение переговоров самоуправством. У них на данный момент нет статуса абсолютно легитимной власти. Ясно? И у нас нет возможности даже спрогнозировать исход этих выборов.
- Может, мы поможем его спрогнозировать? – не унималась супруга.
- На каких данных? Вы уже больше месяца здесь. Половину всего срока предвыборной кампании! Последнюю половину! Напомнить вам, как Ельцин начинал такую же кампанию с трёхпроцентного рейтинга, а закончил уверенной победой? Нет, Наталья Викторовна! До формирования нового парламента и правительства Советской Республики здесь никто ничего делать не будет! – жёстко отрезал куратор. – До формирования и подтверждения этими органами полномочий переговорщиков.
Не думайте, что это я такой злой или… человек, принимающий решения. Судя по привезённой вами информации, изоляционисты в Республике существуют. Есть радикалы: и леваки, готовые на всё, ради классовой борьбы, и ультралибералы, способные ради идеалов «свободного общества» развалить страну к чертям собачьим. И даже нацистские настроения кое-у-кого имеются.
- Но это же маргиналы!
- Гитлера тоже считали маргиналом, а к власти он пришёл в результате абсолютно демократической процедуры! Вы просто должны понять: из-за вашего появления Советская Республика находится на перепутье, и до подведения итогов выборов невозможно предугадать, каким путём она пойдёт, что нам ждать от будущей власти.
Челябинская область, Миасс, 2002 год, 09 ноября, суббота 12:05
«Симбир» ещё не обкатан, поэтому мы не торопимся. Да и где разгоняться-то? Пока перекрёсток на Воскресенск по М5 не проедешь, чуть ли не сплошной чередой идут населённые пункты. Потом чуть полегче становится…
Наташа едет этой дорогой на машине впервые, ей всё интересно. И на Оку с моста возле Коломны поглядеть, и на купола храмов этого чудесного города полюбоваться, и названия разнообразных деревенек под Рязанью, в которых присутствует название «Дворики», почитать. Чуть ли не истерика с ней приключилась, когда почти на выезде из Луховиц она прочла название ручейка.
- Коля, смотри: Вобля! Вобля!
Нечто похожее творилось, когда проезжали населённый пункт Конобеево и реку Шача в Шацке.
Едва ли не насильно заставил жену перекусить после долгой тянучки на объездной дороге в Рязани: просто знал, что до Мордовии кормить её не буду. А вот в Мордовии…
Село Умёт я считаю жемчужиной трассы М5! Представьте себе сельскую улицу длиной около трёх с половиной километров, на которой находится около пятисот самых разнообразных точек питания. От лотка-времянки до вполне себе просторного советского общепитовского заведения. Но это крайности, а основную массу составляют крошечные, на один-три столика, кафешечки с вкуснейшей, здесь же приготовленной домашней едой. А названия чего стоят! «Едун», «Едок», «Привал», «Остановись!», «Как у бабушки». Не говоря уже о совсем уж банальных «Шашлыки», «Кавказская кухня», «У Валентины», «Волга», «Наташа», «Домашняя еда».
Всё начиналось в первые годы 1990-х, когда в Умёте закрылось единственное предприятие – леспромхоз. К молодому мужчине, живущему прямо на проходящей через посёлок трассе М5, приехали гости, и он решил попотчевать их шашлыками из свежезабитой свиньи. Распалил мангал перед палисадником, на обочине дороги, и принялся жарить мясо. Каково же было удивление, когда перед его домом одна за другой стали останавливаться машины, а водители и пассажиры уламывать парня продать им хотя бы один шампур с готовым шашлыком.
Уже на следующий день, проводив гостей, он разжёг мангал в расчёте на продажу шашлыков проезжающим. И не прогадал! Сидящие без работы соседи отреагировали мгновенно, и через год обочины шоссе обросли крошечными срубами и времянками, где каждый проезжий мог не только отведать шашлыки, но и похлебать супчика, загрузиться пирожками, попробовать самые вкусные на свете пельмени.
Наташа была в шоке, увидев эту тонущую в море огней и кухонных дымов роскошь. Жаль, не везде можно было остановиться из-за вереницы фур и легковушек, забивших практически всю обочину трассы по обе стороны дороги. И всё же свободное местечко мы отыскали, и не только наелись, но и запаслись перекусом в дальний путь. Поэтому моя любимая довольно поглядывала на проплывающие мимо пейзажи.
А полюбоваться было на что, несмотря на то, что вскоре уже стало смеркаться. Мордовская тайга в окрестностях Зубовой Поляны, Спасск, спуск к речке Ломовка возле Нижнего Ломова, сторожевая башня и остатки оборонительного вала на окраине Мокшана. В Мокшане нас впервые попытался остановить на посту ГАИ ошалевший за день инспектор, но его напарник, разглядев наши номера, испуганно замотал своим жезлом: мол, проезжайте и не вздумайте останавливаться!
К сожалению, из-за темноты не удалось полюбоваться просторами, открывающимися на спуске в долину возле села Рамзай. А вскоре мы уже въезжали в Пензу. Тут я влетел на нарушение скоростного режима. Объездная вокруг Пензы ведёт через лесной массив, и многие воспринимают его как окончание городской черты. А местные «работники жезла и свистка», зная об этом, устраивают засады с радаром. И хотя я тоже знал, заговорился с Наташей, пристроившись в хвост ещё одного такого же, как мы, «столичного гостя». Только когда выскочивший из кустов инспектор принялся махать жезлом, бросил взгляд на спидометр и заметил, что ехал со скоростью около восьмидесяти километров в час. И снова инспектор, прочтя наши «оперативные» номера, не стал задерживать.
Ещё одно красивейшее место, которое мы толком не посмотрели из-за темноты – Чаадаевка. Зато тормознулись на окраине Кузнецка, чтобы попить отвратительного староземельского кофейка: усталость уже чувствовалась, и требовалось взбодриться.
Заночевали в дрянном мотельчике на подъездах к Сызрани. Конечно, можно было бы ещё ехать и ехать, но я хотел показать жене Жигулёвские горы и перешеек между Волгой и… Волгой. Есть такое место между Сызранью и Жигулёвском, где и справа видно эту могучую реку, и слева. Разумеется, бывшую жительницу Саратова Волгой не удивишь, но здесь просто красиво! Как и на плотине ГЭС, по которой проходит трасса. Хотя из-за перегруженности грузовиками узенькой дорожки восемьдесят километров от Сызрани до Тольятти тащились почти два часа.
Зато после Тольятти, на трёхполосном автобане до поворота на Самару оторвались, постоянно держа почти 100 километров в час! В конце этого участка крутанулись по развязке, уходя на Уфу вдоль едва виднеющихся в сотне метров слева остатков вала Мензелинской оборонительной линии восемнадцатого века. И начался самый нудный кусок маршрута, на котором и глазу зацепиться не за что, и душу вытряхивает на «стиральных досках». Наташа, несмотря на моё предупреждение, намылилась было подремать на заднем сиденье, но трясло её там так, что она снова попросила остановиться, чтобы вернуться на место «штурмана». Так и промаялась почти до Октябрьского на границе Татарстана и Башкирии. Дальше пошло более или менее веселее, но стемнело, и ни озера Кандрыкуль, ни придорожных холмов рассмотреть было уже нельзя.