Широка страна моя родная (СИ)
Ещё один минус – удалённость от континента Ордена. То есть невозможность прямо влиять на происходящее на нём. Но это, в то же время, является мощнейшим преимуществом: есть запас времени для того, чтобы к моменту, когда информация о существовании Советского континента и Республики дойдёт до ушей руководства Ордена, СР превратилась в силу, способную заявить о себе. Настолько громко, что Орден просто не посмеет пискнуть что-либо против.
Сегодня же, пока монополистом в заселении и снабжении Нового Мира является Орден, ему ничего не стоит десятком привезённых «из-за ленточки» атомных бомб раскатать Республику до состояния радиоактивной пустыни и сказать, что так и было. А ещё лучше – объявить запрет на плавания за океаны: земель на континенте Ордена хватит ещё на полвека бурного переселения, и стремиться за горизонт ни к чему. К тому моменту, когда этот запрет будет снят, здесь уже снова будут дикие джунгли и почти не останется людей.
Узнать о нас Орден должен даже не от нас, а от жителей «своего» континента. Причём, узнать как о мощнейшей для Нового Мира державе, обладающей независимым от Ордена каналом связи с Большой Землёй и военной поддержкой России.
Наш главный, неубиваемый козырь в глазах Российской Федерации – наличие собственного оборудования Перехода, технология которого в РФ утрачена. Причём, оборудования, несмотря на его техническую устарелость, более совершенного, чем у Ордена. Владея этой технологией и оборудованием, только за счёт перефокусировки Точки Перехода Россия сможет активно влиять на жизнь Нового Мира, конкурировать с Орденом во всём.
Второй козырь – изначальное развитие Советской Республики как будущей части единого народнохозяйственного комплекса СССР. То есть мы быстро можем восстановить производственные мощности, ориентированные на рынок России. Разумеется, далеко не все, поскольку и структура экономики изменилась, и технологии ушли вперёд. Но у нас есть то, в чём Россия испытывает величайшую потребность. Во-первых, золото для наполнения золотовалютных резервов. Во-вторых, алмазы. В-третьих, уран. После распада СССР в РФ осталась одна-единственная урановая шахта где-то в Сибири. Слава богу, сохранили атомные электростанции, но по мере их эксплуатации может возникнуть жесточайший дефицит топлива для них. В-четвёртых, редкие виды полезных ископаемых, которые сегодня Российская Федерация закупает на международных рынках за валюту или за то же золото. Ещё один интерес руководства РФ – то, из-за чего, собственно, и был закрыт Переход. Препараты, способные продлить жизнь и вылечить опасные болезни. Небольшие поставки за высокую цену не создадут всемирного ажиотажа, но помогут нам получать из России нужных нам специалистов.
Благотворительности не будет. Будет жёсткий капиталистический подход: вы покупаете? Мы продаём. Не можете купить? Ваши проблемы! Даже просьба передать документацию на оборудование Перехода и обучить специалистов им пользоваться должна быть оплачена. В первую очередь – техникой, технологиями, оборудованием. Пусть устаревшими на Старой Земле. Наоборот, для нас это даже лучше! Безболезненно перескочить одним прыжком через двадцатилетний технологический разрыв не получится. Пусть первые поставки приучат персонал и население к произошедшим сдвигам, к изменившейся культуре производства.
Это будет выгодно и России, поскольку поможет ей избавиться от необходимости утилизации устаревшей техники. Я вас уверяю: даже банальный автопарк вчерашнего дня здесь покажется верхом совершенства! Даже устаревшие компьютеры, которые не могут найти сбыта ТАМ, смогут произвести здесь такой рывок вперёд, о котором вы даже не мечтали. Главное – торговаться, как самая черноротая торговка с одесского Привоза. У них есть то, что им не нужно, но нужно нам. У нас есть то, чего не хватает им, но нам почти не мешает.
Но в первую очередь нам нужны люди. Специалисты, которые способны обучить наших людей современным технологиям, компьютерной грамотности. Прежде всего, компьютерной грамотности, поскольку компьютеры сегодня – основа основ всех технологий. От развлечений и связи до управления сложнейшими технологическими процессами и научных расчётов.
- Такое ощущение, что ты – не майор ФСБ, призванный отстаивать интересы пославшей тебя страны, а её недоброжелатель! – помолчав с минуту, выдал Воздвиженский.
- Зря вы так, Максим Георгиевич! – обиделся я. – То, что я сейчас наговорил, точно также в интересах России, как и в интересах Советской Республики. Да, это во многом противоречит чаяниям либерального, компрадорского крыла российского руководства. Но они потому и компрадоры, что работают не на свою страну, а в лучшем случае – на собственный карман. И чем меньше им удастся положить в свой карман, тем богаче и сильнее окажется Россия.
- И всё-таки, на кого бы поставил ты, если бы тебе пришлось принимать решение. Попробуй представить себя на их месте.
- Если честно, я бы не стал класть все яйца в одну корзину. Основную ставку я бы сделал, конечно, на Советскую Республику, поскольку это выгоднее и начнёт приносить прибыль фактически мгновенно. Но параллельно искал бы возможности сотрудничества с ПРА, чтобы создать задел на будущее, когда через этот Протекторат можно будет влиять на ситуацию на континенте Ордена. И нам нужно делать то же самое: у нас с Протекторатом Русской Армии много общего, мы можем дополнить друг друга.
Лаборатория № 1, 36 год, 16 июля, суббота, 29:05
Что-то я перескочил через события того дня, когда мы ждали приезда генерала…
Выходной день был выходным далеко не у всех. Например, технари жили активной половой жизнью с двумя УКВ-радиостанциями и усилителями звуковой частоты, согласовывая это всё для организации дуплексной, то есть работающей на одной частоте на приём, а на другой на передачу, радиосвязи с возможностью подключения нескольких микрофонов. Секретчики шуршали в архиве, комплектуя копию полного комплекта документов на оборудование перехода. А Васенко экзаменовал оставшихся в наличии троих старших смены в знании принципов работы и конструкции оборудования Точки Перехода: кто-то один из них должен будет отправиться на Большую Землю, чтобы обучить тамошний персонал. Я же полдня корпел над обещанным Воздвиженскому отчётом по боестолкновениям. Пока мозги не закипели…
А когда они закипели, потащил Наташу на стрельбище воинской части.
- А можно, я тоже с вами?
Людмила явно не находила себя после изгнания из семьи и всё время крутилась возле нас.
- Конечно! Только ты стрелять-то умеешь?
- В школе на НВП пару раз стреляла из автомата!
- А из пистолета?
- Не-е-е!
- А хочешь попробовать?
Автомат она действительно разобрала и собрала «на ура». Со стрельбой с планочного прицела справилась удовлетворительно. Я дал ей испробовать коллиматорный прицел. Результаты сразу улучшились, и сопровождавший нас стрелковый инструктор охранной роты тоже загорелся желанием испытать, что это за чудо такое у меня на автомате необычного вида. Разумеется, не просто так: под такое дело я выцыганил у него сотню патронов, чтобы компенсировать то, что мы сожгли во время тренировки.
Коллиматор понравился и инструктору. Особой разницы между привычным ему АКМ и АК-103 он не обнаружил, хотя лучшую эргономику и меньший увод автомата из-за изменённой конструкции дульного компенсатора отметил и похвалил.
Первую серию из десяти выстрелов из «Стечкина» Людмила провалила. Только к концу магазина дело наладилось. Всё-таки сказался не самый эргонометричный угол наклона рукоятки. Лишь последние пять пуль легли в мишень более или менее нормально. Поторговавшись с инструктором, уболтал его на сорок «макаровских» патронов для АПБ, и мы с ним показали куда более высокий класс стрельбы. А вот пострелять ему из «Глока» не пришлось: ещё неизвестно, когда я доберусь до «Удачи», чтобы пополнить свои запасы патронов для него. Поэтому единственный «глоковский» магазин, приговорённый к уничтожению, жгли втроём: я, Наташа, и оставшиеся в нём пять патронов – Людмила. Которой это оружие очень понравилось из-за его удобства. А она понравилась оружию, позволившему девушке ни разу не промазать по цели.