Беркутов-Туманный (СИ)

— Вы у меня такие умнички, что нет слов!
— Из-за того, что не бросились тебе на помощь? — уточнила мелкая.
— Ага…
— Так мы ж, вроде, пообещали, что так будет всегда… — без тени улыбки напомнила Оля, дала время свыкнуться с этой мыслью и попросила рассказать, чем все закончилось.
Рассказал. Во всех подробностях. И пробудил в Уфимцевой нешуточный энтузиазм:
— Хе-хе: их нежелание дарить конкурентам настолько дорогие артефакты сыграло нам на руку — сейчас ты покажешь мне место, с которого этот Тёма работал с аурным сканером, и если иллюзорный дубль действительно «лег», а не поменял одну «картинку» на другую, то я доведу вас до пещеры!
— Ты хочешь сказать, что… — начал, было, я и ответил на незаданный вопрос сам: — Ну да, все, что я услышал, могло говориться для этого самого Маврина. Для того, чтобы заманить его в ловушку. Так, бежим проверять!
Добежали. Точнее, допрыгали. И Света потерялась во времени, а мы с Олей уставились на «возникший из ниоткуда» глубокий овраг с отвесными стенами, россыпь валунов на противоположной стороне, высоченный холм, заросший густым колючим кустарником метрах в ста сорока-ста пятидесяти от нас и полутораметровый зев пещеры, «повернутый» на половину второго.
— Неплохое местечко… — пробормотал я, оглядев все это великолепие. — И расположено не где-нибудь, а в «пятерке».
— Ну да… — согласилась супруга. — Тут, да еще и под защитой артефактов, можно прорывать в «единичку» кого угодно. Кстати, если покажем это место Воронецким, то потеряем его с вероятностью в сто процентов. А не показать будет сложно. Из-за пленников…
— Это не единственная проблема, которую надо будет решить… — криво усмехнулся я и подобрался, заметив три знакомые энергетические структуры, появившиеся на периферии прозрения. — О, а вот и та троица! Све-е-ет?
— Это «картинка», Игнат… — шепотом сообщила мелкая, переместившись к нам. — Причем сумасшедшего качества: я запустила тестовый импульс, и волна искажений «погасла» уже в сорока сантиметрах!
— Так, стоп: об этом расскажешь как-нибудь потом! — негромко рыкнул я и надавил голосом: — А пока слушайте меня…
…План, состряпанный, что называется, на коленке, естественно, был чрезвычайно сырым. Но это позволило переделать его два раза подряд: после того, как Свободные вышли на позиции, с которых собирались ударить своих конкурентов в спину, и эдак часа через полтора-два, когда Князья почему-то решили, что эти самые конкуренты каким-то образом просочились в пещеру, задергались и тоже двинулись к ней. Да, рисковал. Снова. Но в этот раз у нас не было выбора: оставлять живыми эту троицу было нельзя. Хотя бы из-за того, что это обнуляло наши шансы спасти пленников и, что самое главное, превращало в цели нас. Почему? Да потому, что эти уроды видели, что их коллега умер от асфиксии, и наверняка располагали не только достаточным количеством денег, но и хорошими связями. А значит, могли выяснить, кто из добытчиков промышляет в этой части Пятна, купить информацию об умениях, используемых каждым, и, в конечном итоге, выйти на меня и моих девчонок. Вот я и был вынужден придумывать самоубийственный план с небольшим, но максимально возможным количеством подстраховок. И надеяться на то, что Оля со Светой, как обычно, выполнят все ценные указания идеально точно.
Приказ начинать подал после того, как Фрол и Тёма, заметив команду, поданную двумя коротенькими веточками, переместились к ближнему краю оврага, а Лёва, выйдя из рывка прямо за ними, что-то еле слышно прошептал.
Три оглушения, три сферы умиротворения, три шара льда, одна оплеуха, один туман и один разряд мы выдали от силы за секунду.
Князей, мгновенно лишившихся зрения, слуха и возможности дышать, смело с обрыва и заставило задергаться от удара Молнии. Ну, а мы изобразили зайцев. Причем стартовали перпендикулярно линиям атак и на максимальную длину рывка. Но нас спасло не это, а край оврага, принявший на себя львиную долю мощи площадных заклинаний, и то, что мы безостановочно вливали Силу в проседавшие марева. Второй удар оказался слабее ровно на треть: один из Князей не почувствовал, в какой именно точке пространства сформировались очередные рывки, врезал каменными лезвиями абы куда и превратил о-о-очень солидный участок леса в сплошной бурелом.
  
А нам повезло снова: оба навыка, «толкнувшие» нас в спину, оказались навыками Воздуха. Поэтому «порезались» раскачанными «сопротивлениями» и сняли чуть меньше половины объема защиты, но чуть не убили падающими стволами и крупными ветками деревьев. Мы, конечно же, ушли в третий рывок. Причем опять по новому вектору, заметили, что в нашу сторону рвануло два «силуэта» из трех, и… радостно взвыли, когда их «остановили» все те же деревья.
— Ваши сферы прошли⁈ — проорал я, выйдя из перемещения и указав рукой новое направление.
— Да!!! — хором ответили девчата в момент следующей «остановки».
— Тогда через пять минут вы должны быть в точке сбора! — протараторил я и, развернувшись на месте, понесся обратно…
 Глава 3 
24–26 августа 2513 по ЕГК.
…К тренировочной заимке Вронских мы прискакали в ночь со среды на четверг. Тела трех самых изможденных пленников, «прихваченных» с собой, аккуратно сгрузили рядом с опушкой, и я, серией жестов попросив напарниц смотреть в оба, попрыгал к забору. На нем все острия были целыми, поэтому пришлось совершать акробатический трюк — уходить в рывок под углом сорок пять градусов, а в верхней точке наводиться на участок земли между баней и колодцем. Получилось откровенно так себе, но пострадали не ноги, а марево. Вот я и продолжил шевелиться — переместился к большому срубу, взобрался к окну, за которым «видел» энергетическую структуру Императрицы, бесшумно вырезал артефактным ножом дыру нужного размера в правой ставне, просунул в нее руку, сдвинул защелку и проник в спальню.
Воронецкая спала на спине, разметавшись по кровати, и я первым делом прикрыл ее тоненьким одеялом. Затем склонился к уху Одаренной, способной отоварить по полной программе, и еле слышно прошептал:
— Людмила Евгеньевна, проснитесь, пожалуйста!
Как ни странно, сработало: вместо того, чтобы сходу врезать чем-нибудь убойным, Императрица сонно приоткрыла глаза, активировала сумеречное зрение, посмотрела сначала на меня, а затем на неплотно прикрытую ставню и криво усмехнулась:
— Да уж, реальный уровень моей безопасности — смешнее не бывает!
Я пожал плечами:
— Так и есть. Но я наведался к вам в гости по другой причине…
— Вы ранены? — негромко спросила она, запоздало заметив изорванную куртку, лохмотья, оставшиеся от футболки, и светлые пятна на лбу, щеках и шее.
— Попал под слишком мощную ледяную вьюгу, просаживавшую защиту быстрее, чем удавалось восполнять потерю объемов… — нехотя признался я. — Но раны уже затянулись. И мне нужна ваша помощь.
— Рассказывайте! — приказала она, окончательно проснувшись, задвинув куда подальше все эмоции и превратившись во всесильную Императрицу.
Лучший вариант объяснений я «шлифовал» всю дорогу, но все равно начал иначе:
— Мы наткнулись на так называемую «ферму» Свободных. Придумали, как выманивать этих тварей наружу по очереди, убили пятерых Князей и двух Богатырей, а Князя-артефактора нейтрализовали, добросовестно сломали и заставили провести нас на их заимку…
— Там было шестеро Князей и два Богатыря⁈ — ошалело переспросила Воронецкая.
— «Ферма» обнаружилась в «пятерке». И была спрятана под мощнейшей иллюзией.
— О, как… — неприятно удивилась она и криво усмехнулась: — Да, их Князья не чета обычным, из-за того, что дорастают до этого ранга одними медитациями, тем не менее, такое количество в одной-единственной ячейке секты — это перебор.