Беркутов-Туманный (СИ)
— Смерть нижним конечностям… — довольно выдохнул я, оклемавшись от кратковременного шока, провел еще пару десятков экспериментов в том же ключе и, определившись с оптимальным объемом Силы, требующимся для создания разрывной морозной иглы, счел этот результат более чем достойным. Вот и отрабатывал новый боевой навык до тех пор, пока девчата не закончили маньячить с продавливанием аструмовой блокировки ядра и не позвали меня на ужин.
По скальной стенке спустился в очень хорошем темпе, благо, никаких негативных ощущений в ногах так и не почувствовал, забежал в туалет, в двух словах рассказал Дайне о своих успехах, заглянул в душевую, чтобы помыть руки, и был атакован страшно соскучившимися дамами. Кстати, сходу бросаться мне на шею не стала ни одна — нарисовавшись в «дверном» проеме, они хором спросили, не чувствовал ли я, часом, неприятных ощущений на месте заживших ран, и, выслушав отрицательный ответ, ограничились осторожными объятиями. Зато, 'надежно обездвижив, вытрясли подробный рассказ о результатах экспериментов и, конечно же, захотели увидеть новый навык.
В общем, ужин пришлось отложить. Эдак на полчаса — затащив меня в хранилище и оценив КПД разрывной морозной иглы на одной из мороженных туш, напарницы заявили, что такая жуткая дрянь однозначно пригодится и им, с моей помощью нашли в закромах нужные ядра с узлами и не унялись до тех пор, пока не уговорили собственноручно приготовленные «болтушки».
О том, что очередной «шаг» вниз по коридору сделала и Уфимцева, сообщили походя, во время трапезы. Потом спросили, не передумал ли я, часом, готовить, выслушали ответ и… снова умотали медитировать. Ну, а я занялся хозяйством — раскочегарил примус, сварил шесть здоровенных порций гречки, пожарил печень изюбря, разложил еду по пищевым контейнерам, засунул их в термос и помыл посуду.
Сложив ее в прежнем порядке, намылился, было, в беседку, поболтать с Дайной, но не тут-то было: не успел я выйти в коридор, как «очнулась» жена, посмотрела на часы, сочла, что они со Светой перевыполнили дневную норму медитаций, вывела подругу из транса и на пару с нею повела меня в душевую. Да, при этом девчата усиленно делали вид, что не устали, но я прекрасно знал, насколько занудно, однообразно и морально тяжело продавливать блокировку ядра, поэтому постарался их заболтать. Правда, сначала дал маху, зачем-то став рассказывать о своих успехах на ниве готовки, но, почувствовав, что эта тема не цепляет, плавно переключился на более животрепещущую:
— Пока жарил печень, представлял вторую половину сентября в разных вариантах. Тот, в котором вы будете в Новомосковске, а я — в Бухте, очень не понравился, а диаметрально противоположный — мы пропадаем в столице до дня гонки — нереален…
— Ну да… — мрачно вздохнула Уфимцева. — Судя по результатам, которые показали машины для кольцевых гонок, затюнингованные по схеме наших «Стихий», на августовском первенстве Империи в Полетаево, без подготовки «вечный» рекорд не поставить. Тем более на «Стрибоге», на котором ты, считай, и не ездил.
«Поставить, конечно, можно. Спустив Дайну с поводка. Но это вызовет вопросы…» — справедливости ради подумал я и согласно кивнул: — Так и есть. Поэтому я побуду с вами числа до двадцать второго, а потом вернусь в бухту и переселюсь на автодром. В смысле, буду приезжать туда ни свет ни заря и тренироваться до потери пульса.
В этот момент мы добрались до душевой и ненадолго прервали разговор. Зато после того, как я разделся, шагнул в свою кабинку, выдвинул поворотную каменную плашку и влез под прохладную струю воды, ко мне скользнули обе девушки, ввинтились под руки, обняли с двух сторон и сменили тему:
— Игна-а-ат, а активируй, пожалуйста, жар!
— Зачем?
— Сегодня утром мы научились «видеть» прозрениями мелкие фрагменты энергетических структур…
— … поэтому после того, как помоемся и вернемся в пещеру, осмотрим твои стопы.
— И если увидим, что регенерация полностью затянула раны, то сделаем лечебный массаж. Чтобы он улучшил кровообращение, размягчил мышцы и все такое…
— Да и вообще переохлаждаться тебе сейчас однозначно не стоит!
Я выполнил эту просьбу, затем притянул их к себе и чмокнул в нахмуренные лбы. Потом позволил себя помыть. А когда попробовал ответить взаимностью и порадовать такой же лаской мелкую, был мягко послан лесом:
— Милый, мы хотим поставить тебя на ноги как можно быстрее. Поэтому сначала массаж, а потом все остальное…
Пришлось остывать, дожидаться, пока они ополоснутся самостоятельно, вытираться, подниматься в пещеру, послушно укладываться на наше «ложе» мордой вниз и ждать вердикта моей благоверной. А потом стоп коснулись две пары чертовски теплых и нежных рук, и я как-то уж очень шустро потерялся в воистину умопомрачительном удовольствии: да, Оле со Светой не хватало и знаний, и техники, и опыта, зато они вкладывали в каждую манипуляцию всю душу без остатка, внимательно отслеживали мельчайшие изменения в области воздействий, никуда не торопились и не только массировали, но и ласкали. Так что к тому моменту, когда мои ноги превратились в кисель, меня плющило и от удовольствия, и от внутренней потребности воздать добром за добро, и от желания.
Как вскоре выяснилось, последнее туманило сознание не только мне — в какой-то момент ладошки девчонок на мгновение замерли в неподвижности и одновременно поползли вверх. «По дороге» к заднице плавно перестали мять, зато стали добавлять к каждому прикосновению все больше и больше страсти. Тут я, каюсь, поддался искушению и поизображал полнейшее расслабление… аж минуты полторы-две. Но играть в подобные игры с оторвами, знающими меня, как облупленного, было форменным самоубийством: почувствовав, что я вредничаю, они рывком перевернули меня на спину, зафиксировали руки в положении, в котором я не мог дотянуться ни до чего… хм… волнующего, и изощренно мстили, сводя с ума самыми безумными прелюдиями. Слава богу, в какой-то момент супругу сорвало с нарезки, и она, перестав меня дразнить прикосновениями затвердевшего соска к кончику носа, знакомо содрогнулась от предвкушения:
— Светик, кажется, мы наказываем сами себя…
Глава 6
7–9 сентября 2513 по ЕГК.
…Девчата прорвались в четвертый ранг шестого сентября рано утром. Что интересно, с разницей всего в час с небольшим. К этому времени нас уже тошнило от однообразных медитаций, поэтому, почувствовав самые первые признаки начинающейся трансформации, Света издала восторженный вопль, мгновенно выбивший меня из транса, и расцеловала нас обоих, выслушала два поздравления и радостно протараторила, что на тренировку можно забить.
Мы были того же мнения. А еще настолько соскучились по движению, что… сбегали в туалет, поднялись в пещеру, попадали на ложе и заставили себя отключиться. Чтобы как следует выспаться перед изнурительным марш-броском. В общем, большую часть субботы как корова слизнула — мы «очнулись» в воскресенье в три с минутами ночи, неспешно привели себя в порядок и, как обычно, распределили обязанности — Оля взяла на себя готовку, Света — уборку, а я вцепился в термос и умотал в хранилище. Отбирать ядра для продажи.
По дороге, по традиции, заглянул в туалет, чтобы попрощаться с Дайной, так что обернулся минут за двадцать с небольшим. Потом переоделся, собрал свой рюкзак, сунулся, было, помочь жене, но получил по рукам — естественно, в переносном смысле этого слова — и пробездельничал до половины пятого.
Во время подъема по скальной стенке немного повеселился — взяв на вооружение вынужденно разработанный мною новый способ использования подпорки, девчата взлетели к верхнему краю расщелины со скоростью самых опытных скалолазов. А через считанные минуты были вынуждены опустить задранные носики — прорыв в Гридни в комплекте со второй трансформацией снова «сбили» привычные «настройки» рывков, поэтому перемещения стали получаться о-о-очень приблизительными. В общем, первые часа четыре марш-броска мы, как обычно, убили на калибровку всего и вся. Заодно испытали все то, что я понапридумывал за несколько дней экспериментов с производными каменной иглы, водяной плети, зеленого копья и еще нескольких навыков трех «новых» школ магии.