Попадос и два ствола 2 (СИ)
- Ты как? – негромко интересуюсь у Федора, прежде чем начать моститься в наиболее оптимальную для полноценного отдыха позицию, - Может чем помочь?
- Нормально, - кивает он, сняв с ноги бандаж с бинтами и колдуя над своей голенью, - Сам справлюсь. Спи давай!
- Ну, ок! Спокойной всем, коллеги…
Просыпаюсь одним из первых, еще до восхода солнца и общего подъема. Подмигиваю караулящему Вите, бросаю взгляд на уютно и заманчиво парящий котелок с утренним кофе и резво шлепаю в сторонку, выискивая подходящие кустики, еще не до конца проснувшимися глазами. Нужда прижала.
С мужиками-то, конечно, всё проще было бы, но ведь сейчас среди нас леди, как-никак. Да еще и образованная, прямо до жути! Мне теперь к ней и подходить-то без реверансов страшновато!
Брр-р! Ух! Что-то слишком прохладно сегодня с утра. Небо еще серое и похоже, само до конца не определилось – каким ему быть, предстоящим днем: веселым и безоблачным, плаксивым и хмурым или, вообще, зарыдать навзрыд в голосину...
Выстрел разрывает степную тишину, словно туго натянутое полотно!
Кажется, пуля чуть не выстригает пробор на моей голове.
Вмиг забыв обо всем, падаю на землю и распластавшись гибкой ящерицей, скольжу в сторону по сырой росистой траве.
Вот ни хрена себе: «с добрым утром», сука!
Глава 6. Утро добрым не бывает
Вот это: «с добрым утром», сука!
Новая пуля бьет в землю на месте моего падения.
Ни черта себе - "будильник сработал"! Так категорично - меня еще ни разу, спозаранку не приветствовали.
Сон как рукой сняло! Взмок мгновенно. До корней волос - словно из ведра ледяной водой окатили.
Опасливо ожидаю продолжения, но его все нет и нет. Возможно, уже и не последует?
И что это было-то? На хрена тогда огород городить?
А может, стрелявший терпеливо выжидает, пока я высунусь и обозначусь?
- Кот, ты живой?! – орет Витя из перелеска.
Хорошо ему там! За деревьями.
Размыкаю губы, во рту пересохло, как с похмелья – еле удается хрипло каркнуть в ответ:
- Жив!
- Не ранен? Где стрелок!? Засек?
- Цел. Вроде, с холма, на два часа! – я справляюсь со спазмом в глотке и снова откликаюсь, координируя целеуказание, - Но не факт!
Ну, вот как-то не успел я, с перепугу - точно зафиксировать местоположение неизвестного «доброжелателя».
Хорошо, что хоть голос не пищит, а то яйца от столь бурных эмоций, куда-то, аж под самый желудок втянуло!
А над степью снова тишина… Только проснувшиеся птички снова чирикают, как ничего и не было.
Стрелявший, наверное, уже мчится по степи во всю прыть, конем ипподромным.
Кто же это, так решительно и однозначно, своё отношение ко мне обозначил, а?
Очень хочется на него посмотреть и поинтересоваться: вот за что же он меня настолько-то не любит?
- Прикройте! – кричу я и уже начав движение, запоздало понимаю, что с одним только трофейным «Браунингом» в кобуре, подобные поступки, наверное, весьма безрассудны.
Однако, Витя уже несется следом с двумя карабинами и на бегу, громко шипит:
- Куда!? Куда ж ты прешься!? Левее, левее давай – на соседнюю высотку… В клещи возьмем!
Чуть сбросив скорость, оглядываюсь и замечаю, как Джорджик с Матвеем выскальзывают из леса и, пригнувшись, забирают правее.
Видно Марго и Мустанг сейчас прикрывают нас всех.
Поравнявшись, отставной вояка передает мне мой карабин.
С оружием наизготовку, быстро взбираемся на гребень невысокого холма.
Страшновато конечно, но вспыхнувший охотничий азарт вперемешку со злобой - забивают чувство опасности.
Мы на вершине. Высотка далеко не Монблан, но осмотреться кругом вполне позволяет…
Витя припадает к окулярам своего бинокля. Я обхожусь глазами. Моя оптика осталась где-то в перелеске. Не ходить же и по нужде с перископом!?
Досадливо щурюсь от первых лучей восходящего солнца, прорвавшихся сквозь средней густоты облака и настырно бьющих в лицо.
«Да, отвяньте вы! – прикрываю правую сторону головы козырьком, все еще подрагивающей ладони, - Поздно встаете! И без вас уже и разбудили и взбодрили! Нашлось кому! Этот мир тоже не без добрых людей»!
- Вон он, сука! – я первым замечаю голову и широкую спину беглеца.
А стрелок не слишком-то резвый. Перемещается неуклюже, без кошачьей грации – если мягко сказать, да и скорость не поражает воображение. В общем, не гепард – однозначно. Бег на любые дистанции, похоже - совсем не его вид спорта.
И еще - перед нами точно не чернокожий и весьма странный персонаж.
Этому коню - надо бы, чуть в сторонку взять и по низиночке змейкой проскользить, а он тупо, как носорог, прямо по склону, напрямую нерасчетливо топает. Вот ведь земледав глупый! И ведь даже не оглядывается!
- Пробежимся, вместо зарядки? Поздороваемся? – чисто риторически предлагает Витя и не дожидаясь моего очевидного ответа, подносит к губам рацию:
- Жора, мы его засекли. Стрелок уходит на юго-восток. Рвите галопом так же, как сейчас - прямо между холмами. Обойдете. Он не слишком быстрый. Как понял? Прием..
- Принял, - из динамика хрипло раздается голос «красавчика», – Сделаем! Мы еще чуть правее возьмем, а вы его на нас выгоняйте.
- Понял тебя, - заканчивает радиообмен Витя и спрашивает уже у меня, - Ну, чего, стрельнуть ему левее по курсу или подождем?
- Да, рано, наверное
- Ну, тогда побежали! – соглашается он.
И мы с ним побежали. Правда, не очень далеко.
Только успеваем обогнуть следующую степную возвышенность, за которую так стремился беглец, как чуть не натыкаемся на кучку людей, укрывшихся в небольшой седловине между двумя пологими холмами…
Кино и немцы, твою маму! Эти люди, видать, ночевали здесь, ну а сейчас в их лагере царят суета и паника.
Раз, два, три… Четверо, не считая «бегунка».
Затравленно озираются по сторонам, как гиперневезучие воры, влезшие в особняк, в котором, как на грех, толпа полицейских - всем отделом обмывает очередное звание своего начальника.
А тот здоровенный буйвол, за которым мы сюда и примчались - машет ручищами и что-то втюхивает мужичкам, торопливо трамбующим вещи по мешкам.
Нас они не видят – мы с Витей вовремя успели сдать назад и нырнуть за какие-то чахловатые кустики на склоне.
- Ха, гляди, чемоданы пакуют! Хватай мешки – вокзал отходит! – усмехается мой спутник, - А ну-ка, айда на гору, Кот! Только аккуратно, не высовывайся пока. А то ведь пальнут, с такого-то перепугу…
Поднимаемся наверх и занимаем высоту, господствующую над окрестной степью.
- Этим дурням бы - сейчас не шмотки паковать, а самим сюда забраться, оглядеться и к обороне приготовится. Хрен бы мы им, тогда чего сделали! – пренебрежительно бубнит Витя, - Сразу видно – пиджаки гражданские!
Отставной майор снова берется за черную коробку рации:
- Жора ты где?
- Уже на месте! Вас вижу – мы на высотке справа. Что с этими клоунами делать будем?
- Ограничим в передвижении, предложим сдаться, - искоса поглядывая на меня, распоряжается Витя.
А я – что? Я – ничего. Киваю, соглашаясь.
Ну, а дальше - все выходит совсем просто и бесхитростно, как в самых первых, черно-белых фильмах, снятых на заре синематографа
Правда - со звуком...
Как гласит народная военная мудрость: не стоит убегать от снайпера – только умрешь уставшим.
Вот мы и лежим на вершинах двух холмов, а эти дурачки, наконец-то собрали барахло и решили свалить куда подальше.
Фонтанчики вспученной земли прямо по курсу - тут же разъясняют им, что делать этого не стоит.
Подобный привет от Жоржа с Матвеем заставляет беглецов сначала застыть в ступоре, а после и залечь.
- Вот и хорошо, - констатирует Виктор и признается, - Очень уж мне не хотелось по вчерашним «своим» долбить.
- Так это ваши? Поселковые? – невольно округляю глаза я.
- А ты сам не видишь, что ли? Я думал – ты понял, - ответно удивляется Виктор, - Не признал Киржача, что ли?