Кукловод. Повелитель сердец. Сирота (СИ)

— Вас надо перевязать.
— Поздно, ты и сам, — начала говорить Лира, но внезапно её глаза начала покидать жизнь.
— Хр-р-р-р-р-р, — захрипел Ли, в его горле была дыра.
— Не смейте умирать! — рявкнул я и полез к Лире за ножом.
Тела моих марионеток, казалось, услышали меня. Моя школьная форма была разрезана на бинты, я перетягивал конечности, останавливая кровотечение, пытался забинтовать.
— Зарастай, выздоравливай, живи! — кричал я, иногда погружая руки в тела своих марио…
— Нет, друзей, но им об этом я не скажу, — тихо проговорил я, начиная проваливаться в поток. Плоть неохотно сопротивлялась смерти под моими неустанными уговорами.
Я не заметил как прибыл отряд Наидзуко. Рина с пятого раза смогла до меня докричаться и спустя несколько минут я ехал в грузовике, все так и занимаясь сущим кошмаром. Мне дали иглу, я что-то шил, а что-то стыковал, приговаривая свою мантру.
— Это что? — удивился я, когда в грузовик загрузили еще одно тело.
— Это твоя пустышка! — прокричала Рина, так как простой голос я не слышал из-за оглушения после удара артиллерии.
— Оно еще живо? — уставился я на окровавленный кусок мяса.
— Да! — в ухо прокричала Рина.
Я занялся телами, которые все норовили умереть, в то же время два хирурга вытащили из меня две пули и семь осколков. В какой-то момент, даже не заметив, я оказался в клановом поместье, где хирурги продолжали ассистировать мне.
Почему я не передал тела оперировать им?
Да потому что я мог спасти Лире и Ли жизнь, а они нет, они лишь помогали мне определиться, что делать, а я делал.
— Как? — прошептал военный хирург Атоко. — В восьмой раз сердце сшить и запустить?
— Повелитель плоти, не иначе, — прохрипел, ополовинив бутылочку чистого спирта, Аяма. Он сшивал брюшную полость пустышки, которую мы перебрали как движок у машины и все зашили. — Господин Такеро, вам надо заживить, у меня тут…
— Сейчас, — выдохнул я, не глядя положив руку на грудь пустышки. — Восстанавливайся и живи.
— Атоко, Лира опять решила умереть. Что думаете? — задумчиво уставился я на умирающую подругу.
— Тромб в мозг пошел.
— Руководите, а я буду делать, — выдохнул я, так как мои руки давали им жизнь, а руки хирургов лишь убивали, как мы выяснили.
Я вышел из операционной когда высоко на небе висела полная Луна. Я хряпнул с Аямой немного спирта, я устал, у меня тряслись руки, я никогда не курил, но сейчас очень хотелось закурить. Я стоял с ног до головы в крови, говне и грязи, и смотрел на луну, а где-то в операционной отдыхала Лира, Ли, и даже пустышка. Они живы и точно идут на поправку. Есть все таки плюсы от того, что я кукловод.
— Таке…
— Да? — я оглянулся и увидел, что рядом со мной стоит Йоко. Рыжая бестия в белом кимоно и с бледной кожей казалась мне чем-то неестественном в этом мире боли и смерти.
— Там… Твой отец пришел за тобой, — тихо проговорила Йоко.
— Что? Кто пришел за мной? — не понимая слов спросил я.
— Отец пришел за тобой, твой родной отец, — вновь повторила Йоко.
— Отец? Мой? За мной? — проговорил я, смотря на свои окровавленные руки и прокричал что было сил. — Ну и шли его нахер! Йоко! Нахер такого отца! Нахер такую семью! Где они были когда я был никем⁉ Где они были сегодня, когда меня и всех вокруг убивали⁉ Нахер их!
Йоко мгновенно сблизилась со мной, обняла меня крепко-крепко и начала гладить. Я сдал, я был готов взорваться, я устал, но в объятиях Йоко было так хорошо… Невероятно хорошо.
— Все хорошо, Таке, все будет хорошо, — зашептала Йоко. Её белое кимоно замаралась о кровь, что была на мне, становясь единым страшным рисунком, кроваво-красным пятном на белоснежном шелковом кимоно. — Все хорошо, Таке, я тебя никогда и никому не отдам.
— Я знаю, — устало проговорил я, закрыв глаза и теряя сознание. Я не винил ни Рину, ни Йоко, но он, что пришел за мной…
Ну ничего, я поговорю с ним завтра, а пока мне надо поспать. Мои силы нужны моим марионеткам… Нет, моим друзьям, но об этом я им никогда не скажу.
Конец главы.
  
Глава 10
  
Сон лечит не только душу. Я проснулся в небольшой больнице при клане, на кушетке, Йоко спала рядом в кресле, не рискнув отнести меня домой. Все в этом мире похоже на мой старый мир, только есть одна проблема, я не похож на старого себя.
Я тихо прошмыгнул мимо Йоко и пошел искать ванну, принял горячий душ и вот, как я и ожидал, для меня подготовлена чистая одежда. И то, что кто-то позаботился обо мне, заставило меня задуматься и вспомнить о том, что надо проверить других, а не зацикливаться на себе.
Мне предстояло прожить в этом мире еще долгое время, и мне не нравились те изменения, что происходили во мне. Я протер рукой запотевшее зеркало и улыбнулся — не все еще потеряно. И направился в первую палату.
Девушка возмущалась и никак не хотела выезжать из больничной палаты на коляске. Перенести такую сложную операцию после почти проигранного боя и почти выздороветь за несколько часов казалось не реальным для неё, но не для меня. Она марионетка, и человеческие возможности для неё чужды. Её человеком-то сложно теперь назвать, хоть снаружи она девушка, простая и очень красивая. Мне виднее, я видел её изнутри.
— Я ненакрашенная, у меня цвет лица слишком бледный, — упиралась девушка. — Мне нужна моя сумочка, и вообще, еще слишком рано, мне надо восстановиться!
— Лира… — начал было говорить я но меня перебили.
— Не называй меня так! — наставила на меня палец безымянная — Прибью!
— Что, настоящее имя? — улыбнулся я, толкая коляску в коридор.
— Настоящее. И что ты лыбишься, хозяин?
— Мне нравится, как ты двигаешь руками, о, несравненная Лира, — рассмеялся я. — Под грузовиком ты мне нравилась меньше, но про цветы у могилы я не забуду.
— Придушу, — потянулась ко мне девушка и рассмеялась. — А ты точно все шрамы уберешь?
— Твое тело само уберет, я лишь попрошу его привести все в изначальный вид, хотя, все произойдет и без моего вмешательства, — толкая по коридорам коляску я то и дело ловил взгляды персонала. — Единственное, не следи за фигурой, кушай побольше, а то ты совсем худая, а теперь еще и подсушило. На будущее, тебе надо иметь пару лишних килограмм, так, на всякий случай.
— Знаю, сама уже догадалась, а вот тут на лбу и на уголках уберешь шрамы?
— Это морщины.
— У-У-У, — обиженно надула губки Лира.
— Но и они уберутся, — улыбнулся я.
— Здорово! Я вижу свет! И я буду жить! — перед дверями прокричала Лира. — Я буду красивой!
— Я рад за тебя, но мне нужно с тобой посоветоваться, — тихо проговорил я, наклонившись и перебивая радостные вопли девушки.
— Это про то, что марионетки друзья? Или про пистолет, до которого ты не мог дотянуться? — сузила глаза, посмотрев на меня, Лира. — И он оказался в твоей руке?
— Лира, как ты все это заметила, ну вот как? — удивился я.
— Если про дружбу, то лучше молчи. Между нами должна быть граница, про Лиру молчать, к сожалению, уже поздно, — вздохнула девушка. — А вот насчет пистолета… Прочти что сможешь из книг Ли. Он говорил, что у него много чего интересного, ну а потом уже думай сам, а надо ли тебе так усложнять нашу жизнь?
— Объясни более ясно, не забывай, мне двенадцать, я не все понимаю.
— И вправду, забыла. Для меня ты просто маленький мужчина. — усмехнулась Лира. — Двустихийники гордость любого клана, например, я наводила справки про твою боевую группу, так, на всякий случай. Физик Эйто гордость клана, на поле боя он будет демоном во плоти, а вот Такара… Надеюсь, ты на неё не положил глаз?
— Мне двенадцать, ты о чем, Лира?
— Ах, любовь с детского возраста, ты влюбился в неё с первого взгляда. Нищий и принцесса, за которую дерутся все кланы острова, ну, кроме Наидзуко, — начала свою повесть Лира. — И она уже обратила свой взор на тебя, пока ты, великий повелитель разума, не возмужал!