Под знаком Вовки

Я хорошо помнила, как мы жили. И если что его и напрягало, никогда он этого не показывал. А лучше бы показал! Но нет же – всегда спокойный, внимательный, готовый помочь во всем абсолютно – приготовить еду, прибраться, в магазин… Да – страсти особой между нами не было. С Сергеем тогда, под запах конских какашек… пускай это так и останется для меня памятью на всю жизнь. Не только Илья – я тоже теперь знаю, как оно может…
К концу поездки, через три с половиной часа, я приняла решение закрыть заодно еще один мучительный гештальт – выяснить подробности гибели Фаттахова. Ну не государственная же там тайна?
Даже просто разрешив себе думать о нем, а потом и заговорить вслух с Ларисой, я уже почувствовала даже не облегчение… а что способна вспоминать его без слез и обмороков. Съезжу к нему, покаюсь… а дальше Лара обещала – оно сможет пережиться. Со временем, потихоньку. Ха… - печально думалось - насколько позволит моя личность, конечно. Значит долго. Ну пусть хоть так.
 Глава 42 
Самое начало штольни не было затоплено. Но она постепенно понижалась с уклоном в сторону по типу спадающего с высоты пандуса, и там в свете налобного фонаря масленым пятном блеснула черная вода.
- А состав брали на пробу? – отчего-то пришло в голову.
- И в самом начале, и когда искали здесь Комнату. Подземелья затоплены водами Прегеля и Балтики, а уж насколько они чисты?.. Проверяем периодически. Следов химвеществ, угрожающих жизни и здоровью не обнаружено. К тому же курсанты всегда работают в гидрокостюмах.
Шлеп… шлеп, шлеп-шлеп-шлеп - звук двойных шагов, прыжки света на влажных камнях стенной кладки, теряющаяся в темноте арка свода...
- Бл…! Отвык от таких ласт, - остановился по грудь в воде мужчина в черном латексном костюме.
- А вы разве не здесь тренируете?
- Сейчас больше на транспортировщиках с выходом в Балтику. Лягушка, Протон… если есть желание, потом прокатитесь – очень щекочет…
- Меня пока и здесь хорошо щекочет, - хмыкнул Фаттахов, опуская на лицо маску.
- Согласен – без привычки и здесь сурово. Но мы налегке и маршрут малой сложности. Риски есть, конечно, и здесь, но только когда ребята работают на норматив. Уверены, что схем тоннелей вам недостаточно?
- Должно быть представление над чем работаем. Уверен. Минуту! – дошло до ума, - то есть выход к морю существует, шлюзовые ворота обнаружены?
- Не найден сам шлюзовой механизм. Держитесь строго за мной, товарищ майор, - кивнул пловец, - ориентирование тоже является элементом тренировки, поэтому указателей в тоннелях нет. Не старайтесь запомнить маршрут – веду я. Сейчас в приоритете адаптация к темноте, тесноте и тишине, но самая главная ваша задача - не зацепиться снаряжением за выступы. Под водой будем минут сорок. Соблюдайте спокойствие – на нас маячки, их отслеживают. Внимание… погружение! - и поджарое мужское тело тихо, без всплеска растворилось в черной, как вакса, воде. Медленно удаляясь, под ее толщей замаячило световое пятно.
Сергей чуть присел, повторяя действие, проверил дыхание и так же мягко ушел под воду. И сразу со всех сторон его обняла глухая тишина – только громкий стук сердца в ушах и висках. Адреналин в крови, приятное волнение…
И захватило, понравилось.
Спустя два с половиной года он свободно проходил и на ластах, и на транспортировщике маршруты всех степеней сложности в полной экипировке – с оружием и снаряжением. Правда в нормативы не укладывался, хотя вначале и стремился к этому. Но потом смирился и принял для себя, что это годы и годы тяжелейших тренировок и не только здесь. А значит – высокий профессионализм. К примеру, одним из заданий будущих подводных диверсантов является марш-бросок с полной выкладкой на 100 километров, а затем плавание в гидрокостюме 10 миль, буксируя при этом груз 40 килограмм. Сдать подобные нормативы под силу единицам. Чтобы стать боевым пловцом нужно пройти самый жесткий отбор, и до конца доходит лишь каждый двадцатый претендент. Многие попросту не выдерживают колоссальных нагрузок и практически круглосуточных тренировок.
  
У Фаттахова не было и шанса сравниться с этими ребятами, как и времени на это, но свои пятнадцать часов в неделю он дисциплинированно выбирал.
В свете последних угроз, в частности подрывной деятельности на наших гражданских подводных объектах, решено было усилить подготовку соответствующих боевых подразделений. Не исключалась и возможность контрдействий, раз уж с недавних пор добрососедские отношения и даже прямая выгода для европейских соседей пустой звук. Фаттахов и сам считал, что в первую очередь должны видеть твою силу – духа, намерений, оружия. Уважение всегда начинается с признания если не превосходства, то равных возможностей. А значит всегда будь готов демонстрировать их в случае необходимости.
Самое современное боевое оснащение, как и качество подготовки потребовало финансовых вливаний, средства были выделены и для Калининградской базы. Судя по их объему, учебный полигон боевых пловцов на Балтике должен был стать основным, базовым местом подготовки, и курс был рассчитан на полгода. Затопленные подземные этажи старого Кенигсберга и морской полигон со множеством затонувших кораблей и судов решили оснастить самой современной электроникой и не только.
Это и был его участок работы – обеспечить самый высокий уровень эффективности полигона.
Несмотря на то, что он был в запасе, с самого начала ребята стали звать его по званию – товарищ майор. Находясь в этом звании, он получил тяжелое ранение, а после лечения был переведен на другую должность. А дальше, лучше узнав одну из его личностных особенностей, начальство предложило ему должность в Купавне, на засекреченном объекте с гражданскими подчиненными. И подписывать следующий свой контракт он не стал. Тогда это устроило всех, его в том числе – военная служба включала в себя отдельные понятия, отвлекающие от основных его обязанностей теперь.
Так и стал он опять майором. В силу необходимости здесь принято было обращаться друг к другу коротко, как можно короче, а его имя-отчество... Не по понятиям - как минимум.
Контингент, с которым он сейчас работал, был чисто мужским. И первое время Сергей неделями не покидал расположения, вникая в задачу, потому что – сроки… Здесь были не те конкретные, но почти творческие по сути своей задачи, которые ставились компьютерщикам. Тут имело место жесткое планирование, так же жестко привязанное к финансированию. Так что первый раз он взял выходной и вышел в город через полтора месяца после приезда в Калининград.
Зимой город был не так красив, зато сквозь прозрачные силуэты деревьев можно было рассмотреть старинные сооружения в малейших подробностях, чем он и занялся. Ходил, смотрел, вспоминал… Пару раз заходил перекусить в знакомые места.
Первый раз – в ресторан-пивоварню, где взял местное пиво, а под него треску в пивном кляре. Потом соблазнился названием «улов дня» и здесь тоже не прогадал, а на десерт попробовал вареники с вишней.
С площади Победы своим ходом добрался до острова Канта или Кнайпхофа – печального, но красивого напоминания о прусском Кенигсберге. Здесь во время ВОВ невероятно плотная застройка – город в городе, была полностью уничтожена и теперь увидеть, как выглядел когда-то остров, можно было только с помощью больших фотографий, расставленных по парку.
Сергей помнил его зеленым и уютным, но и сейчас отсюда открывались красивые виды на биржу, Кафедральный собор, Рыбную деревню и синагогу. Помнилось, что с наступлением темноты собор красиво подсвечивается. Он дождался этого, а потом рискнул отправиться в «Штайндамм», запомнившийся своей исторической атмосферой и изысканностью. Повезло – то ли по причине буднего дня, то ли зимнего времени – свободный столик нашелся, хотя в ресторане было довольно людно.
И здесь были женщины. Они обращали внимание на одинокого, дорого и со вкусом одетого мужчину с безукоризненными манерами и приятной внешностью. Проголодавшийся, он не особо разглядывал посетителей заведения и все-таки иногда ловил и просто заинтересованные, и откровенно призывные взгляды представительниц прекрасного пола.