Игровые правила (СИ)

— Практически случайно. — Руго Итольви ухмыльнулся. — Он снял у меня пятерку, но не стал играть дальше, а спокойно удалился. Ну а дальше я ему предложил сделку. Всё что он снимет с этого поганца — его, плюс награда от Лиги. Сутки мы его натаскивали у себя, и вот…
— Какой, однако, толковый юноша. — Глава объединения владельцев казино и игорных домов, покачал головой. — Хорошо бы как-то пристегнуть его к нашим делам.
  
— Боюсь это невозможно господин Шарди. — Арнида покачала головой. Он сейчас с нами, отчасти потому что ему интересно, а отчасти ему требуется крепкий финансовый фундамент. Он сейчас удовлетворит свой интерес, получит деньги, и его больше к нам не заманишь.
— Вы… с ним?
— Нет. — Арнида отрицательно покачала головой, но с таким лицом, что Шард Курал понял, что «нет» случилось не по её желанию.
А тем временем Бургал начинал нервничать. То, что ещё пару часов представлялось ему простой и даже примитивной задачей — взять в казино двадцать — тридцать миллионов курис, и лететь обирать игорные центры западного побережья, превращалось в нечто странное. Казино, на удивление, держалось крепко. Выигрыш и проигрыш колебался в пределах миллиона, что никак не устраивало опытного игрока. Не помогало даже владение силой случайно доставшегося ему артефакта. Маленький кристалл небесно-синего цвета, позволял обходить все защиты игорных магов, управляя камнями на поле. Но тут, отработанная годами система дала сбой и камни то слушались то нет. Наконец он как ему показалось уловил тенденцию, и вывалил все свои фишки на игровое поле.
— Пятьдесят миллионов на шесть — шесть. — Выигрыш давал ему четырёхкратную ставку, то есть он получал двести миллионов. От таких сумм, крупье обычно становилось плохо, и казино долго согласовывало ставку, но стоявший напротив молодой мужчина лишь кивнул.
— Ставка принята. Ставок больше нет.
За самим столом уже никто не сидел, зато вокруг стояла настоящая толпа, следившая за игрой.
Но как ни пыжился Бургал, кубики вроде бы уже вставшие на шестёрки, крутанулись ещё раз, показав пару двоек.
— Два — два. Ставок на два — два нет. Казино просит удвоить ставки или потерять их.
Какого труда Бургалу стоило сохранить видимость спокойствия, ему самому было непонятно, но он полез в карман, достал из портмоне золотую пластину Игорной Лиги, ценой в сто миллионов, служившую ему амулетом на удачу и отодвинув фишки, положил её на игровое поле.
— Ставка сто миллионов на шесть — шесть, принята. — Калашников лучезарно улыбнулся единственному оставшемуся за столом игроку. — Ставок больше нет.
Никита снова метнул кубики, и они словно живые пробежались по сукну, и ударившись с глухим стуком в отбойник покатились обратно.
— Два — два. Ставок на два — два нет. Казино просит удвоить ставки или потерять текущую ставку.
Зал слитно вздохнул, словно единый организм, а в комнате, где наблюдали за игрой все замерли.
Двести миллионов это всё что у него было на счетах не учитывая недвижимость и акции. Бургал подгрёб на поле фишки на пятьдесят миллионов, протянул руку, и юрист вложил в неё бланк денежной расписки.
Тут же подошёл юрист от казино, и когда расписка была написана и подписана, заверил её своей личной печатью, положив на игровой стол.
— Ставка на двести миллионов принята. — Никита, не глядя на поле, а смотря прямо в глаза Бургалу, нарочито медленно встряхнул стаканчик, и не отпуская взгляда, коротким кистевым движением пустил кубики по столу. Все замерли, глядя как пара костей катятся по сукну, синхронно ударяются в стенку, и откатываются на середину.
— Шесть… пять. — Никита всё также не глядя на стол, начал точными движениями сгребать лопаточкой все фишки. — Казино выиграло.
— А… — Бургал вскочил и запрыгнув на стол, бросился на Никиту.
Никто не понял, что случилось, но звук удара услышали все и увидели, как самый известный игрок на планете, падает на стол, с разбитым лицом.
Охранники Бургала только шевельнулись, как из толпы вышли шестеро здоровенных парней, с дубинками в руках, и всё стихло не начавшись. Но Никита, приподняв игрока за шкирку словно котёнка, перевернул на спину, рванул рубаху и пиджак на его груди, и под слитный вздох толпы приподнял за цепочку светящуюся каплю густо-синего цвета в кожаной оправе.
— А вот и секрет удачливости… Он задумчиво смотрел на кристалл, истекавший силой неизвестного ему типа и когда к нему протолкались два мага — антижулика, кивнул. — Ну как вам штучка?
— Да ты как её углядел-то? — Старший смены поводил рукой над кристаллом. — Вообще же нет фона у вещи!
— А он постоянно трогал его через рубашку. — Никита усмехнулся. А в ситуации, когда человек круто проигрывает, он тыкается либо за какой-то памятной вещью, либо вот. За амулетом.
Жульничество за игровым столом в этом мире было одним из тягчайших преступлений, и за Бургалом приехали из полиции безопасности, правда исписав при этом кучу бумаги, и собрав показания почти от всех, кто стоял рядом.
Работу казино удалось восстановить лишь к полуночи, но публика, распалённая невиданным зрелищем, играла как не в себя, оставляя на столах десятки и сотни тысяч.
Но весь этот праздник проходил уже без Никиты. Он правда прошёлся по залам, любезно улыбаясь посетителям, но на этом всё. Воротилы игрового бизнеса, находившиеся в столице, как-то очень быстро заполнили банкетный зал казино, куда традиционно подтянулись барышни в поисках приятных развлечений и пухлых конвертиков.
Пока игорные боссы радовались жизни и тому что прихватили за мягкое место их давнего обидчика, в дальнем кабинете, Никита и пятеро мужчин решали финансовый вопрос.
— Двести миллионов ваши. — Глава Совета отложил в сторону две золотых пластинки, с гравировкой «100 миллионов» — Обналичить сможете в нашем банке, но я не советую. У нас самые высокие проценты по депозитам, и огромная сеть филиалов. И это, не считая, что вы сможете получить деньги в любом казино, игорном доме или «весёлой гостинице» даже ночью.
— Да, пожалуй, так и сделаю. — Никита кивнул.
— Теперь по премии. Сто миллионов премии за вскрытие схемы мошенничества этого говнюка тоже ваши. — Ещё одна пластина легла на стол. — Ну и дополнительная премия за то, что вы расквасили ему морду, и сдали в полицию. Он весьма скользкая тварь, и мог запросто уйти. — Ещё одна пластина в пятьдесят миллионов легла в пачку. — Надеюсь вы довольны.
— Это более чем щедро, господин Курал. Никита не вставая поклонился. — Я не рассчитывал и на треть этой суммы. Мне, если честно, просто нечего делать с такими деньгами. У меня нет ни властных, ни экономических амбиций, а потому все эти деньги для меня просто нечто.
— Я понимаю вас, но и не могу не выполнить свои обещания. В конце концов именно вы не только вскрыли этот нарыв, но и существенно компенсировали нам потери. Сейчас по суду мы заберём всё его имущество, а там, немало. Возможно даже, что компенсация где-то сравнится с потерями. Этот говнюк грабил наши заведения лет десять, и никто его не мог ни остановить, ни поймать на жульничестве.
— А почему вы его просто не прикончили? — Удивился Никита.
— У нас это совсем не принято. — Шарди Курал пожал плечами. — Если такое всплывёт, головы полетят гроздьями. Да и демоны с ним. — Главвбосс, сгрёб все пластинки протянул помощнику, и тот сложил их в небольшую коробку.
— Чтобы вы не таскали такие деньги, их сейчас отправят особой инкассацией в банк, а вы приходите туда завтра, и они всё оформят. Чековую книжку, жетон владельца и всё остальное.
Когда он вышел из кабинета, на часах было уже два часа после полуночи. Из зала на втором этаже неслась ритмичная мягкая музыка и задорные охи и крики, а волны сексуальной энергии растекались по всему игорному комплексу. Никита усмехнулся и собрав синюю силу в плотный вихрь, запустил его прямо сквозь перекрытия и сразу громкость криков прибавилась, почти перекрывая музыку.
  
Такси вызванное портье, подрулило ко входу, и стоило Никите сесть, как ворвавшись в салон, рядом плюхнулась Арнида.