Тень (СИ)
«Что это было? То, как этот мужчина смотрел на меня, думал обо мне, хотел меня! Что же это было?»
Сейчас, пролистав почти всю жизнь этого обычно скрытного, всегда застегнутого на все пуговицы человека, ощутив его чувства своими собственными, поняв причины поступков, женщина вдруг поняла, что сама полюбила его. Она не имела понятия, когда это произошло, как это случилось? Но в своих чувствах была совершенно уверена. Из ее синих, так волновавших мрачного хогвардского зельевара глаз слезы потекли с удвоенной силой.
«Да! Мантикора вас всех задери, Я ЛЮБЛЮ СЕВЕРУСА СНЕЙПА! Мерлин Великий... и прости, Господи...»
А он любит Лили.
Вдруг женщина замерла, затаив дыхание, слезы высохли, картинки чужой памяти вновь замелькали в мозгу, чужие чувства заполнили грудь.
Накатившие вдруг волной обида и ревность так же внезапно отступили. ЕГО сердце сейчас билось в ее груди. И в этом израненном, запертом на сто замков и спрятанным под тоннами льда сердце вполне хватало места им обоим!..
Да, Северус Снейп всю жизнь любил Лили Эванс, и она никуда не делась. Эта рыжеволосая девчонка, вывернувшая на изнанку душу тощего чумазого мальчишки, на всегда останется с ним. Но сейчас рядом с ней уверенно поселилась Катарина Миллер!
Невероятно, но в сознании этого странного мужчины они совершенно друг другу не мешали. Он не сравнивал двух своих любимых женщин. Для него они были совершенно разные и никак не соприкасались.
Просто он любил их обоих...
Только одну он потерял много лет назад, а вторую был уверен, что никогда не назовет своей.
Катарина будто выпала из реальности, пытаясь понять свои чувства и чувства вдруг ставшего таким важным для нее мужчины. Она так глубоко ушла в себя, что не слышала нарастающий гул нестройных голосов, все увереннее восклицающих –«Предатель!». Не слышала вновь разразившуюся истерикой миссис Лейстрендж и надрывный рык оборотней. Не замечала задумчивого, молчаливого Волдеморта. Не видела потемневшие лица преподавателей Хогвардса, с каждым новым воспоминанием их ученика, коллеги и директора все больше понимающих масштабы несправедливости своего отношения к тому, кто взвалил на себя столь неподъемную ношу «во имя общего блага»...
Из вновь покачнувшегося тумана проступило темное беззвездное небо, оскверненное ярким зеленоватым свечением запущенной в небо метки Волдеморта. Все голоса стихли, гул и грохот битвы остались за спиной. Мужчина в развевающейся черной мантии стоит на самой высокой башне Хогвардса лицом к лицу с тем, кого одновременно любит и ненавидит больше, чем кого бы то ни было . Северус Снейп любит Альбуса Дамблдора всем сердцем, потому что другого отца и наставника у него в жизни не случилось. Этот белобородый старик тысячу раз вытаскивал своего глупого ученика из цепких лап отчаяния и смерти, поверил в него, дал шанс. Но вместе с этим именно он, Альбус Дамблдор, много лет дергал за веревочки, будто хитроумный кукловод, исполняя порой ужасные вещи чужими руками, руками Северуса.
Сейчас зельевар будто оглох. Он не слышит ничего, кроме едва различимого шепота, словно шелест ветра. Не видит ничего, кроме слабого движения непослушных потрескавшихся губ:
- Пожалуйста, Северус...
Мольба в уже тускнеющих голубых глазах.
Безграничная пустыня в груди, потрескивая, покрывается инеем, леденеет.
Глаза в глаза – черные пустые тоннели и уставшие небесно-голубые.
- Авада-кедавра.
Собственный голос кажется чужим. Самый сильный светлый волшебник современности, самый близкий человек для мрачного, замкнутого зельевара медленно переваливается через ограждения башни и раскинувшись, как тряпичная кукла, падает вниз.
Альбус Дамблдор мертв. Хогвардс, ставший много лет назад единственным домом для одинокого мальчишки, больше никогда не примет его – убийцу. Обратного пути нет. Все кончено.
====== Глава 25 ======
Катарина уже давно перестала плакать, потому что устала. Она, так же как и многие другие, не имея возможности прекратить это безумие, изменить что-либо, просто глядела в этот ужасный экран, следила за продолжением кошмара.
В зале, наконец, стало заметно тише. Приспешники Волдеморта, тоже выбившиеся из сил, теперь сидели кто где, тихо и почти неподвижно.
Сам Лорд, притомившись раз за разом без толку бегать к своему драгоценному, но пока бесполезному зелью, притащил-таки его в Большой зал и водрузил рядом со своим троном. Хотя, сам-то темный волшебник явился налегке, а необъятный котел с бурлящим в нем желтоватым варевом следом за Хозяином левитировал грузный лысеющий мужик, то и дело тяжко пыхтя и спотыкаясь. Теперь в перерывах, а иногда и прямо во время сеансов, Лорд быстро водил палочкой над котлом, шепча очередное предположение заветного слова-ключа. Но каждый раз, раздосадованный неудачей, зло поджимал тонкие бескровные губы.
А картинки воспоминаний Грозы хогвардских подземелий все продолжали нестись перед осунувшимися лицами невольных зрителей. И насколько бы ни были люди уставшими и уже давно понявшими, чью сторону принял зельевар в этой войне, трудно сказать чьи глаза – Пожирателей смерти или членов Ордена феникса и авроров – порой расширялись больше. Например, когда в очередном фрагменте воспоминаний Снейп внушал Наземникусу Флетчеру идею переправки Гарри Поттера от родственников-маглов с помощью оборотного зелья и толпы одинаковых Поттеров. Ведь фениксовцы искренне верили, что сами выдумали этот гениальный план, а пожиратели смерти во главе с самим Волан-де-мортом полагали, что Снейп слил им крайне важную и секретную информацию. А хитрый слизеринец в очередной раз обвел вокруг пальца и тех и других.
Но это было тогда, а сейчас с каждой новой минутой силы покидали измученное тело зельевара, он медленно умирал. Воспоминания все чаще расплывались и все больше походили на сумбурную кашу, в разномастном месиве которой разобрать что-либо становилось все сложнее. Однако же события, оставившие в душе Снейпа наиболее значимые отпечатки, обрисовывались еще достаточно четко.
Полумрак. Гул камина за спиной. Длинный украшенный резными вензелями стол. Собрание Пожирателей, ближний круг. Волдеморт во главе стола. Громадная змея шипит совсем рядом. Над столом, будто подвешенная на невидимых путах висит женщина, раскинув руки и мерно покачиваясь в воздухе.
...Чарити Бербидж...
...профессор маггловедения из Хогвардса...
- Северус! Помогите! – голос несчастной женщины надрывный и хриплый.
- Ты узнаешь нашу гостью, Северус? – Волдеморт открыто забавляется.
- Да, разумеется, – ни один мускул не дрогнул на лице, голос холодный, безучастный.
- Северус! Пожалуйста!
Но мольбы несчастной зельевар практически не слышит. Он с такой отчаянной силой активировал собственные внутренние щиты и барьеры, что на миг потемнело в глазах. Он не чувствовал ничего, видел сквозь пелену тумана и слышал будто из далека. Он чувствовал – Волан-де-морт «препарирует» его мозг прямо в этот самый момент, малейшая слабина и трупов сегодня будет два.
Его защита устояла.
Однако же хруст треснувшего позвоночника полоснул слух, будто раскат грома. И тело его бывшей коллеги, медленно исчезающее в бездонной пасти огромной змеи, мужчина видел предельно четко.
Довольно явственно в памяти Снейпа отпечатались моменты гнева Лорда, после которого мужчина во всех красках изучил цвет боли – для него он почему-то был темно синим, а ее вкус – солоновато металлический вкус крови. А еще в сердце зельевара поселился бесконечный страх, животный ужас, с которым он оказался не в состоянии справиться. И боялся Гроза хогвардских подземелий отнюдь не боли или смерти. Его ужасала перспектива вновь вернуться в школу, давным-давно ставшую домом. С замиранием сердца мужчина представлял, как снова встретится со взглядами всех его обитателей. Как увидит в любимых синих омутах ненависть и презрение к предателю и убийце Дамблдора.