Эльф или не эльф (СИ)

— А вы сомневались? — я улыбнулся, стараясь скрыть собственное изумление.
Ощущение, что мне постоянно открываются новые сюрпризы, уже переставало меня удивлять. Видя мой успех, наставник принёс ещё две книги с азбуками. К вечеру я мог читать на всех трёх языках, пусть и примерно на уровне младшего школьника.
Закончив сегодняшние уроки чтения, я поймал на себе любопытный взгляд мага.
— О чём хотите меня спросить? — обратился я к Саринэлу.
— Даже скорее предложить, — встрепенулся маг. — Прежде чем мы приступим к собственно магическим занятиям, я бы предложил проверить вашу предрасположенность к разным видам магии.
— Думаете, у меня могут не обнаружиться таланты к магическому искусству? — спросил я, заметив, что наставник вновь переключился на вежливое «вы».
— Нет-нет! Судя по вашей ауре, вы обладаете потенциалом для очень сильного мага, — поспешно заверил Саринэл. — Но хотелось бы понять, есть ли у вас способности, выходящие за рамки традиционной эльфийской магии.
— И что нужно сделать?
Маг вытащил из кармана округлый камень белого цвета, размером примерно с куриное яйцо.
— Это саприт — особый магический минерал. Возьмите его и сожмите в руке, — попросил наставник, протягивая мне камень.
Я пожал плечами и сделал так, как он сказал.
Раскрыв ладонь, я с изумлением увидел, как белоснежный камень прямо на моих глазах начинает менять оттенки. Сперва он приобрёл лёгкий зеленоватый цвет, затем вспыхнул голубым, а после, словно по очереди, прошёлся чуть ли не по всей радуге. В конце камень словно «отыгрался» назад и вновь стал белым, будто и не менялся вовсе.
Наставник смотрел на меня так, будто только что увидел привидение. Его лицо побледнело, а губы чуть подрагивали.
— Этого… этого просто не может быть, — потрясённо выговорил он. — Я подозревал, что у вас могут быть наклонности к магии других рас, ведь и ваш отец, и ваша мать обладали сильными и разносторонними способностями. Но то, что я увидел сейчас, ни в какие рамки не укладывается. Если саприт не врёт, а он никогда не ошибается, выходит, вы владеете силой всех рас… и ещё чем-то, чего мы вообще не знаем. Некоторые оттенки я не припоминаю ни в одном справочнике.
«Интересно, — подумал я, — что бы он сказал, узнав о моей способности менять структуру вещества без всякого магического заклинания?» Однако я промолчал.
— Обещайте, что это останется нашей тайной, — с волнением произнёс маг. — Кроме ваших родителей никому не говорите об этом. Такого ещё не случалось в истории нашего мира… хотя, если подумать, всё, что касается вас, оказывается каким-то сверхъестественным. Вспомнить хотя бы вашу способность видеть магический узор…
— Может, тогда я попробую какое-нибудь заклинание? — сгорая от любопытства, предложил я.
— Признаться, мне самому интересно, — ответил наставник, порывшись на столе и раскрыв, кажется, книгу людей. — Давайте начнём вот с этого.
Он развернул фолиант и указал пальцем на короткую строку.
— Сначала прочтите про себя вот эту фразу и, глядя на эту свечу, произнесите её вслух.
Из ящика стола маг достал обыкновенную свечу и поставил на край.
Я запомнил сочетание букв и, сосредоточившись на свече, проговорил формулу. Ничего не произошло.
— Не спешите, — прошептал наставник. — Представьте весь процесс горения, а потом повторите заклинание.
Я вообразил пламя и снова произнёс слова. Свеча тотчас вспыхнула, озарившись тихим огоньком. Было удивительно, как отчётливо при этом колыхнулись магические линии в моём «внутреннем зрении».
— А теперь потушите свечу вот этим, — наставник перевернул страницу и показал следующую строку.
Я повторил заклинание, и пламя погасло.
— Чудесно! — радостно воскликнул маг. — Магия огня недоступна для эльфов, во всяком случае по классическим канонам.
Окинув взглядом свечу, я вспомнил колебания магических нитей и повторил их «мысленно» — без всяких слов. Свеча вновь загорелась.
— Как вы это делаете? — от изумления наставник даже привстал. — Я не услышал никаких заклинаний.
  
— Просто представил изменение «рисунка» магической структуры, которое я заметил при предыдущем заклинании, — пояснил я и тут же погасил огонь подобным же способом.
— Невероятно! Хотя… на этот раз я всё же ощутил едва заметный толчок, — прошептал маг, явно пытаясь найти хоть какое-то объяснение.
Вдохновлённый, я решил продемонстрировать ему ещё один приём. Сосредоточился, «разогнал» молекулы кислорода над фитилём — и, похоже, переборщил. Огонь вспыхнул заметно ярче, а верх свечи сразу оплавился чуть ли не до середины.
— Теперь я окончательно перестал что-либо понимать, — сокрушённо сказал наставник. — Что это было?
— Скажите, что вы знаете о природе неживой материи? — спросил я, немного поколебавшись.
— В древних трактатах лишь высказываются догадки, что любой предмет состоит из крошечных частиц, связанных между собой, — ответил он с интересом.
— В упрощённом виде можно представить, что эти частицы всегда движутся, — продолжил я. — При нагревании они двигаются быстрее. Именно так я могу ощущать и магический узор, и колебания самих этих частиц. В случае со свечой я просто ускорил движение частиц над фитилём, из-за чего огонь вспыхнул ярче.
— Очень интересно! А с мылом как произошло? — спросил маг, и в его глазах вспыхнул огонёк любопытства.
«Похоже, отец полностью доверяет Саринэлу», — подумал я и решил рассказать всё начистоту.
— С мылом чуть сложнее, — начал объяснять я. — Дело в том, что частицы, называемые молекулами, тоже состоят из более мелких составляющих — атомов. У каждого вещества своя структура, то есть упорядоченное расположение этих атомов, и от этого порядка зависит многое. Возьмём, к примеру, ретан. Ваши маги, по словам отца, пытались создать его магическим путём, но получался лишь материал, похожий на уголь…
— Перит, — подсказал маг.
— Да, перит. Прочность ретана и перита несопоставима, хотя разница между ними — лишь в расположении атомов. Теоретически, если знать нужную структуру и какие именно атомы её составляют, можно построить любое вещество. В моём прежнем мире некоторые материалы уже научились так синтезировать с помощью специальных технологий. И вот каким-то образом, руководствуясь научными законами того мира, мне удаётся влиять на эти «кирпичики» материи здесь и даже менять структуру веществ.
— Удивительно! Сколько новых открытий может принести твой опыт! — маг буквально сиял от переполнявших его чувств. — Но я умоляю, никому не рассказывай об этом. Даже древние, насколько нам известно, не умели такого…
— А может, всё-таки умели? — предположил я. — Вы ведь не знаете наверняка, что именно им было доступно.
— Верно… — маг вздохнул, успокаиваясь. — Никто не может поручиться, что древние не владели подобной силой. Возможно, часть исторических записей не точна.
Время подошло к ужину, и я почувствовал, как бурчит в животе.
— Что ж, уважаемый Саринэл, не желаешь ли поужинать? Или ты не ужинаешь вовсе?
— Напротив, ужин — святое дело, — отозвался наставник. — Предлагаю разделить трапезу в моих покоях.
— С удовольствием. И давай всё же на «ты»?
— Прости старика, — улыбнулся маг. — Сегодня я приобрёл самого необычного ученика во всём мире. Обещаю исправиться. Ну что, поедим?
Мы уселись на его тахту и принялись за всё, что появлялось на столе под рукой. Я не удержался от вопроса:
— Слушай, а как здесь еда материализуется?
— Её заранее готовят на дворцовой кухне, — ответил Саринэл. — А доставляет прямо в покои гномья магия, заложенная в самом дворце. Мы лишь даём ему команду.
— Выходит, я тоже так смогу?
— Полагаю, да, — уверенно сказал маг. — Мне кажется, тебе доступно гораздо больше, чем обычному эльфу. Нужно лишь освоить все секреты дворца. Попробуй произнести вот это заклинание и вообразить, что именно хочешь получить.
Он взял небольшую книжицу с гномьим названием «Дворец Лариния», раскрыл её на нужной странице и показал мне короткую строчку заклинания. Я воспроизвёл запись вслух, одновременно представив кувшин с соком — и через мгновение он возник на столе.