Греховный рыцарь (ЛП)

— Алекс, — простонала я. — Пожалуйста. — Я понятия не имею, о чем прошу, но, когда мое тело начинает подниматься к очередному разрушительному оргазму, несмотря на то, что он едва прикасается ко мне, мне уже все равно, что это будет.
Я знаю, что он сделает это хорошо для меня. И я… черт. Я доверяю ему.
— Лисичка, — простонал он, засасывая один из моих сосков в рот, заставляя мою спину выгнуться дугой.
Но прежде чем я успеваю по-настоящему проникнуться, он перемещается между моими бедрами и садится прямо, открывая мне полный вид на свое тело.
Его грудь вздымается, но мое внимание привлекают синяки.
— Алекс, — вздыхаю я, протягивая к нему руки.
— Я в порядке. Обещаю.
Я судорожно сглатываю, ненавидя, что он мне лжет, но понимая, что уже не раз лгала, когда он спрашивал о моей голове.
Его руки сжимают мои бедра, пытаясь заставить меня поверить в его слова, пока одна из них не отпускает меня в пользу его члена, который радостно торчит между его ног, умоляя о внимании.
Он бесстыдно обхватывает себя руками и начинает поглаживать.
У меня пересыхает во рту.
Даже с учетом порезов, синяков и отеков этот мужчина — просто бог. Его тело выглядит так, будто его высекли из камня. Одно можно сказать наверняка — он проводит много времени в спортзале.
При мысли о том, как я буду смотреть на его тренировки, весь в поту и…
— О чем ты думаешь? — спрашивает он, прерывая мою маленькую фантазию.
— Ммм…
— Румянец на твоих щеках только что перекинулся на грудь. Я хочу знать, что тебя так возбуждает.
— Я просто… — Он вскинул бровь. — Думала о том, чтобы посмотреть, как ты тренируешься.
— Тренируюсь? — Прикусив нижнюю губу, я киваю, наблюдая за тем, как его рука продолжает медленное движение. — Тебя бы это так же заводило, как меня, когда я смотрю, как ты танцуешь?
— Зависит от того, насколько тебе нравится смотреть, как я танцую. — ухмыляюсь я.
— Лисичка, я чертовски люблю смотреть, как ты делаешь все, что угодно. Когда ты близко, я напрягаюсь. Ты — наваждение, которое я изо всех сил пытаюсь разрушить.
Моя улыбка растет от его признания.
— Я знаю, каково это.
— Знаешь, что я хочу увидеть, как ты делаешь прямо сейчас? — спрашивает он, тон его голоса понижается, когда его глаза опускаются вниз по моему телу, фокусируясь на ноющей части между бедер.
Я качаю головой, не в силах говорить. Не то чтобы он мог меня видеть.
— Я хочу посмотреть, как ты играешь с собой. Я хочу видеть, как ты кончаешь.
У меня перехватывает дыхание.
Не знаю, почему меня так шокирует или смущает мысль о том, что я буду трогать себя в его присутствии.
Я делала это на экране перед большим количеством мужчин, чем хотела бы признать.
Но сидя здесь, с ним, лично… это кажется намного более… интенсивным.
Чувство вины и, как назло, стыда захлестывают мое тело.
Мне не стыдно за то, что я делаю, чтобы содержать свою семью. Но мне стыдно за то, что я позволила отношениям с Алексом зайти так далеко и не рассказала ему об этом.
— Теперь ты не стесняешься меня, Лисичка? — дразняще спрашивает он, отвлекая меня от моих мыслей.
Его глаза снова находят мои, и во мне вспыхивает уверенность.
Он хочет меня. Ему нравится наблюдать за мной, а мне, в свою очередь, наблюдать за ним.
Не какой-то случайный парень через экран. Реальный мужчина, который находится здесь и предлагает мне то, чего я, возможно, не должна хотеть так сильно, как хочу. Заставляет меня размышлять о будущем, о котором я не имею права даже думать.
Подняв руку с кровати, я раздвигаю ноги чуть шире и прижимаю пальцы к своему клитору.
Одновременные стоны срываются с наших губ, когда мы наблюдаем за тем, как друг другу доставляем удовольствие.
Это самый эротичный опыт в моей жизни.
— Вот так, Лисичка. Покажи мне все свои движения.
Его рука набирает скорость на своем члене, пока он дрочит передо мной, сперма блестит на его кончике, заставляя мой рот жаждать вкуса.
— У тебя уже дрожат ноги, — удивленно говорит он.
— Наблюдая за тобой. Это… это заводит меня…
  
— Заводит?
Я киваю, догоняя свой оргазм, который уже прямо в моих лапах.
— А я-то думал, что это ты любишь, когда за тобой наблюдают.
Мои глаза расширяются от шока. Он ведь не знает о съемках?
Нет. Если бы он знал, ему бы точно было что сказать по этому поводу.
— Ты так чертовски красива, когда собираешься кончить, Иви.
Боже. Как звучит мое имя на его губах.
Мне следовало сказать ему это раньше. Это было бы приятным дополнением к фантазиям, которые я снова и снова проигрывала в своей голове.
— Кончи для меня, — требует он за секунду до того, как вводит два пальца глубоко внутрь меня.
Это именно то, что мне нужно, чтобы переступить через край и сорваться в пропасть.
— Блядь. Ты такая тугая. Не могу дождаться, когда почувствую, как ты душишь мой член.
Когда его пальцы работают с моей точкой G, я сразу же впадаю во второй оргазм, который становится для меня таким же сюрпризом, как и для него.
— Волшебные пальчики, — ворчит он, его собственные движения становятся все более дергаными по мере приближения разрядки.
— Черт, Лисичка. Я не могу насытиться. Я…
Где-то в его квартире хлопает дверь, и мое сердце подскакивает к горлу, когда Алекс стонет, но я не думаю, что это от удовольствия.
— Йо-хо-хо, любовничек. Пора признаться во всех своих грехах, — зовет женщина.
— Блядь. Черт, — кричит Алекс, его мышцы напрягаются. — Прости меня. Мне так жаль. Чееерт!
29
АЛЕКС
Я не могу оторвать глаз от ее киски, блестящей от моей спермы.
Это чертовски завораживает.
В голове проносится мысль, но прежде чем я смогу ее реализовать, я должен спросить. — Ты принимаешь противозачаточные?
Подняв глаза, я вижу ужас Иви.
— Кто это был? — спрашивает она, полностью игнорируя мой предыдущий вопрос.
— Никто важный. Тебе не стоит о них беспокоиться.
— Алекс, в твою квартиру только что ввалилась женщина и назвала тебя любовником. Ты действительно думаешь, что я не буду волноваться, когда лежу здесь, как… ну, вот так, — говорит она, жестом показывая на себя.
— Ее это не будет беспокоить. И тебя не должно.
Мои слова ничуть не успокаивают ее. Однако я не могу сдержать ухмылку.
— Невероятно, — хмыкает она, пытаясь отстраниться от меня.
— Куда, по-твоему, ты собралась? — спрашиваю я, обхватывая ее руками за талию, чтобы остановить.
— Там кто-то есть.
— И что? Они могут подождать. Черт знает, мне уже не раз приходилось это делать.
Она хмурится, но все, что она могла ответить, забывается, когда я притягиваю ее к себе и прижимаюсь своими губами к ее.
Когда мы наконец расстаемся, нашим гостям уже надоело ждать, и они снуют по моей кухне. Иви расслабляется в моих объятиях, как только воздух наполняется гулом мужского голоса.
— Клянусь, эта женщина там — не моя. Я не настолько храбрый.
Она сужает глаза и пристально смотрит в мои, как будто может прочитать все, что я не договариваю.
— Пойдем, приведем себя в порядок, и ты сможешь с ними познакомиться.
— После твоего предыдущего комментария я не уверена, что хочу этого, — пробормотала она.
— Формально ты познакомилась с ними прошлой ночью, но что-то мне подсказывает, что ты не помнишь.
Ее глаза темнеют, когда она пытается вспомнить. Это весь ответ, который мне нужен, и, честно говоря, я чувствую облегчение от того, что она не помнит, как эта пизда прикасалась к ней.
— Поднимайся, — говорю я, поднимая ее с кровати и шлепая ее по заднице, когда она выпрямляется, заставляя ее визжать.
— Александр Деймос, ты грязный пес…, — раздается эхом в коридоре за пределами моей комнаты.
— Хорошо, что тебе все равно удается меня любить, верно, Мегера?
— Деймос.
Я смеюсь, когда иду за Иви в ванную и нахожу ей новую зубную щетку.