Греховный рыцарь (ЛП)

— Ведите, босс, — говорю я, жестом указывая на небольшое пространство перед нами.
Мы все выпиваем по рюмке и следуем за Маттео сквозь толпу к лестнице в задней части зала. Как только охрана замечает его, веревка оттягивается, и нас приглашают внутрь.
Охранник смотрит на меня и озабоченно морщит лоб, но как только Энцо хлопает его по плечу и что-то кричит ему на ухо, он расслабляется и кивает в знак приветствия.
Как только мы поднимаемся по лестнице, перед нами расстилается почти пустой VIP-зал и бар. Здесь есть танцовщицы на столах и девушки, ожидающие у бара, чтобы принести напитки, но все же ни одна из них не является моей девушкой.
Моя девушка.
Я не могу удержаться, чтобы не закатить глаза на себя.
Моя девушка — плод моего воображения, я уверен.
Лучше бы я пошел к психотерапевту Нико, чтобы попытаться заставить меня забыть об этой загадочной женщине, которая преследует мои сны, чем гоняться за ней по всему городу.
Насколько я знаю, она даже не жительница Лондона.
Удовлетворенный тем, что ее здесь нет, я поворачиваюсь к перилам, чтобы посмотреть шоу, а все остальные — рядом со мной, их взгляды устремлены на разных девушек на сцене.
Может, они и хороши, но мое внимание надолго не задерживается.
Они не те, кто мне нужен.
Движение над нами привлекает мое внимание, и я обнаруживаю набор подвесных клеток с танцующими внутри девушками.
Не знаю почему, не могу объяснить, но сердце подпрыгивает в горле, а в животе бурлит возбуждение.
В первой клетке не она, во второй и третьей тоже, но как только мой взгляд падает на четвертую, весь воздух вырывается из моих легких.
Она прямо здесь. Прячется у всех на виду. Как я и знал.
На моих губах появляется ухмылка, когда я смотрю, как она крутит бедрами в своем наряде, очень похожем на тот, который я так отчаянно хотел сорвать с ее тела не так давно.
Мои пальцы обхватывают перила передо мной, я сжимаю их так крепко, что костяшки пальцев белеют.
Берегись, Лисичка.
Я иду за тобой.
10
ИВИ
Хотя множественные оргазмы, которые я получила благодаря моему вибрирующему маленькому другу, могли бы снять напряжение после разговора с Питом на прошлой неделе, этого было недостаточно, чтобы побороть мою новую зависимость от Instagram Александра.
Я попыталась покончить с этим. Я пыталась. Я действительно, действительно пыталась.
Но… Я продержалась чуть больше двенадцати часов, прежде чем мне пришло уведомление о его публикации, и я ничего не могла с собой поделать.
Я была похожа на одну из наркоманок, живущих в нашем доме, только моя зависимость не в виде таблеток или ампул, а в виде расфуфыренного греческого бога.
Я качаю головой, вспоминая его последнее сообщение. Всего несколько часов назад он опубликовал снимок, на котором готовится к пятничному вечеру.
Он только что вышел из душа, его кожа покрыта капельками воды. Полотенце было низко накинуто на талию, демонстрируя впечатляющие V-образные линии и внушительный пресс, но не они привлекли мое внимание. Это были его глаза. Эти серебристые глаза засасывали меня и не хотели отпускать.
Именно поэтому я все еще думаю о нем все эти часы спустя, желая, чтобы время прошло быстрее, чтобы я могла вернуться к своему телефону и посмотреть еще раз.
Прошло не менее четырех часов с тех пор, как я смотрела на него, и я начинаю думать, что мое воображение исказило мою память, потому что просто фотография не может быть такой горячей, верно?
Струйка пота, стекающая по позвоночнику, заставляет меня вздрогнуть и возвращает к реальности.
К счастью, моя работа сегодня не такая уж и сложная. Я могу делать ее практически на автопилоте.
Глубокие басы музыки, звучащей в клубе, пульсируют во мне, когда я двигаю телом в такт.
Обхватив пальцами окружающие меня прутья, я прижимаюсь спиной к прохладному металлу и опускаюсь ниже.
Из-за света, освещающего меня, я не вижу людей внизу. Там может быть один, а может быть тысяча. Я понятия не имею.
Как бы я ни пыталась убедить себя, что это первое, я знаю, что мое сердце бьется так же сильно, как сейчас, потому что на меня смотрят множество глаз.
  
Еще кое-что, что я узнала о себе за последние несколько месяцев.
Мне нравится, когда мужчины — ладно, один в частности — лишают меня свободы воли, и мне нравится, когда за мной наблюдают.
Раньше мне не нравилась мысль о том, что моя сестра проводит ночи, почти ничего не одевая, и позволяет мужчинам раздевать ее взглядом, но оказалось, что я зря осуждала ее, потому что это самая раскрепощающая вещь, которую я когда-либо испытывала.
Особенно с учетом жестких правил, которые я установила.
Пусть Блейк и танцевала в этих клубах и других местах, но это все, что я делаю.
Одежда больше не будет покидать мое тело на публике, и я никому не позволю прикасаться ко мне.
Отсюда и клетка.
Подвешенная здесь, над главной сценой, она дает мне ощущение безопасности, которое мне необходимо для этого. На самом деле, это не так уж сильно отличается от веб-кама. Если не принимать во внимание тот факт, что я не могу ни с кем поговорить или даже увидеть мужчин, наблюдающих за мной. Так что все действительно по-другому. Но это доставляет мне такие же острые ощущения и оплачивается так же хорошо. Просто в конце вечера мне приходится дольше добираться до дома.
Песня заканчивается, и прожекторы ненадолго гаснут, давая мне редкий снимок толпы подо мной.
— Черт, — вздыхаю я, оглядывая переполненный бар.
В этом заведении нет ни одного свободного места.
Это осознание заставляет мое сердце биться чуть сильнее.
Я сканирую лица, ища кого-нибудь знакомого.
Вряд ли здесь будет кто-то из Ловелла. Если им и посчастливилось пройти мимо охраны, то огромная плата за вход оттолкнет их всех.
Единственные люди, которых я могу здесь увидеть, — это отморозки с покерных вечеров, но, похоже, то, что сказала мне сестра несколько недель назад, правда, и греки с итальянцами находятся в состоянии войны, или что-то в этом роде, так что знакомых лиц здесь не было.
И это то, что я пытаюсь напомнить себе, что это хорошо.
Я специально попросила Дерека записать меня в итальянские клубы, чтобы не сталкиваться с ним. Но по мере того как проходят дни и растет моя одержимость, я не могу не задаваться вопросом, правильный ли выбор я сделала.
Если бы я только могла увидеть его, пусть даже издалека, то смогла бы доказать себе, что связь, которую я помню, — всего лишь плод моего воображения, и что на самом деле вживую он не такой уж и горячий.
Продолжай врать себе, Иви, и, возможно, однажды все это волшебным образом сбудется.
Не успеваю я оглянуться, как свет снова зажигается, звучит музыка, и двери в конце главной сцены открываются, являя нам главного артиста сегодняшнего вечера.
Еще не так давно Блейк была бы на сцене, и ее танцевальные движения и соблазнительное тело приводили бы зрителей в бешенство.
Но с тех пор, как ее тело сдалось, ей приходится заниматься куда менее увлекательными делами.
Недавно она подрабатывала здесь, но просто разносила напитки, что она терпеть не может. Это слишком близко к искушению. Ей хочется быть здесь, наверху, а еще лучше — там, внизу, под пристальным взглядом. Но как бы ей этого ни хотелось, она знает, что не может этого сделать. По крайней мере, пока не может.
Я очень надеюсь, что это скоро изменится, потому что боюсь, что она сможет лишь до поры до времени сохранять мужественное лицо. К тому же я знаю, что она переживает из-за снижения своих доходов. Для нее не имеет значения, что вместе мы зарабатываем больше, чем она раньше. Она считает, что подводит семью и что она подвела меня, поставив в такую ситуацию. Неважно, сколько раз я говорю ей, как мне это нравится, она все равно корит себя за это.
Однажды…
Однажды мы найдем способ обрести ту жизнь, о которой всегда мечтали.