Долина кукол

Перед ужином она выпила мартини. Мириам смотрела на нее с изумлением. Дженифер сегодня блистала – беседовала с женой режиссера, передавала канапе, словом, вела себя, как идеальная жена голливудского актера. Дождавшись, когда подадут вино, Дженифер медленно поднялась, держа бокал в руке. Тщательно избегая неприязненно-враждебного взгляда Мириам, она произнесла:
– Хочу предложить тост за… себя. – Она прыснула. – То есть, я имею в виду, за то, что находится во мне. У нас с Тони будет ребенок.
  
Раздались восторженные возгласы и звон бокалов. Тони вскочил со стула и обнял ее. Но от Дженифер не укрылось то, как громко ахнула Мириам, а на лице ее появилось потерянное выражение. Когда всеобщее оживление немного улеглось, она встретилась с Мириам взглядом. Сейчас ее мясистое лицо расплылось в приятной улыбке.
Когда ушел последний гость, Мириам повернулась к Дженифер. Она все еще улыбалась ей.
– Беги-ка наверх, молодая мамаша, – съязвила она. – Тебе же теперь надо как можно больше отдыхать. Мне нужно обсудить с Тони кое-какие детали по картине, а потом отправлю к тебе и новоиспеченного папашу.
Едва Дженифер скрылась из виду, Мириам напустилась на Тони.
– Я, кажется, велела тебе пользоваться кое-чем?
– Да мы пользовались, – глуповато улыбнулся он. – Наверное, нечаянно получилось.
– Что значит «нечаянно»? – зашипела Мириам. – Эти презервативы очень прочные. Я покупаю тебе самые лучшие, они не рвутся.
– Ax да. Мы ведь уже несколько месяцев обходимся без них. Джен сказала, в этом нет нужды. Объяснила, что ей вставили какой-то там колпачок.
– Я же приказывала тебе: никогда ни одной девице не позволяй склонить тебя к такому. Можешь подхватить болезнь…
– От Джен? – Он рассмеялся. – И потом, без них гораздо приятнее.
– Ребенок свяжет тебя по рукам и ногам.
– Ну да! У нас ведь есть деньги, скажешь, нет? Да еще съемки в этой картине, и все такое. И потом, я хочу ребенка. Будет так забавно.
Боковым зрением Мириам увидела, что по лестнице к ним спускается Дженифер, и сказала Тони:
– Если у вас будет ребенок, тебе придется больше времени проводить дома.
Дженифер замерла, прислушиваясь. Тони стоял спиной к двери и не видел ее.
– Ну и что, значит, буду больше времени дома, – пожал он плечами.
– И расстанешься с той рыжей певичкой? На его лице отразился испуг.
– Кто тебе сказал?
– Послушай, от меня ничего не скроешь. Но не беспокойся, я не скажу Дженифер.
– О чем это ты не скажешь Дженифер? – та спустилась в комнату.
Мириам изобразила на своем лице удивление. Тони не на шутку перепугался.
– Да так, ни о чем, Джен, – проговорил он. – Это все Мириам и ее бредовые идеи. Просто из-за того, что я дурачусь с Бетси. Знаешь, такая рыжая в хоровой группе моего радиошоу. Просто дурачимся с ней, и все…
– Ничего себе, «дурачатся они», – резко оборвала его Мириам. – Трахает ее три раза на неделе у себя в гримерной на радиостудии. Возможно, он не пользуется презервативами с тобой, Дженифер, но я покупаю ему по целой упаковке каждую неделю, и они у него постоянно кончаются!
– Ну вот, видишь, что ты наделала! – захныкал Тони, когда Дженифер метнулась вон из комнаты.
– Ты вот что: заставь ее избавиться от этого ребенка. Послушайся меня. Тони. Это плохо для твоей карьеры. Здесь полно врачей, которые сумеют все это сделать.
– Я хочу ребенка, – упрямо твердил он.
– Тони… – вкрадчиво заговорила она. – Подумай о своем имидже на экране. Молодой, красивый исполнитель главной роли, студия объявит, что тебе всего двадцать четыре года. Ребенок повредит твоему имиджу.
– Ерунда! У Синатры есть дети. И у Кросби. Тебе не удастся отнять его у нас! – Он взбежал по лестнице вслед за Дженифер.
Та лежала поперек кровати, вся сотрясаясь от рыданий.
– Дорогая, – он сел рядом и стал гладить ее по шее, – не обращай внимания на то, что наговорила Мириам. У нас будет наш ребенок.
– «Не обращать внимания»! – Она села на кровати, по щекам ее стекала тушь. – «Не обращать внимания»! Позволять ей и дальше рушить жизнь нам обоим и даже… покупать тебе презервативы. Значит, все время, пока я сижу в этом доме, подыхаю со скуки и старею с каждым месяцем, ты трахаешь какую-то там певичку! А я здесь сижу и смотрю, как Мириам толстеет с каждым днем, вечно распоряжается и сует свой нос во все дыры!
– А что я сделаю? – простонал он.
– Вели ей убираться отсюда. С сегодняшнего дня домом буду заниматься я.
– Я не могу так поступить с Мириам. Куда же она пойдет?
– Да куда угодно! Лишь бы не жила с нами. Я даже не возражаю, если ты отдашь ей половину всего, что зарабатываешь, но только дай нам пожить своей собственной жизнью. Давай, наконец, побудем мужем и женой, а не двумя детьми под крылышком Мириам.
– Но кто же станет всем заниматься? Кто будет выписывать мои чеки, прочитывать мои контракты?
– Ах, Тони, у других же есть свои менеджеры – вот и у тебя будет.
– Но зачем мне какой-то чужак, который меня же и надует? Моя собственная сестра все сделает лучше любого из них.
– Но я не могу с ней жить! Он вдруг весь подобрался.
– Ты хочешь, чтобы я вышвырнул вон свою собственную сестру.
– То – они! – взмолилась Дженифер. – Ну что за жизнь мы ведем? Развлекаемся, только если это нужно для дела, потому что просто так устраивать вечера Мириам считает пустой тратой денег. А сейчас она говорит о покупке этого ужасного дома. Даже не спросила, нравится ли он мне. Хотя одному только богу известно, для чего нам вообще этот дом. Мы вполне могли бы жить в двухкомнатной квартире, как и живем. У нас нет никакой жизни.
– Я должен репетировать три дня в неделю, – вскричал Тони. – Должен делать шоу. Должен прослушивать новые песни и разучивать их… выступать на бенефисах… сниматься в рекламных роликах. А ты чего от меня ждешь? Чтобы я сидел и развлекал тебя? Ты знала, какая у меня жизнь, когда выходила замуж. Мириам вообще нигде не появляется. Она не ходит даже в половину тех мест, где бываем мы. В прошлом месяце мы ходили на три бенефиса без нее, а она хоть раз пожаловалась?
– Нет, но я слышала, как она часами висела на телефоне, пытаясь раздобыть себе билетик. Мы ходили без нее только потому, что со студии присылали всего два билета. Удивляюсь, как она еще не спит с нами.
– До того, как появилась ты, она уже посвятила мне всю свою жизнь и вырастила меня. Она никогда ни на что не жалуется, совершенно не думает о себе… добрая… хорошая… а ты хочешь, чтобы я ее вышвырнул!
– Тони, либо я, либо Мириам. С минуту они смотрели друг на друга, не говоря ни слова. Потом он расплылся в мальчишеской улыбке.
– Ты ведь это несерьезно, дорогая. У тебя будет ребенок – послушай, я же не уступил ей в этом, а? А теперь давай-ка спать. – Он начал раздеваться.
В полутьме он молча потянулся к ней в постели, чтобы обнять ее.
– Мы так ничего и не решили, – мрачно сказала она.
– Насчет чего?
– Насчет Мириам.
– Мириам остается. И ты – тоже. – Он задрал на ней ночную рубашку, жадно ища ртом ее груди. Она попыталась оттолкнуть его от себя. – Нет, я хочу их. Скоро в них появится молочко. Мммм… ты тогда дашь их мне пососать?
Она затряслась в беззвучных рыданиях. Тони поднял на нее глаза.
– Ну хватит, хватит, давай иди ко мне. Чего ты плачешь?
Она разрыдалась еще сильнее.
– Только не говори мне, будто ты расстроена из-за того, что я иногда потягивал Бетси.
Она соскочила с кровати. Боже! Что же это за человек! Он сел в кровати и включил свет, растерянно глядя на нее.
– Я же не люблю Бетси…
Дженифер опустилась в кресло, обхватив плечи, пряча свою наготу и вся дрожа.
  
– Зачем же тогда ты делал это? – прорыдала она. Он пожал плечами.
– Должно быть потому, что она была рядом.
– Но я ведь тоже всегда рядом.
– Не мог же я мчаться с репетиции на перерыв к тебе. А она всегда была под рукой… Но, слушай, это ровным счетом ничего не значит. Обещаю тебе, что больше у меня этого с Бетси не будет. Черт возьми, скажу Мириам, чтобы уволила ее завтра же – ну как? Ладно, хватит, ложись в постель.