Тео. Теодор. Мистер Нотт (СИ)

Наконец, он вышел в дальнюю часть деревни, примыкающую к отрогам Запретного леса. Тут редко можно было встретить младшекурсников, скорее семикурсники и те шестикурсники, кому исполнилось семнадцать, бегали пробовать крепкий алкоголь. Остановившись перед входом, Теодор сжал кулаки. Сердце колотилось так, словно хотело вылететь из грудной клетки, а голова даже слегка покруживалась.
  
Грязный, неубранный фасад создавал обманчивое впечатление, что и вовсе не колдун содержал это место. Собравшись с мыслями, Нотт потянул на себя ручку и нырнул внутрь.
Тёмное, мрачное помещение было освещено несколькими десятками парящих свечей, нагар с которых капал на пол. Неубранный пол со следами человеческой жизнедеятельности производил мерзкое впечатление, а в дальней части зала виднелась лестница на другой этаж.
В зале трактира было почти пусто. Теодор без труда нашёл взглядом отца, всё так же бородатого, пьющего с задумчивым видом из кружки пиво.
— Привет, пап, — постарался максимально сдержать дрожание голоса Нотт.
— Садись, — махнул вместо приветствия Магнус Нотт головой. — Ну, сынок… порадуй меня чем-нибудь.
Магнус достал палочку и взмахнул ей, буркнув что-то себе под нос. Из палочки вырвался магический дым, окутавший сферой их столик.
— Ты же ничего не будешь заказывать, да? Это вуаль приватности. Арабы научили, прокляни их Мерлин. Так как у тебя дела в школе?
— Тебе правда интересно? Ну… я недавно подрался с Поттером.
— Уделал его, а? Не сжёг, надеюсь?
— Нет, — Тео покраснел. Применить огненные чары ему и в голову не пришло. — Я обезоружил его и отпинал. Палочку вернул, чтобы не было проблем. Он же Чемпион Турнира.
— Турнир… да, сделали вам, конечно, приключение. Как иноземцы?
— Да, вроде, обвыклись. Они учатся, занимают наши классы. Крауч запретил мой клуб, ну, я кажется писал тебе в прошлом году.
— Да. Ты молодец, Теодор, — от скупой похвалы отца Нотт против силы улыбнулся. — Мне постоянно присылали письма целый год туда, в Иерусалим и Багдад. Так нелепо там смотрятся наши совы… даже смешно. Много уважаемых мужей, члены Визенгамота и прочие шишки предлагали сотрудничество, просили о союзничестве, работу просили. Я сначала не понял — а потом Лоури Хиггс даже ко мне туда заявился, мы же с ним вместе учились… он как рассказал, что ты его племяннику жизнь можешь спасти, так я и сел.
— Но я в итоге отказал Хиггсу в участии в нашем клубе!
— Не знаю, чем дело закончилось, сейчас этот мальчишка работает подмастерьем у Нимбуса. Это я слышал. Ты мне расскажи, почему этот ублюдок фестрала Канткакерус прислал мне письмо с рекомендациями, как тебя пороть?
— Пороть?!
— За права сквибов. Это же скандал был! Я так понял, ты познакомился с ним и его дражайшей, — отец, не чураясь, сплюнул прямо на пол, — польской женушкой? Дура редкостная.
— Ну… у них хорошие дети. Изольда понравилась Артуру, и её отец даже пригласил его, но не меня, на это лето в МАКУСА.
— И правильно, — посерьёзнел Магнус. — Этим летом здесь явно нечего будет делать детям. Ты что-то писал про эльфа?
— Да… я давно хотел предложить приобрести эльфа, а теперь у нас и вовсе есть на это небольшие средства.
— Это что за эльф такой меньше сотни галлеонов стоит? Мы продали своих за восемь тысяч каждого! И то, я не был в том положении, чтобы торговаться до десяти, как они того стоили.
— Ну… он изгнан из Хогвартской общины. Хочет заключить магический контракт, а не прикрепиться к роду ритуалом.
— Сын, ты казался мне умнее. Знаешь, сколько стоят услуги стряпчего магического?
— Сколько?
— Ну… припоминая Бэддока, который учился со мной, ну, на год старше, его отец обслуживал Малфоев и потому попал в оборот Тёмного лорда… плохие времена были. Он озвучивал цену в двадцать процентов сделки и ещё триста галлеонов за услугу как таковую.
Теодор подавил желание громко удивиться.
— Ну, один из моих приятелей — Теренс Бут. Мы с ним, эээ, уже даже заключили соглашение, что он хочет быть моим, то есть нашим родовым, законным представителем.
Отец рассмеялся и, хлопнув себя по ноге, отхлебнул хороший глоток пойла.
— Всё у тебя схвачено, Теодор. Я даже удивляюсь, как ты ещё не помолвлен! С этой своей, Уизли, да? Опасная семейка.
— Уизли, да, — буркнул в ответ юноша. — Она мне нравится, но вряд ли мы сыграем свадьбу сразу после школы.
— А зря. Потом ведь вся жизнь вот как может повернуться, — тяжело вздохнул Магнус. — Так вот… этим летом тебе точно придётся жить по новому адресу. С домовиком или без — определяйся сам. Я чувствую, я ощущаю, что Он найдёт способ вернуться, и чёрная метка на моем рукаве заставит меня откликнуться. Нам лучше с тобой потренироваться… не знаю, сможешь ли ты совершить своё дело. Будь готов. Я не хочу, чтобы ты переживал через это. У тебя друзья и учеба, а у меня нет причин влачить жизнь дальше.
Теодор хотел что-то сказать, но губы не слушались его — отец наложил на него заклятье молчания.
— Я заработал двадцать две тысячи галлеонов. Вложи их куда-нибудь на континент, или в МАКУСА. Можешь податься в Россию, там сейчас такие времена… можно заработать. Но, пожалуйста, не присоединяйся к Тёмному лорду. Он вернётся, чтобы пасть, если не от палочки Дамблдора, то от палочек всего континента, а мы достаточно вложили в его безнадёжное дело, чтобы это было для нас непосильным вкладом.
Тео беззвучно всхлипнул.
— Ты читал мои заметки по ритуалистике? — дождавшись кивка, он продолжил. — У тебя отличная память. Ты наверняка знаешь их наизусть. Проведи обряд эмансипации, как только со мной будет… покончено. Магия Визенгамота откликнется, и ты сможешь занять наше семейное кресло. Если твой Бут хоть чуточку способен, то и в другие права сможешь вернуться, мы многое имели, но всё почти потеряли. Займись своими единокровными братьями и сёстрами. Если кто-то из них родился, многие скоро могут пойти в Хогвартс, и лучше бы им уже быть под защитой рода. Это ведь будет лучше и тебе — это сейчас мы с тобой вдвоём усиливаем друг друга, и можем колдовать взаймы, а потом… пожалуйста. Ради нас с твоей матерью.
Он отпил вновь и, наклонившись через стол, утёр большим пальцем руки слезинку со скулы Теодора, и коснулся его носа.
— Ничего, Теодор. Трудности закаляют. Я был плохим отцом, будь лучше для своих детей.
Отстранившись, он достал из кармана ключ и положил его вместе с какой-то запиской, после чего встал, развеяв купол чар. Заплатив бармену, Магнус Нотт с лёгким хлопком исчез, и Тео наконец-то вернул себе подвижность. Он всхлипнул и упал головой на руки, опершись ими на стол. Отец снова поступил ни то как гений, ни то как сумасшедший, оставив его с тысячью вопросов и ни одним ответом. Почему вообще он верил в возвращение Тёмного лорда? Потому что у Поттера болел шрам? Но этого он не сказал…
Спустя несколько минут, утерев платком непрошенные слёзы и сопли, Нотт-младший взял в руки ключ от гринготтского сейфа с пометкой и какую-то записку.
«Сын. Я многое тебе не успею рассказать. Не могу. Не хочу. Что-то напишу здесь. Наш род сейчас — мы двое. Запишись на теорию магии, если её ещё преподают, на пятом курсе должен быть такой предмет по выбору. Род — магическое объединение, в котором магические ядра каждой души, входящей в это объединение, усиливают друг друга. Мы колдуем не только за счёт себя, но и за счёт других членов нашего рода, и если от рождения эта связь может быть совсем слабой, то ритуал её усиливает и углубляет. Ненавижу писать о таком. Займись нашим родом, это важно, это сделает тебя сильнее, когда я уйду. Тёмный лорд возвращается, и мне пришлось выйти на контакт с другими… из нас, скажем так. Мало кто рад, у всех дети, семьи, бизнес. Я знаю, ты умный мальчик. Защити себя, защити их. Кого сможешь. И возвысься, когда поможешь вернуть Его обратно в небытие. Люблю тебя и горжусь тобой. М.Н.».
  
***
В Хогвартс Теодор вернулся одним из первых и остаток дня просто лежал в кровати. Он мог бы спуститься внутрь чемодана, чтобы остаться хотя бы там в одиночестве, но и в спальне его никто не дёргал. Блейз занимался — чем бы он не занимался — своими делами где-то в замке, компания Малфоя гуляла по Хогсмиду, а по возвращении только Крэбб, съевший лишнего, заходил в спальню.