Тео. Теодор. Мистер Нотт (СИ)

В раздумьях Теодор побродил по ритуальному залу с неяркими рунными светильниками, горящими по причине его присутствия здесь. В этом году Древние руны стали, наконец, гораздо более интересным предметом, и профессор Бабблинг занималась с ними не переводом древних текстов, а очень даже составлением и анализом рунных цепочек. Теодору очень нравилось заниматься таким трудом; он даже смог вывести правильную цепочку для наложения чар расширения пространства, чтобы починить свой мешочек.
  
Ритуальные круги в этом подземном зале так же были инкрустированы рунами, некоторые из которых были видны только взору Тео, отвечая магией за изменение позиций символов ритуальных кругов, некоторые другие — наоборот, были выгравированы и начертаны. Пыли здесь не было, но грязь, забившаяся между стыками разных кругов, свидетельствовала, что много лет никто не занимался здесь практикой ритуалистики.
— Нотт? Ты что здесь делаешь? — окликнул его кто-то со стороны входа. Повернувшись, он увидел двух семикурсников, которые явно не ожидали его увидеть, и были этому совершенно не рады. Дабы избежать ненужных проблем, он быстро ретировался, оставляя явно рассчитывающих на то, чтобы остаться вдвоём, студентов и поднимаясь наверх.
***
Собственно, решение проблемы эльфа Дерри было решено не откладывать, и уже через полчаса Фирценида Ровена Флитвик, жена декана Райвенкло, Дома Ровены Райвенкло, встретила Теодора Нотта с некоторым недоумением.
— Мистер Нотт? Чем могу вам помочь?
Невысокая женщина, полугоблин, как и её супруг, была занята работой с кипами документов. Сразу несколько перьев порхали над книгами в её кабинете, перенося информацию с места в место. От концентрации мастерских, профессиональных чар в глазах у Тео зарябило.
— Миссис Флитвик, у меня есть к вам вопрос… вы ведь в курсе относительно судьбы изгнанного домовика из общины Хогвартса.
— Какого? А, в этом году это был только Дерри. Да-да, он перешёл все границы! А что вас в его судьбе интересует?
— Я… ну, я бы хотел забрать его в услужение себе. Для этого нужны какие-то формальности и между мной и Хогвартсом.
— В услужение? — от удивления миссис Флитвик вытаращилась на Теодора, как на сумасшедшего, а все артефакты на несколько долгих мгновений замерли. — Послушайте, мистер Нотт, если хотя бы половина жалоб от общины на него была правдива, то… домовые эльфы — это не слишком приятные создания, когда требуют самостоятельности! Жаль, что не все волшебники, особенно молодые, это понимают!
От раздражения она даже хлопнула по столу каким-то фолиантом, который несла в руках.
— И всё же. Я понимаю, что он… необычный эльф, но, как мне кажется, я готов был бы с ним ужиться.
— И заключить с эльфом контракт?! Воля ваша, мистер Нотт, если ваш отец так радикально… изменил взгляды, то почему же нет, но это настоящий нонсенс! Впрочем, если вы решите его забрать, то одной проблемой у меня будет меньше. Сдавать этого… эльфа на манчестерский аукцион точно было бы очень проблемно!
Теодор усмехнулся.
— Так что мне нужно будет сделать, если вы позволите мне его забрать, мэм? С концом учебного года.
— Дайте подумать, мистер Нотт… полагаю, выплатить школе его остаточную стоимость — восемьдесят два галлеона три сикля пятнадцать кнатов, и оплатить его пребывание до конца года в магическом стазисе. Всего — девяносто галлеонов.
— Магическом стазисе?
— Ну, вы же не думаете, что мы позволим выморочному эльфу расхаживать по Хогвартсу! Директор может делать, что хочет, но даже эта изгнанная эльфийка Краучей была введена в общину.
Теодор не стал говорить, что он даже не мог подумать о таком нюансе.
— А каким образом произвести оплату?
— Направить директору письмо с ключом к счету в банке, на котором лежит необходимая сумма, как же ещё. Чеки так же принимаются в оплату, но лучше ключом.
О том, что такое чеки, Нотт знал — спасибо Пайку, в первый же поход в Хогсмид напрочь закритиковавшим систему оплаты наличными в Британии; по его словам, в МАКУСА везде работали чековые книжки с магическими подписями. В Британии, как потом ему объяснял Малфой, такую услугу предоставляли лишь за очень большие деньги.
— Спасибо, миссис Флитвик, вы мне очень помогли.
— Я внесла уже пометку об ожидании оплаты. Вы можете сделать это до конца учебного года, мистер Нотт, а после нам придётся обратиться к банку за удержанием упущенной прибыли. Хогвартс ценит крепкие договорённости!
Тео покраснел и попрощался.
***
В тот же вечер он написал отцу.
«Отец!
Я надеюсь, твоё возвращение в Британию проходит благополучно. Хочу верить, что то, о чём ты меня предупреждаешь, не осуществится. Прикладываю к письму ключ от счёта, открытого Тюберами в качестве выплат за остаток прошлого года. Открой, пожалуйста, отдельный счёт на 90 галлеонов, и вышли ключ на имя директора Хогвартса Альбуса Дамблдора с пометкой оплаты услуг по эльфу Дерри. Я решил взять нам домашнего эльфа, а тут как раз в Хогвартсе оказался бесхозный, почти даром. Буду рад увидеться в преддверии моего Д.Р. 
С уважением, 
Т.Н.»
Ответ прилетел уже следующим утром, в понедельник.
«Сын. Ключ передам тебе в Хогсмиде в эту субботу, 8 апреля. Встретимся в трактире Кабанья голова. Нам есть что обсудить. Деньги Тюберов перенёс в наш сейф. Туда же положил гонорар. Не планируй на субботу никаких свиданий, я заберу тебя из Хога для нескольких ритуалов. М.Н.».
Письмо вселяло некоторые плохие предчувствия, однако Теодор решил не слишком переживать. Дамблдор объявил, что следующее испытание состоится в конце июня, а учебный год будет компенсировать сокращенную программу прошлого года, и экзамены состоятся так же в конце июня, но до третьего испытания.
После занятий, на которых Теодор едва уберёгся от того, чтобы снова попасть в больничное крыло — когда Невилл случайно обронил перо в котёл на Зельеварении, он, наконец, нашёл Артура, чтобы помириться.
— Ну и чего, так и будешь смотреть на меня? — буркнул Гэмп, хватая его за руку. Он потащил друга на улицу, через внутренний дворик и арку к виадуку. Как ни удивительно, там было пусто.
— Арчи, — неловко начал Нотт, — прости меня, пожалуйста. Я не должен был тебя обижать…
— Нет, Тео! — перебил его Гэмп. — Это ты меня прости, пожалуйста! Это ведь меня позвали твои родственники, а я не стал отказываться…
— Хватит чепуху пороть, мы уже это обсуждали! Почему ты вообще должен отказываться, если тебе правда понравилась Золи, а ты правда нравишься ей?
— Как ты сказал, Золи? — спокойно переспросил Артур и улыбнулся. — Очень мило!
Теодор рассмеялся, и Артур присоединился к его смеху.
— Приятель, я правда не считаю, что ты должен был бы отказываться, — Тео положил другу руку на плечо. — Это мои кузены, но сами они не считают нас связанными магией, лишь общей историей.
— Ага, не считают — поэтому они тебе прислали здоровенный гобелен со всеми предками и родичами до семнадцатого века.
— Просто та… ветка семейного древа, от Кантакеруса, уделяли всегда нездоровое внимание таким деталям. Я вот знать не знал, что этот эээ… ну, просто, этот Крауч — мой пятиюродный дядюшка, а сбежавший в том году Сириус Блэк приходится кузеном аж трижды, наравне с Малфоем, Крэббом, Невиллом и всеми семью Уизли.
— А мне было приятно узнать, что мы с тобой и правда родственники, — тихо возразил ему Артур, отведя глаза. — Ты ведь и сам не знал, что твоя бабушка была из Гэмпов по матери.
Теодор порывисто обнял друга, который всхлипнул.
— Не реви, — угрожающе-шутливо сказал он. — Вообще, я хотел сказать, что вся эта история с корнями в глубину времён, она не про нас сегодня. Она про всякие астрологические прогнозы, которые объединяют таких непохожих Гринграсс, Аббот и Браун. Чепуха девчоночья. Мы с тобой и так ближе, чем братья, забыл? Вот это важно.
  
Тео отстранился, и Гэмп, всхлипнув, улыбнулся, поправляя свои кудри.