Тео. Теодор. Мистер Нотт (СИ)

Расскажи, что у тебя там как, мне интересно. Ты целовался с девочками? У меня есть одна девочка на соседней ферме, она старше меня, но такая красивая… я хочу с ней целоваться, но не умею, расскажи, как это делать? 
Хочу, чтобы ты тоже приехал, и мы могли ночью это всё обсудить летом, пока я не пошёл в школу. Папа говорит, что не позовёт тебя, не знаю, почему он тебя так невзлюбил. 
  
Вайоминг Кантакерус Нотт».
Теодор подавил желание хлопнуть по лицу. Айми был суматошным мальчишкой, наверное, все американцы были такими в его возрасте. По крайней мере сам Тео и его сокурсники в одиннадцать лет не пытались узнать, как правильно, Мерлин и Моргана, целоваться!
Подумав, что и кому он мог бы из них написать, Теодор лёг и быстро уснул, пока Крэбб и Гойл переругивались на потеху Малфою.
***
На завтраке все четверо Чемпионов выглядели бледными и напряжёнными. Людо Бэгмэн с неподражаемым энтузиазмом объявил, что у каждого из них забрали кого-то близкого, и суть испытания будет состоять в том, чтобы этого кого-то достать за два часа. Из вод Чёрного озера. Видимо, это и было зашифровано в звуках, которые издавал артефакт-яйцо.
Указание на два часа и озеро отпугнуло многих зрителей, и, придя к трибунам, Теодор понял, что отпугнуть должно было бы и его — но он уже пригласил составить ему компанию Джинни, а она явно переживала и за Поттера, и за свою подругу Гермиону, которой на завтраке как раз не было.
— Ты думаешь, они там? — спросил её, чтобы поддержать, Теодор.
— Конечно! Они под водой, спрятаны где-то, наверное, в зарослях гриндлоу. Иначе и быть не может!
Ребята сели на один из первых рядов. Джинни хотела было сесть выше, но Тео закономерно определил, что там будет сильный ветер — над водной гладью Чёрного озера ветер и так был достаточно сильный уже сейчас. Зрителей действительно было гораздо меньше, чем на первом этапе: в конце концов, эта часть была проходной, а к тому же примерно на эти даты в Италии, как мечтательно рассказывал Блейз, проходили скачки в Неаполе, где собиралась половина средиземноморской общественности. Так или иначе, родители троих «настоящих» чемпионов так же заняли свои места, а Дамблдор вновь наложил согревающие чары на студентов Хогвартса.
— Три… — начал давать обратный отсчёт Бэгмен. — Два… один…
Поттер схватил какой-то магонасыщенный комок явно растительного происхождения и начал спешно его пережёвывать. Невилл радостно оповестил друзей, обернувшись с ряда ниже, что это были жаборосли. Делакур и Диггори наколдовали себе настоящие пузыри с воздухом вокруг голов, причём пузырь Седрика был большего размера, и ринулись в воду, а Крам использовал частичную анимагическую трансформацию в человека-акулу.
— Жаль, Артур не пошёл! — чертыхнулся Теодор. — Это явно стоило бы увидеть Изольде! Как в американских комиксах!
— Колин всё равно заснял, — улыбнулась Джинни. — Ему друг подарил новую колдокамеру, американскую, кстати. Полароид, называется, мгновенная проявка снимков! Только копировать их нельзя.
Четверо участников скрылись под водой, и…
— Теперь у наших чемпионов осталось меньше двух часов, — радостно вещал Бэгмэн, — чтобы разыскать и спасти дорогих себе людей! Мы с нетерпением ждём их возвращения! Кто же сможет достигнуть цели первым!
Бэгмен замолк. Студенты тут и там начали переглядываться. Кто-то из судей взмахнул палочкой, и над водами озера, перед трибунами, появился огромный наколдованный циферблат, дающий обратный отсчёт. Сами же судьи о чём-то безмятежно переговаривались.
— Эй, не желаете попробовать Волшебные Вредилки Умников Уизли? — раздался заговорщический шёпот несколькими рядами выше.
— Не пробуй, — шепнула Джинни. Теодор поправил шарф. — Они тренируются. Форджи рассказывали, что хотят взять тебя в соучредители. Что думаешь?
— Я уже ответил им согласием, — пожал плечами Тео. — На день рождения отец должен прибыть в Хогсмид, он писал об этом недавно, обсужу с ним свои планы на этот счёт.
— А твой отец, он… ну, — замялась девушка, — он же бывший Пожиратель, да?
Настроение, и так подпорченное сомнительным зрелищем, совсем улетучилось.
— Я… боялся, что мы заговорим об этом, Джинни, — медленно проговорил Тео, стараясь не смотреть ей в глаза. — Он… дело в том, что мой дед, ну, я его совсем не знал. Совсем. Он был гонщиком, жокеем, наездником. Ты наверняка знаешь историю про Кантакеруса Нотта и его справочник «двадцать восьми»…
— Конечно, — нетерпеливо перебила его девушка.
— Вот, он разорил наш род, а наш родовой дом и вовсе был сметён. Дед заработал выступлениями на восстановление дома, но ему, я полагаю, сделали предложение, от которого он не смог отказаться. Он примкнул к своим сокурсникам, которые были первыми Пожирателями… в семьдесят девятом деда убили авроры при штурме укрытия террористов, как тогда считалось. Он совершил ещё одну ошибку, когда заставил своего сына, моего отца, примкнуть к Тёмному лорду.
— Это ужасная история!
— Ужаснее её финал. Отец никогда никого не убивал, будучи Пожирателем… ты можешь мне не верить, но суд его оправдал.
— Как и оправдал Малфоя, Гойла и других колдунов, — фыркнула она, правда, без злости.
— Да, но мой отец действительно был под Империусом! Это ошибка, за которую мы поплатились всем, что у нас было, и я не шучу!
Он отвернулся. Джинни коснулась его руки.
— Тео, мне правда важно это знать. У моей мамы были двое братьев, близнецы. Она из Прюэттов, ты наверняка слышал об этом…
— Да, конечно.
— Они оба погибли, когда Пожиратели напали на Оксфорд. Это была самая страшная атака, Оксфордское пепелище унесло жизни сотни магов с обеих сторон! Папин отец тоже погиб там, он не был консерватором, но и не был сторонником Дамблдора! Я не хочу, чтобы это было препятствием для нас сегодня. Скажи, что ты против того, чем занимался твой отец и дед!
Их взгляды встретились. Теодор почувствовал, как у него в горле стоит комок — её глаза были полны слёз.
— Конечно, Джинни, я считаю Тёмного лорда преступником и чудовищем, — прошептал он ей. — Моя семья пострадала от него, как и твоя, и сотни других семей по всей Британии. И я считаю, что это боль и память, из которой мы должны сделать уроки, все мы!
Тео подал ей платок.
— Ты говоришь, как политик, — фыркнула она, промокая слёзы. — Чем же сейчас занимается твой отец?
— Дедушка дружил в свою спортивную карьеру с лордом Лонгботтомом, братом деда Невилла, — осторожно произнёс Тео. — Он предложил отцу подзаработать, сопровождая конвои для него на Ближнем Востоке. Какие-то ингредиенты возят для зелий из Индии и Китая. Растения.
— Вот как, то есть он не в Британии? — удивилась она. — Поэтому ты говоришь, что он приедет?
— Да, он несколько лет уже работает на него на Ближнем Востоке, мы редко видимся. Я прошлым летом виделся с тобой чаще, чем с ним.
— Удивительно… — пробормотала она. — Трудно представить, как это так. А чего он не найдёт работу в Британии?
Вместо ответа Теодор постучал себя по левому локтю. Джинни покачала головой.
Ещё какое-то время они сидели молча. Ветер выл в такт скрипу трибун, негромкий плеск волн убаюкивал.
— Скука, — наконец, воскликнул кто-то парой рядов выше. — Надо было идти в плюй-камни играть!
Несколько человек, увлечённые порывом, поднялись и спустились с трибун, пойдя по мосткам в сторону берега — и обратно в замок.
— Как думаешь, Гарри справится? — спросила Джинни, крутя пальцами прядку.
— Ты так за него переживаешь.
— Я росла на историях о великом Билле и великом Гарри. Я обожала брата Билла и жутко ревновала его ко всем, пока мама не отвлекла меня рассказом про Гарри Поттера, победителя Того-кого-нельзя-называть.
  
— И влюбилась, — фыркнул Тео, за что получил тычок в бок острым локтём.
— Эй, слышишь! Ни в кого я не влюблялась. Пока что, — с хитрым прищуром добавила она. — Мы общались с Гарри летом перед моим первым курсом, и он оказался отнюдь не галантным принцем, а вторым Роном. Фу, противно вспоминать, как он потный и грязный после полётов пошёл спать, не зайдя даже в душ.