Неунывающий Рон (СИ)

Когда, оставив варианты упражнений, несколько схем и пару простых рунных цепочек, учитель откланялся, я впала почти в отчаянье. Увы, я прекрасно понимала, что он имеет в виду. Зачарование рунными цепочками встречалось гораздо реже, чем чарами. И не зря. Добиться столь виртуозного контроля своей магии было сложно. И да, с этим лучше справлялись слабосилки или дети, чей ток магии от ядра был еще слаб. Но ко мне это-то не относилось! Да и для слабых магов артефакторика тоже не панацея – на сложную и длинную цепочку их резерва не хватит и тот максимум, что им доступен – это подмастерье. А найти сильного мага с запредельным контролем сил… Только если ты с самого детства нацеливаешься на создание артефактов и тренируешься в этом вопросе, а это возможно лишь в семьях потомственных артефакторов. И сколько таких?
Немного поболтав с Гарри после ухода учителя и перерисовав ему схемы, я немного успокоилась. Контроль все равно надо нарабатывать, хочу я этого или нет. Буду тренироваться вместе с Гарри. А дальше будет видно.
  
Глава 22
 
Я сидела на широком постаменте, свесив ноги и бездумно смотрела перед собой. Асфальт парил от жары, а поток маглов, куда-то спешащих по невзрачной улице, не иссякал, несмотря на погоду. Да уж, это лето промелькнуло почти незаметно. Два месяца из трех. Я слегка улыбнулась и опять погрузилась в свои мысли.
За прошедшие полгода моя тушка окрепла и слегка подросла. Цвет волос не изменился, и теперь свою роскошную фиолетовую гриву я собирала в простой хвост. Тренировки не только задолбали, но и имели определенный положительный эффект – теперь я могла легко в любой момент убраться с линии полета заклинания и приласкать невербальным ступефаем. Поскольку я целенаправленно отказалась от изучения боевых заклинаний, ограничившись в этой сфере именно им, то за полгода практики отточила его до совершенства. Ну и жалящие заклинания хорошо развивают скорость реакции. Ага, и бег с препятствиями тоже. Нагрузку мне дали хорошую, пусть и узконаправленную. А вечерами меня ждали постоянные попытки выдать равномерный поток силы. Я машинально достала из кармана небольшой деревянный шарик, и, повертев его в руках, очень медленно повела пальцем по нарисованной линии, оставляя выжженный след. Это было похоже на выжигание с помощью линзы, вот только я использовала не солнечный свет, а свою магию. Странное, почти медитативное состояние, когда в голове не остается ни одной мысли, и только палец скользит по рисунку, завершая третий тончайший виток. Я медленно выдохнула и спрятала шарик обратно в карман. Контроль – это главное. Главное – это контроль. Это было вбито в меня уже на уровне рефлексов.
Что касается изучаемых наук, то в основном я прошлась по верхам. Где-то остановилась на первом курсе, где-то прошла дальше. В общем, изучала то, что было интересно на данный момент, стараясь ни во что сильно не погружаться. Из-за грани, само собой – я старалась тренировать ее на несложных задачах, а в остальном только ловила чувство ее пробуждения, как переключалась на что-то другое. Это было похоже на голод, но не в желудке, а в голове, – странное, болезненное любопытство. И я научилась его избегать всеми способами.
Изучила я и бытовые заклинания. Мелочи, тем не менее намного облегчающие жизнь. И в большинстве все они оказались несложными. Верней, для меня несложными в запоминании и воспроизведении. А вот с количеством вкладываемых сил приходилось возиться. Но я разобралась и с этим.
Меня пытались нагрузить и языками – увы, в этом я проявила просто невероятную тупость. Я заучивала слова и фразы, тупила над грамматикой, но эффект был близок к околонулевому. После двух недель мучений я отказалась от французского и немецкого, объявив, что или языки – это не мое, или я слишком рано начала их изучать. Настаивать семья не стала, переключившись на другое.
Днюшку я отпраздновала скромно, прогулявшись с семьей по Косой аллее и прикупив сладкого. Маги традиционно дарят на эту дату детям палочку, но у меня уже была, и новая меня не интересовала. Драко подарил метлу, с подписью, что надеется, что я все же научусь на ней летать. И добавил, язва: «Рано или поздно». От большинства знакомых пришли сладости, Джинни прислала самолично сплетенный из бисера браслет, а Перси – книгу-конспект из самолично подобранных простых заклинаний. Близнецы прислали упаковку навозных бомб и каких-то леденцов, и я мысленно сделала себе пометку отомстить, потому что поднесенное кольцо просто впилось в палец.
 
Правда, еще порадовал Гарри, подаривший свой первый, самостоятельно сделанный артефакт. Простенькая рунная цепочка, наложенная на симпатичную кружку, позволяла в неизменности сохранять температуру налитого, проще говоря, работала как термос. Чай оставался горячим, а лимонад – холодным. Умилившись, долго его благодарила, чем, кажется, сильно смутила. Родители подарили долго мной выклянчиваемый переносной дом, оформленный, как сундук. Чудо из резного дерева, открываясь, демонстрировало ведущую вниз лестницу, спускающуюся в прихожую, из которой открывались четыре двери, ведущие в совершенно пустые помещения. Впрочем, это позволило обставить мой домик именно так, как хотелось. Сумма, в которую мне потом обошлось его обустройство, заставила бы меня рыдать над пустым сейфом, не пополняйся он периодически приносимой мной прибылью.
К концу весны я как раз закончила работу с метками. Теперь они были только у Снейпа, к которому я не совалась, не зная, что от него ждать, и сидящих в Азкабане. Все остальные добропорядочные граждане стали абсолютно добропорядочными и сильно этому радовались. Особенно этому способствовало, когда я очень добросовестно описала Малфою, каким лорд должен был воскреснуть, и от своих сотоварищей он это не утаил. Теперь, если Волдеморде все же удастся воскреснуть, его самые умные сторонники – те, что остались на свободе и с деньгами, окажутся недоступными.
Крестраж я почти домучила. Верней, поняла, как с ним справится. Он напоминал мне дико перекрученную хищную лозу с растопыренными шипами, вцепившуюся в несчастную тетрадь всеми своими пастями. Ее следовало аккуратно распутывать, приподнимая виток за витком, а потом столь же аккуратно отцеплять. Пока меня хватало на восемь зацепок. Оставалось еще три, но я продолжала тренироваться. Минусом было то, что стоило мне опустить эту гадость, головы пасти опять вцеплялись в носителя. Но слабее, и именно это позволило продвинуться так далеко. Но то, что задача вообще оказалась выполнимой, безумно радовало.
Трижды я помогала снимать родовые проклятия. Желающих нашел Игнатус, он же заставил их принести обеты, несмотря на то, что все они являлись ему то ли приятелями, то ли партнерами, я не вникала. Давалось мне это нелегко, с каждыми я возилась больше месяца, и, немного поразмышляв, отказалась от этого заработка. Мне еще в Хоге учиться, и сосредотачиваться следовало на другом. Дважды меня дернули в Отдел Тайн, но один раз работа и вправду была консультационная, я просто описывала, что вижу, пока они возились с серебристым браслетом, фонтанирующим тьмой в разные стороны, благо, на небольшое расстояние. А второй раз был еще проще – убрать проклятие с одной вещи, я так и не поняла, что это и для чего. Какая-то металлическая фигня. Но проклятие убралось легко и меня быстро отпустили.
Неделю назад родила Лукреция, и буквально через пару дней – леди Малфой. Обе девочек. Так что я обзавелся сразу сестрой и условной невестой, ну и огромным желанием свалить куда-нибудь подальше. Все же маленькие дети – это маленькие дети, плюс временно спятившие на них родители. Драко меня активно поддерживал, в том смысле, что и сам был не прочь удрать куда-нибудь подальше. Так что нас ждало море, солнце и никаких забот. Ну, почти никаких забот.
Из неопрятного на вид бара показались двое – великан и худенький черноволосый мальчик, нагруженный покупками. Великан что-то произнес, выпустил руку мальчика и двинул куда-то вниз по улице. Пацан осмотрелся, фыркнул, явно произнеся нечто нелицеприятное, после чего снял свой рюкзак, запихнув часть пакетов в него, а часть в новенький котел, после чего демонстративно вытер пот со лба. Именно в этот момент я оказалась за его спиной и негромко произнесла: