Аналогичный мир - 4 (СИ)

— И у меня двое, — кивнул с улыбкой Тим и встал. — Большое спасибо…
И прежде чем он успел назвать его имя, Громовой Камень перебил его, вставая.
— Я — кутойс, учитель.
Эркин улыбнулся и тоже встал.
— Да, Алиса говорила мне. — и тщательно выговорил на шауни: — Спасибо, кутойс.
— Спасибо, кутойс, — повторил за ним, также вставая, Андрей.
Прощание на шауни, уговор о встрече в следующую субботу по-русски и окончательное прощание.
  
Оставшись один, Громовой камень медленно подошёл к окну. Ну вот, три часа как пять минут. Его первый урок. У негра русское имя. У Эркина здесь дочка, да, сегодня как раз дошкольники занимаются, но… с дошкольниками занятие уже было, ни индианки, ни даже метиски не было, это точно, сразу бы обратил внимание…
Окно выходило на площадь перед Центром, и Громовой Камень видел, как расходились дети с родителями. Интересно. Вон Чернов ведёт за руки мальчика и девочку, их он видел, да, Дима и Катя, но мальчик сам себя называл Димом, что для русского языка не характерно. Ага, а вот и Эркин, с ним Андрей, да, интересно, они — однофамильцы, или… пока это неважно. Эркин с девочкой, совсем белой, так это его дочь?! Что ж, в жизни всё бывает. Да, он ещё когда слышал, что у репатриантов приёмышей больше, чем родных.
Когда площадь опустела, Громовой Камень оттолкнулся от подоконника, взял со стола свою, так и не понадобившуюся тетрадь и пошёл к двери, едва не забыв на радостях палку.
На улице Андрей весело сказал:
— Ну, вы домой, а я по магазинам.
— А мы с тобой! — заявила Алиса, крепче вцепляясь в руку Андрея.
Но Эркин покачал головой, и она нехотя разжала пальцы.
Андрей озорно улыбнулся.
— Ничего, племяшка, мы ещё чего-нибудь придумаем.
— Иди уж, — рассмеялся Эркин. — К обеду тебя не ждать?
— Как управлюсь, — на мгновение стал серьёзным Андрей и тут же рассмеялся. — Я своё всегда возьму.
Он быстро ушёл к торговым Рядам, а Эркин с Алисой неспешно поли домой. Алиса рассказывала о занятиях, подпрыгивала на ходу и кружилась, будто ей было мало тех танцев.
— Не напрыгалась? — так и спросил Эркин.
— Не-а, — весело ответила Алиса. — Эрик, а можно я буду балериной?
— Балериной? — переспросил Эркин, удивлённый новым словом.
— Ну да, они всегда танцуют, и я так буду. Можно?
— Не знаю, — честно ответил Эркин. — Спросим маму.
— Ладно, — вздохнула Алиса.
Что мама разрешит, она особо не рассчитывала, а вот если попробовать другое…
— Эрик, а давай чего-нибудь вкусненького купим.
— Давай, — согласился Эркин к её полному удовольствию.
И они свернули в проулок, где была маленькая, но уж очень «вкусная» кондитерская. Там они купили печенья — рассыпчатого, цветочками с сердцевиной из варенья и смешным названием «курабье», даже непонятно, на каком это языке — и не спеша пошли домой.
Яркая листва, блестящее, промытое ночным дождём небо, весёлый шум выходного дня. Эркин словно заново удивлялся, как же всё хорошо. А о письме, что вот-вот придёт и заберёт Андрея, он и не думал. Конечно, он выучит шауни, не сложнее русского, а то в самом деле, что он за индеец? Двух слов связать не может. А вот выучит, узнает всё, и хрен его тогда ткнёшь или заденешь.
— Эрик, а завтра в кино пойдём?
— Отчего ж нет? — улыбнулся Эркин. — Пойдём.
Алиса удовлетворённо кивнула. Против кино мама ничего не скажет.
Дома их встретили весёлая Женя и умопомрачительные запахи.
— Андрей за покупками пошёл, — сказал Эркин, вручая Жене коробочку с печеньем.
— Хорошо, мы его подождём, как думаешь?
Эркин неуверенно пожал плечами.
— Ну… час, я думаю, так?
— Хорошо, — Женя поцеловала его в щёку.
Эркин выложил в комнате Алисы её вещи, чтобы она с Женей разобрала и разложила всё по местам, и пошёл в дальнюю комнату.
Наверное, для шауни тоже нужна тетрадь. Правда, этот… кутойс им ничего не сказал, но он же и сам соображает, не первый день в школе, а шауни — такой же язык, как русский или английский. Эркин сел за стол и достал чистую тетрадку. Ручка… в ящике. Тщательно, проговаривая полушёпотом, он записал в тетрадь узнанные сегодня слова, как в словаре: слово и рядом перевод на русский. Записав, перечитал, недовольно морщась: почему-то получилось не так. Он не мог понять что именно, но похоже одни слова он написал правильно, а другие — нет, а где ошибка — непонятно. Всё ещё хмурясь, Эркин сунул тетрадь в стол, в «свою», тумбу.
Уходить из этой комнаты ему не хотелось. Он постоял у стола, у окна и нерешительно, будто ожидая окрика, подошёл к шкафу, открыл створку с книжными полками. Вот учебники, а это две книги Андрей взял в библиотеке, а здесь их книги, собственные, томик Шекспира, вот… он вытащил увесистый том «Энциклопедического словаря» и вернулся с ним к столу.
Здесь тоже было много непонятных слов, но зато и картинок много. Эркин листал наугад, рассматривал картинки, фотографии, читал подписи. Прибежала Алиса, постояла рядом и убежала. Заглянула Женя. Он почувствовал её взгляд и обернулся.
— Читай-читай, — улыбнулась Женя и ушла.
И Эркин перелистнул сразу несколько страниц, шёпотом прочитал: «Животный мир Африки (Южного материка)», — и стал разбираться в подписях под большой, во весь лист, картинкой.
За этим занятием его и застал Андрей. Эркин даже вздрогнул, когда ладонь Андрея легла на его плечо.
— Интересно?
— Да, — Эркин быстро вскинул на него глаза. — Как сходил?
— Лучше некуда, — улыбнулся Андрей. — И деньги потратил, и людей посмотрел, и себя показал. Со всем управился. Жратвы мне оставили?
— Мы не садились ещё.
Эркин легко встал, закрыл книгу и погладил обложку.
— Здоровская книга.
— Н-ну! — польщённо выдохнул Андрей.
В комнату влетела Алиса.
— Эрик, Андрюха! Мама обедать зовёт.
— Идём, — улыбнулся Эркин.
Алиса ловко увернулась от попытавшегося схватить её Андрея и спряталась за Эркина.
— Ла-адно, — протянул Андрей. — После обеда поймаю.
— А после обеда спать положено, вот! — отпарировала Алиса.
Но до ванной она — на всякий случай — шла, держась за руку Эркина.
Наконец сели за стол, и Женя разложила по тарелкам салат, как всегда любуясь накрытым столом и едоками. Андрей сказал, что купил себе куртку с подстёжкой и сапоги с вкладышами.
— И правильно, — кивнула Женя. — Алиса, доедай. А то твоя ветровка для лета.
— А сейчас что? — поинтересовался Андрей, придвигая к себе тарелку с супом. — О, картофельный? Обож-жаю картофельный суп.
— Сейчас ещё весна, — Женя оглядела стол: не нужно ли кому чего. — Мне говорили, что даже в июне могут быть заморозки.
— Заманчивая перспектива, — хмыкнул Андрей.
— А ещё что было? — спросил Эркин.
— Ну-у, — улыбка Андрея стала лукавой. — Ну… словом, я сегодня в гости иду.
— Мам, а что я надену? — сразу спросила Алиса.
— Э нет, — рассмеялся Андрей. — Тут я, племяшка, без тебя справлюсь.
Женя уточнила:
— Это ты Любу встретил? — и, не дожидаясь его ответа, рассмеялась. — Конечно, иди.
Рассмеялся, догадавшись, и Эркин.
— Ключи не забудь.
— Да не в жисть! — весело ответил Андрей.
Алиса обиженно надула губы, что её не берут в гости, но, выяснив, что мама и Эрик тоже остаются дома, успокоилась.
После обеда Алиса легла спать, тем более, что обед был позже обычного. Эркин, как всегда в выходной, занялся посудой. Женя, уложив Алису — дневной сон обходился без поцелуев — и плотно прикрыв ей дверь, тоже пришла на кухню и села к столу, любуясь Эркином, его ловкими уверенно-красивыми движениями. Эркин, почувствовав её взгляд, обернулся с мгновенно осветившей его лицо улыбкой.
  
— Хорошо, Женя, да?
— Да, — кивнула она. — А вы как позанимались?
— Отлично, — с интонацией Андрея ответил Эркин и начал перечислять узнанные слова, тут же переводя их на русский.
К его радостному удивлению Женя повторяла их за ним.