Кондотьер (СИ)
— Простите, господин, — Руфин судорожно передал фонарь молодому Берти Дювергеру, который впал в экстаз. Подумать только, он сейчас наблюдал невероятное воскрешение человека, который олицетворял весь род Толессо! А ведь казалось, что смерть — это дорога в один конец. Выходит, можно вернуться?
Руфин и Дахад протянули руки, чтобы помочь старейшине подняться, и как только он свесил ноги с бортика, они подхватили его и перенесли к лестнице. Дахад сбросил плащ и усадил эрла Толессо на него, торопливо протянул флягу, почувствовав, что хозяину необходимо выпить как можно скорее.
Старик припал к фляге и со стоном начал вливать в себя вино, разбавленное водой. Пил долго, не обращая внимания на розоватые струйки, льющиеся изо рта на обросший щетиной подбородок. Вокруг него молча сгрудились все четверо охранников, ожидая, что же скажет эрл Толессо.
Почти осушив флягу, старик потряс ее и едва заметно улыбнулся. Окрепшим голосом произнес:
— Крышку поставьте на место. В ближайшие годы я не собираюсь ложиться в гроб.
Все прекрасно поняли, о чем хотел сказать эрл Толессо, и бросились исполнять приказание. Крышка с шуршанием встала на место.
— Что теперь, господин? — Руфин помог старику встать на ноги.
— Внучка моя здесь? Как я и просил? — старик поморщился и зачем-то потер левое плечо.
— Да, она ждет вас снаружи, — сказал егерь.
— Хорошо, тогда не будем ее задерживать, — эрл, неожиданно шустро перебирая ногами поднялся на верхний уровень, не обращая внимания на полутьму в усыпальнице. Он вышел на улицу и вздохнул полной грудью свежий воздух с запахами травы и цветов. Поспешавшие за ним телохранители окружили хозяина, зорко посматривая по сторонам.
— Позвольте, господин, я вас провожу, — сказал Дахад и повел старика к карете, возле которой в напряжении стояли Эммон Мале и Гиди. Они склонили головы при виде эрла Толессо, и молодой свитский, не скрывая потрясения на лице, распахнул дверцу.
Как только старейшина оказался внутри кареты, Тира бросилась в его объятия и молча уткнулась носом в плечо, ощущая идущий от кафтана из дорогого сукна запах каменной пыли.
— Ну-ну, не стоит слезы пускать, — пробормотал эрл Толессо, поглаживая спину внучки.
— Я не плачу, — глухо пробормотала девушка и отстранилась от него. Поправив выбившийся из-под шляпки черный локон, она села напротив деда. — Как ты себя чувствуешь?
— Замечательно, — хмыкнул эрл, потирая подбородок. — Так славно я еще не отдыхал. Такое ощущение, что длительный сон меня омолодил. Суставы не щелкают, голова ясная, мысли не путаются, а в ногах невероятная легкость.
— Тебе это просто кажется, — улыбнулась Тира. Она в этот раз не стала надевать траурное платье, заменив его на светло-голубое, как будто хотела показать свою радость от встречи с родным человеком.
— Сколько я дней находился в качестве усопшего?
— Десять, дедушка. Я уже стала бояться, что Игнат совершил ошибку в расчетах, но не могла прийти раньше. Дахад сказал, что за усыпальницей кто-то следил, поэтому решили не рисковать, пока не устраним проблему. Но вчера соглядатая уже не было. А… ты что-нибудь чувствовал? Ну, когда спал?
— Знаешь, что-то странное было, — подумав, ответил старейшина. — Как будто я превратился в крошечный шарик и болтаюсь в кромешной тьме не по своей воле. Похоже было на бортовую качку. Сначала испугался, что в самом деле умер, но потом стало довольно забавно. Появились мысли, причем, не мои! Из всей тарабарщины я понял только одно: «мы тебе поправили здоровье, чтобы ты еще прожил достаточно долго для своих лет. Нам интересно наблюдать за вашими действиями. Помоги Игнату».
— А при чем здесь Игнат? — изумилась Тира.
— Непростой он человек, оказывается! — засмеялся старик. — Он же не маг, как ты думаешь?
— Абсолютно уверена — нет, — кивнула девушка, быстро вспоминая все встречи с Вестаром Фарли, и ни разу он не пользовался магическими возможностями. Да и сами пираты относились к нему не как к чародею.
— Ладно, потом разберемся с ним, — махнул рукой дед и поморщился, потирая плечо. — Дьявольщина, почему так болит?
Он при тусклом свете фонаря рассмотрел камзол, в котором его «похоронили» и с удивлением обнаружил маленькую дырку на том месте, где плечо постоянно дергало болью.
— Что это, дедушка?
— Подозреваю, кто-то намеренно воткнул в мое плечо острый предмет, чтобы проверить, не нахожусь ли я в магическом сне, — догадался эрл Толессо. — Не удивлюсь, что это был сам лорд Торстаг.
— Да, он заходил в усыпальницу, — подтвердила Тира. — Надо бы посмотреть рану,
Старик отмахнулся и спросил:
— Вы сегодня проверяли окрестности?
— Конечно. Все чисто.
— Я знаю, кто присматривал за усыпальницей. Человек лорда Торстага, — сжал губы эрл Толессо. — Больше некому. Кендиш не зря беспокоится. Он что-то подозревал, поэтому решил проследить, не затеяли ли мы игру с Игнатом против него. Лорд — опасный противник, и нужно было «умереть» с гарантией.
— И как нам теперь быть? Насколько долго продлится противостояние с Торстагом?
— Сейчас я вместе с Руфином и Гайо отправляюсь в Рувилию. Мне нужно добиться аудиенции с королем, где я попытаюсь нейтрализовать лорда Торстага. Совсем его не удастся сбросить с игральной доски, но потеснить можно. Важно выбить у него из рук козыри, которыми он хочет погубить мальчишку. Мне Игнат понравился. Дерзок, но границ дозволенного не переходит, умеет остановиться. Я до сих пор не могу прийти в себя от тех возможностей, с помощью которых он может легко послать человека в глубокий сон!
— Игнат ничего не делал, — возразила Тира.
— Он каким-то образом внушил мне умереть в заданный день и так же легко воскреснуть, — заупрямился эрл Толессо. — У мальчишки неплохое будущее, если его не опередит советник Торстаг. Но я попытаюсь помешать планам лорда… Ты лучше скажи мне, дочка: Игнат тебе нравится?
— Я люблю его… кажется, — тихо обронила Тира и опустила голову.
— Кажется, — проворчал старик. — Определись уже. Вот Игнат точно знает, что хочет в жизни. И упрямо идет к цели. Он пока не просил у меня твоей руки, не волнуйся, если тебе сейчас это не важно. Только знай: рано или поздно это произойдет. Я хочу, чтобы к тому времени у него появилось такое право. Раз уж так получилось, пусть он станет твоим мужем, чтобы я мог спокойно доживать в своей усадьбе и с радостью ждать приезда правнуков.
— Дедушка! — вспыхнула Тира. — Нельзя же так далеко загадывать!
— Мне можно, — отрезал эрл Толессо. — Точно знаю, что еще проживу не меньше десяти лет. Успею воспитать ваших наследников. Решено. Я буду просить короля, чтобы Игнат получил патент на дворянский титул. Есть у нас козырь, правда, опасный. В чью сторону он сыграет, неведомо. Я приберегу его на самый крайний случай. Когда все разрешится, дам тебе знать. Но до тех пор не вздумай меня искать. Ходи в усыпальницу, соблюдай положенный по сроку траур. Никто тебя тревожить не станет. Ты предлагала Игнату контракт на охрану?
— Он отказался, — грустно сказала Тира.
— Пустяки, — махнул рукой дед. — Никуда он не денется от такой девушки как ты. Я уверен, что скоро он перебросит в Скайдру часть своих головорезов для охраны особняка. Тем более, как мне стало известно, вы планируете открыть контору по найму, а это требует присутствие Игната здесь, а не в Акаписе.
— В Акаписе его дом, — напомнила Тира.
— Так пусть и остается, — фыркнул эрл Эррандо. — При умелом управляющем ничего не случится. Захочет — продаст. Но он же не продаст, потому что имеет какие-то виды на Пустошь Кракена…. Ладно, дочка, мне пора. Ты умная, сообразительная и сильная девушка, не пропадешь, пока я в столице. В родовое имение попозже съезди, проверь, как там дела идут. Слуги не должны расхолаживаться без хозяина.
— Им ничего говорить не нужно?
— Ни в коем случае! Язык у людей — самое слабое место. Пусть теперь тебя хозяйкой считают. И веди себя подобающе. Охране тоже молчок. Руфин и Гайо знают, и этого достаточно. Своих тоже предупреди…