Кондотьер (СИ)
— Торговый караван купца Боссинэ из Скайдры уже долгое время ждет, когда вы соизволите провести таможенную проверку на кораблях «Лаванда» и «Енот» с грузовыми барками, — медленно и отчетливо произнес Ним Агосто. — Господин Боссинэ терпит убытки, несоизмеримые с продажей товара в Эбонгейте. Как понимать сложившуюся ситуацию?
Вальдовин двумя пальцами оттянул туго стягивающий горло воротник мундира с серебряной вышивкой, прокашлялся и попытался снова завести ту же песню, что и его подчиненные.
— Дело в том, что Глава таможни города Эбонгейт сейчас находится на торжественном обеде у эрла Ронессо. От него не поступало никаких распоряжений насчет проверок. Тем более, мы вас ожидали завтра…
Купчики что-то проворчали, но вмешиваться в разговор не рискнули, напряженно глядя на надменного виконта, от которого несло ощутимым холодом.
— Не несите чушь, Вальдовин! — фыркнул Ним, покачиваясь с мысков на пятки и обратно. — Всем, кто занимается перевозкой грузов по рекам, знают, насколько быстро вы получаете известия о подходящих к портам караванах. Так что о прибытии нашего каравана вы знали. И ваш начальник решил сыграть по-хитрому, заблаговременно решив покинуть место службы, чтобы содрать с господина Боссинэ крупную пеню за предельно допустимое время пребывания в порту Эбонгейта. Лучше, по его мнению, засвидетельствовать почтение эрлу Ронессо в замке, пока тот катает свое семейство по Рокане, чем потеть в душной конторе.
— Ваша милость, все не так… — пробормотал заместитель, пытаясь перехватить инициативу, но виконт продолжал гвоздить его к нескрываемому удовольствию купчиков.
— Вы как замещающий Главу таможни имеете право на осмотр судов. Даже обязаны, заметьте! И я не понимаю, какая причина заставляет вас сидеть в кабинете и делать вид, что в порту тишь да гладь. Вот эти двое господ тоже ждут осмотра, а ведь пришли раньше…
— Ранним утром, ваша милость, — подтвердил один из них, вскочив на ноги. — Тоже сначала ждали до полудня визита господ из таможни, а потом плюнули и сами сюда пришли…
— Так в чем истинная причина задержек, господин Вальдовин? — Ним своим взглядом как будто решил выжечь дыру во лбу чиновника. Тот нервно переступил с ноги на ногу, и вытащив из кармана платок, провел им по лицу, вытирая испарину. — Может, решим проблему просто, не раздувая скандал?
— Ваша милость, — прокашлялся старший таможенник, — я могу послать курьера, чтобы господин Овалле дал распоряжение на осмотр прибывших судов…
Ним покачал головой, словно показывая, что разочарован ответом чиновника, и тот мгновенно заткнулся, потея еще больше. Я тихо стоял в стороне и не вмешивался в публичную порку — для меня все стало ясно. Сутки простоя позволяют таможне на законных основаниях стрясти штраф с купцов, даже если в этом простое виновата именно она, а не кто-то иной. Кто там будет свои права качать против королевских служащих? Дурных, как говорят, ищите в другом месте!
— Меня устраивает только один вариант, — сказал виконт, оглядывая притихшее помещение, — сейчас вы направляетесь на «Лаванду» и «Енота», проводите осмотр согласно Уложения и даете разрешение на разгрузку барков. А потом займетесь вот этими господами, — он кивнул на обрадованных купцов. — Надеюсь, до захода солнца все проблемы будут решены. Если вы отказываетесь выполнять свою работу, я сейчас же отправлюсь в замок эрла Ронессо и публично обвиню господина Овалле в мздоимстве и попустительстве своей должностью. Последствия представляете?
— Не стоит этого делать, ваша милость, — к моему удивлению, заместитель подобрался и что-то для себя решил. — Мы сейчас же отправляемся на досмотр.
— Отлично, господин Вальдовин, — Ним легонько похлопал чиновника по плечу. — Сделайте свое дело как положено королевскому служащему, а я не забуду вашего рвения.
Мы покинули таможню, и виконт предложил прогуляться по городу, заодно найти приличный гостиный двор с хорошей кухней.
— Все равно до завтрашнего вечера караван не покинет Эбонгейт, — уверенно произнес Ним, шагая по обочине дороги, чтобы не попасть под колеса телег или копыта тягловых лошадей. — Пока таможня расшевелится, пока даст разрешение на швартовку к разгрузочным причалам — солнце сядет. А с утра начнется основная работа. Так что, дружище Игнат, есть хорошая возможность посидеть за бутылкой великолепной «Искарии». Кстати, как насчет плотских утех? Может, стоит заглянуть в бордель и взять на вечерок двух безотказных прелестниц?
— Надо же, — я с удивлением взглянул на растянутые в улыбке губы, так как глаза его были надежно спрятаны под полами шляпы, — а я считал вас, дружище, стойким к женским утехам мужчиной. По крайней мере, сколько вы находитесь со мной, ни разу не заводили подобных разговоров.
— Что-то меня стычка с Шамперноном навела на невеселые мысли, — поворачивая за угол массивного каменного лабаза, откликнулся Агосто, и остановился, оглядывая окрестности.
Отсюда дорога расходилась в обе стороны. Та, что тянулась вдоль причалов и реки, так и продолжала вихлять как пьяный прохожий, а вторая уходила в сторону города, преодолевая каменные развалы, оставшиеся явно от береговой линии обороны. На солидную фортификацию они не походили, скорее, служили своеобразной дамбой против разлива реки. Кое-где даже заиленные камни проглядываются сквозь траву. Неплохо так Рокана поднимается во время паводков!
— На какие же, если не секрет? — я дождался, когда виконт сориентируется, и двинулся следом за ним, не забывая посматривать по сторонам. Интересно и полезно, особенно когда идешь мимо развалин, где тебя запросто могут ожидать лихие ребята с ножиками или с дубинками.
— Граф Абра ни за что не отступится от своего плана, чтобы закопать меня в землю как можно скорее, — не поворачивая головы, ответил Ним. — Видимо, в его планы вкралась какая-то ошибка, связанная с моим существованием. Вот и думаю, а не столкнусь ли в Эбонгейте с еще каким-нибудь любителем заработать на чужой крови.
— И от этих мыслей вас потянуло на девок? — решил пошутить я.
— Как ни странно — да, — не стал оскорбляться виконт. — Думаешь, я настолько целомудрен, что не приемлю обычные человеческие прихоти? Вот ты, кстати, дружище, куда воздержаннее, чем я. Твои люди нашептали, что ты держишь какой-то обет насчет утех… Если это розыгрыш, то сам понимаешь, неудачный. С трудом верится…
— У меня есть девушка, — потешаясь в душе над словами виконта, ответил я, сдерживая улыбку. — Хочу быть верным только ей.
— А, тогда понятно, — кивнул Ним Агосто с серьезной миной. — Когда твоя невеста сама Тира Толессо, нужно быть предельно внимательным в таком щепетильном вопросе.
Все-таки виконт восхищает меня своей мальчишеской открытостью и незамутненной жизненной позицией. Он видит мир в двух цветах, и нисколько об этом не жалеет. Мне бы так, и глядишь — проблем могло быть меньше. А то постоянно приходится разделять полутона, выискивать в них смыслы, еще больше запутываясь в решении наболевших проблем.
Я не стал огорчать своего высокородного друга о своей шаткой позиции жениха. Пусть считает, что я без пяти минут муж одной из красивейших и богатых девушек Скайдры и других городов всего северо-восточного побережья, а также почти новоиспеченный аристократ. Признаюсь, получать такой статус с помощью женской юбки я не намерен. И поход по Рокане — первый шаг к самостоятельности.
Пока говорили, вышли к узкой улочке, стиснутой с двух сторон каменными домами с двумя, а то и с тремя этажами. Поверху на веревках сушилось белье, какие-то громкоголосые дамы переговаривались между собой из окон, мимо нас с криками пронеслась кучка босоногой детворы — наверное, к реке побежали.
Дальние кварталы, как пояснил виконт, строились с одной целью: при нападении пиратов (а такое в стародавние времена происходило частенько) они становились неприступным оплотом. Жители закрывали окна мощными ставнями, а сами сверху наносили урон камнями или кипятком, сдерживая врага до подхода гарнизона. Узкие улочки для такого веселья подходили как нельзя кстати. И была еще одна особенность, на которую указал Ним. Оказывается, несколько домов соединялись в некий квадрат, образовывая неприступную крепость с внутренними дворами. Таких «крепостей» вдоль береговой линии было несколько.Довольно интересная фортификационная мысль.