Кондотьер (СИ)

— Сделаем, — кивнул Рич. — Только окно проверьте, чтобы оно было закрыто.
Ним Агосто ушел, а мы облегченно вздохнули. Не стал дворянин упираться, принял наш замысел. Рич разлил остатки вина по кружкам и поинтересовался:
— Ты в самом деле думаешь, что ублюдки-прыгуны попытаются добраться до виконта даже в таком оживленном месте?
— Я предполагаю, но уверенности нет, — честно ответил я. — Знаю только одно: если наемные убийцы получили заказ, они его выполнят в любом случае. И предотвратить его можно лишь в одном случае: уничтожить полностью весь отряд.
— И сколько человек в этом отряде? — с недоверием спросил товарищ и припал к кружке.
— Все зависит от того, насколько крупная дичь, — я призадумался. — Виконт сейчас в бегах и не может обратиться к королевским чиновникам за помощью, потому что считается казнокрадом. Граф Абра наверняка позаботился очернить парня. Поэтому низариты могут посчитать свою работу легкой.
— Почему? Виконт отлично владеет шпагой.
— Он без охраны, не забывай. Значит, подобраться к нему гораздо легче. Будь по-иному, за ним бегал бы отряд в десять человек, не меньше.
— Двоих ты убил, — загнул пальцы Рич. — Один ранен. Значит, уже трое.
— Думаю, их не больше пяти, — предположил я. — Раненый не настолько плох, что сумел спрыгнуть с корабля и выплыть на берег. Поэтому надо ждать троих.
— И ты думаешь, что они придут сегодня?
— Очень удобный момент, — кивнул я. — Второй раз фокус с проникновением на корабль не пройдет, и они это понимают. После Невермута больших городов не будет, а значит, до Шелкопадов пойдем без долгих остановок. Я бы попытался добраться до Агосто именно здесь.
— Ну что ж, встретим, — Рич осушил кружку и закусил ломтем остывшей буженины. — Не терпится испытать свои ножики.
За окнами сгустились сумерки, а народу стало гораздо больше. В основном, заходили местные жители, большинство из которых носили жетоны какой-нибудь гильдии. Люди серьезные, степенные. Они сразу рассаживались за длинными столами и заказывали еды как на армейскую роту с обилием выпивки. Изредка мелькали серые мундиры королевских почтарей, которым с утра предстоял дальнейший путь по бесконечным трактам Дарсии. Как я ни старался, не смог определить, есть ли в таверне человек, следящий за виконтом. Оставалось надеяться, что ночь пройдет спокойно.
Мы поднялись к себе. Комнатка узкая, большую часть занимает кровать, на которой едва уместится полтора человека. Я приказал Ричу ложиться спать, а сам сел за маленький столик возле окна, и при свете магического фонаря занялся новыми пистолетами. В первую очередь я разобрал их и тщательно протер ветошью все механизмы. Мало ли, вдруг окалина или мелкая железная крошка попала после обработки — нужно избежать осечек. Пистолеты новые, а я не испытал их. Да и где стрелять? На постоялом дворе? Так переполошу всех, стражу вызовут… Кстати, пока мы шли к «Фруктовому Саду», не заметили ни одного городского патруля. Словно горожане предоставлены сами себе.
Засыпал в казенники порох из пороховницы, достал из мешочка пули и зарядил их, после чего закрутил стволы обратно. Щелкнул предохранителем, подержал в руке — да, и в самом деле оружие легче по сравнению с моими старыми пистолетами. Но те проверенные, надежные. Оглядываю свой арсенал и довольно хмыкаю. Теперь у меня шесть выстрелов. Грозная сила! И да, мое мнение оставалось прежним: огнестрел всегда будет надежнее шпаги или палаша, тем более для того, кто плохо владеет холодным оружием.
Я погасил фонарь и вгляделся через мутноватое стекло, что же происходит на постоялом дворе и возле конюшни. Слуги до сих пор суетятся, ворота открыты настежь, свет фонарей скудно освещает стоящие в ряд кареты. Нет, пока слишком людно, наемники не идиоты, чтобы совать нос в забитую народом гостиницу.
Сев на расшатанный табурет в углу, я прижался спиной к глухой стене и закинул ноги на стол. В таком положении не поспишь, но подремать можно. Машинально провел ладонью по груди, ощутив тепло мориона. Та еще загадка. Оказывается, если его не сжать в руке, то чертов артефакт даже не думает работать. Тибби подсказал. Любой гравитон требует некоего толчка. С большими кристаллами легче, если они настроены на левитатора. Они чувствуют его, когда чародей рядом, и «волнуются», если он отходит слишком далеко и долго не появляется. Могут и взорваться. Вот почему левитаторов называют «узниками гравитонов». Привязаны друг к другу как любящие супруги. Хотя чем такая любовь отличается от ненависти?
 
Мелкие артефакты подобные мориону гораздо капризнее к привязке. По аналогии с ветреной красоткой, которая сама не знает, что ей надо от мужчины. Они могут легко менять хозяина, их постоянно приходится заставлять работать. Вот почему я испытал удивление, когда не смог повторить тот трюк с заскакиванием на капитанский мостик. Ноги словно приросли к палубе, а я даже до перил не дотянулся, вызвав веселье у Михеля и виконта Агосто. Опозорился и пошел разбираться к Тибби, уверенный, что это он нарушил мою связь с морионом. Судовой чародей убедил меня, что все не так плохо. Для активации артефакта нужно всего лишь сжать его своей рукой, дождаться ответной реакции в виде свечения, и можно им пользоваться.
Говорю же, капризная штука, но чудесная. Зато теперь знаю, как пользоваться трофеем.
Мне даже удалось задремать. Но тревожные мысли о низаритах не давали покоя, поэтому я не погрузился в глубокий сон. Судя по глухой тишине, народ, наконец-то, угомонился, все спят. Я разбудил Рича, и тот мгновенно вскочил, даже не открывая глаз.
— Сейчас, — пробурчал он и пришел в себя. Застегнул камзол, проверил пояс с метательными ножами — не выпали, случаем? — и встряхнулся как дикий зверь после дремы. — Все, я готов.
Он открыл дверь и выскользнул в коридор, слабо освещенный со стороны лестницы и где-то в самом конце. Я остался стоять в проеме, контролируя обстановку. Нужно еще дождаться виконта, убедиться, что с ним все в порядке. Рич по-кошачьи дошел до комнаты, где спал Ним, и постучал условным сигналом. Выждал какое-то время — аристократ, видимо, дрых как суслик — потом повторил. Дверь скрипнула, две фигуры поменялись местами.
— Игнат, ты неисправимый параноик, — широко зевнув, виконт рухнул на постель, даже не спрашивая меня, хочу ли я поспать на мягком соломенном матрасе, а не на жестких досках. — Мне такой сон снился… Я гулял с Эрнестой в саду, держал ее руку…
— Поцеловать-то успел? — усмехнулся я.
— Что? Ах, поцеловать… Какие же у нее прелестные губы… мягкие, пахнущие вишней…
Все, вырубило виконта. Завидую человеку. За ним носятся свирепые убийцы, плетет козни граф Абра — а он спокоен как морская поверхность в штиль, да еще храпит, мешая мне сосредоточиться.
Я недооценил противника, пытаясь понять логику его поведения и тактику. В тех слухах, которые несли в себе информацию о низаритах, было много выдумок и баек. Как может человек пройти сквозь стену? Да никак, если между сообщающимися комнатами нет потайной двери. А может ли он открыть запертую изнутри дверь, да еще на солидную задвижку? Ну… если постараться, то вполне себе вариант. Только шуму будет много.
Единственное место, через которое я ждал врага, было окно. А он пошел тем путем, который я считал прямолинейным и шумным. Дело в том, что в этой комнате начисто отсутствовала возможность запереться изнутри. Вероятно, хозяева посчитали, что при возникновении пожара кто-то из постояльцев не сможет выбраться наружу, а чтобы помочь ему, придется выбивать дверь или крушить ее топорами. Потеря времени приведет к гибели людей. А оно надо владельцу гостиницы?
У виконта, как у важной персоны, такой замок в комнате был. А вот нашу дверь пришлось закрывать обычным крючком, накинутым на скобу. При том, что она и так хлипкая (для слуг и челяди же!), то не составит труда зацепить крючок кончиком ножа. Но дело даже не в этом. Я ждал нападение извне, а враг ухитрился пробраться в таверну и теперь пытался попасть в нашу комнату. Значит, за нами все-таки следили изначально и знали, кто где будет отдыхать.