Кондотьер (СИ)

— Гравитоны, которые закупает флот, самые чистые! — огрызнулся Тибби, сам страдая от магического фона. — Кристаллы тщательно шлифуются, проходят неоднократную проверку и только потом их устанавливают на корабли! Господин Боссинэ покупал использованные гравитоны для своих нефов на бирже, их очисткой никто не занимается. Зачем кому-то лишние хлопоты? Продали гравитон, получили за него деньги — и трава не расти! А вам откуда известны такие подробности про флотские кристаллы?
И прищурился на меня с подозрением, как будто я выложил секретную информацию.
— У меня было много друзей, служивших на военных кораблях, — спокойно парирую я. — Поверьте, Рэйни, когда знаешь, что и как спрашивать, получаешь уйму интересных сведений.
— Может, они знают, как обновлять грани использованных гравитонов? — еще сильнее прищурился Тибби.
— К сожалению, среди знакомых не было левитаторов и огранщиков, — улыбнулся я, гася разгорающийся интерес судового чародея.
После завтрака туман стал рассеиваться гораздо быстрее, даже подул попутный ветер, обсушив паруса. Шкипер Торфин уверенно сказал, что дождя сегодня не будет. Кстати, независимо от него так же подумали и капитаны других кораблей. Все дружно подняли паруса, что позволило слегка снизить напряжение гравитонов. Пошли ходко, и после полудня достигли Дасквича.
Караван остался на фарватере, а вот «Лаванда» подошла к причалам, чтобы сгрузить на берег четыре десятка бочек с аксумским ромом, и вернулась в строй. Правда, все это заняло несколько часов, пришлось стоять на якоре до утра. Я вместе с Михелем решил проверить, как несут службу парни на «Олене» и «Еноте». Торфин выделил нам шлюпку с гребцами для такого случая. Они домчали нас до авангардного судна, дождались, когда мы по штормтрапу поднимемся на борт, и направились обратно.
Рич держал своих головорезов в ежовых рукавицах. Никто не слонялся без дела. Разделившись на пары, штурмовики отрабатывали различные приемы защиты и нападения с палашами и абордажными топорами.
— Надо бы провести учебный бой по защите корабля, — сразу же заявил Рич, как только мы поднялись на палубу. — Я со шкипером разговорился, так он предупредил, что после Валунного Двора придется снизить скорость. Обычно там и происходят нападения.
— Знаю, — кивнул я. — Пройдем Невермут, попрошу Боссинэ остановить караван где-нибудь в пустынном местечке. Выделю пару часов на ограбление «Соловья».
— Отлично! — обрадовался Рич, откровенно скучавший от безделья. Когда я рассказал ему о нападении низаритов, он долго переживал, что в тот момент не находился на флагмане. Встретить достойного противника для моего друга было чем-то сродни находке драгоценного камня в куче мусора.
— У тебя все нормально? Люди не болеют? Как питаются? — завалил я вопросами Рича.
— Да молодцы парни, что сказать, — кивнул на оживленных тренировкой штурмовиков, сражающихся на пустом пятачке внизу перед капитанским мостиком друг с другом. — Никто не ворчит, ночную стражу несут без нареканий. Правда, пару раз пришлось применить наказание, когда во время стоянки у Эбонгейта поймал спящих.
— И что ты с ними сделал? — полюбопытствовал дон Ансело, изредка поглядывая на правильность исполнения того или иного приема кем-то из штурмовиков.
— Одному руку вывихнул, другого вызвал на поединок и исхлестал палашом, — буднично произнес Рич. — Зато до остальных сразу дошло, что шутки кончились. Неправильно такое говорить, но нападение низаритов очень кстати пришлось. Я рассказал про смерть одного из наших, так все сразу задумались.
— Попугай не спал во время атаки наемников, — напомнил дон Ансело.
— Я к тому, что нападение произошло ночью, — парировал Рич. — А это самое поганое время для защищающихся. Нужно бороться со сном, глядеть по сторонам, когда ни черта не видно, и слушать, постоянно слушать звуки, окружающие тебя. Я на Пакчете сам участвовал в ночных нападения на гарнизоны дарсийцев, и знаю, с кого начинаются все беды. Так что вывихнутая рука — это самое легкое наказание. В боевых частях нарушителя обычно вешают на дереве.
 
— Ну, с такой логикой не поспоришь, — я поднял руку, приветствуя бравого капитана «Оленя», вышедшего из своей каюты посмотреть, кто к ним в гости пожаловал. Айви был на несколько лет моложе Торфина, и в отличие от него тщательно брился, отчего загоревшее на солнце лицо отливало светло-золотистым загаром.
— Сам господин Сирота пожаловал! — Айви подошел ближе и кивнул в знак приветствия дону Ансело. — Неужели хозяин решил поменять порядок движения?
— Не беспокойтесь, шкипер, — я усмехнулся в ответ. — Пока такой вопрос не обсуждался.
— Мне господин Боссинэ доверяет, — вздохнул с облегчением Айви.
Я уже знал, почему шкиперы столь ревностно относятся к порядку прохождения каравана по реке и к неожиданным перестановкам. Головной экипаж всегда получает премиальные больше, чем остальные, не считая флагмана. Почему так? Считается, что нападению в первую очередь подвергается первое судно, чей экипаж больше всех и рискует. Не могу сказать, есть ли в этом разумное зерно. Например, почему бы не ограбить последнее? Стремительным рывком берем на абордаж корабль, всех за борт, чтобы не мешались — и кто в здравом уме захочет отбивать его, терять ход, ввязываться в ненужный бой?
Не уверен в своих суждениях. Это первое сопровождение по реке, здесь могут быть иные правила. Возможно, Торфин что-то знает, поэтому и не рвется ставить «Соловей» головным. Хитрый и битый жизнью дядька, уважаю.
— Лучше скажите, капитан, где самое удобное место для нападения? — для полноты картины спросил я Айви. Может, у него иное мнение?
— Перед Валунным Двором и за ним, — тут же последовал ответ. — Очень паршивое место с отмелями. Коса Личбо перед ними всего лишь развлечение. Фарватер меняется ежедневно. Поэтому придется снизить скорость до двух узлов и послать вперед лодку с матросами, чтобы промеряли глубины. Как бы вообще не встать на якорь, пока будем искать фарватер. Вот это и будет самый опасный момент для нас. Держим нос по ветру и глядим во все глаза. На моей памяти там было с десяток крупных нападений.
— Ладно, я понимаю пиратов или грабителей, кто они там на самом деле, — продолжал выпытывать у Айви подробности. — Но почему наместник не наведет порядок?
— Там власть барона Рокмака, — качнул головой шкипер. — Вот увидите, господин Сирота, если мы дойдем до Валунного Двора целыми и невредимыми, он пришлет своего управляющего и казначея, чтобы взять пошлину за прохождение по его участку реки.
— А если нападение произойдет до города?
— Тогда у нас отличный козырь в рукаве, чтобы самим настаивать на компенсации. Рокмак придерживается старых феодальных уложений, но не настолько глуп, чтобы не подчиняться приказам короля или его чиновников, наделенных особыми полномочиями. Он обязан поддерживать порядок, но одной рукой держит штандарт с золотыми лилиями, а другой ныряет в карман честных купцов. Поэтому я уверен, что барон найдет полусотню отчаянных ублюдков, чтобы устроить нам кровавый танец. Не тот он человек, который с безразличием смотрит вслед проплывающей мимо него добыче.
— Понятно, вы нарисовали ясную картину, капитан, — я прикоснулся к полям шляпы, показывая свою благодарность, и получив в ответ добродушную улыбку, отвел своих друзей к борту. — Судя по всем данным, которые я собрал от наших бывалых шкиперов, Валунный Двор будет занозой в наших задницах. И еще эти… блуждающие острова посреди Роканы. Все одно к одному. Как будем отбиваться, если на нас нападут?
— Предлагаю устроить совещание на «Соловье», когда пройдем Невермут, — предложил Рич. — До этого времени мы все хорошенько обдумаем варианты и разработаем защитную стратегию. Думаю, мнение шкиперов тоже не помешает.
— Да, это неплохая идея, — поддержал его дон Ансело. — Нужно, чтобы каждый знал свой маневр, иначе растащат нас в разные стороны, и тогда мы ничем не поможем.
— И конец кондотте Игната Сироты, — хмыкнул я. — Ни один паршивый купец даже близко к себе не подпустит.