Кондотьер (СИ)

Графу Абре хватило прозорливости и ума не угрожать Кафхэну Нофре смертью или еще какими карами. Он просто поставит в известность короля, что в Дарсии свил гнездо опасный Орден наемников-низаритов, и укажет, где искать его последователей. Этим ходом ему удастся приблизиться к королевскому двору и занять место возле трона правителя. Должность наместника, конечно, хороша, но только не в этой дыре, зовущейся Натандемом.
— Как вам будет угодно, граф, — высокопоставленный низарит, осуществлявший координацию действий своих воинов, едва наклонил голову, обозначая поклон.
Именно эта независимость и бесила наместника. Нофре вел себя с ним как равный с равным, но граф чувствовал, что он никакой не высокородный принц или какие там в Аксуме титулы, и не дворянского происхождения. Скорее, вояка. Руки, которые трудно скрыть под тканью халата, несут на себе следы многолетнего ратного труда. Они привыкли держать шпагу, палаш, нож, но никак не вилку и ложку из серебра.
— Позвольте задать один вопрос, граф, — уже собираясь уходить, низарит обернулся. — Вы упомянули, что командир наемной охраны родом из Халь-Фаюма. Могу ли я узнать подробнее об этом человеке?
— Я сам еще ничего не знаю толком, — досадливо поморщился граф Абра. — Мои люди сейчас пытаются разыскать следы Сироты: кто он, откуда появился, кем был в прошлом. Когда у меня будет достаточно информации, я поделюсь ею с вами.
— Благодарю, граф, — откланялся Нофре, и расправив плечи, вышел из кабинета.
Оставшись в одиночестве, наместник не сдержался и выругался, упоминая всех родственников этого заносчивого ублюдка вплоть до седьмого колена в самых уничижительных выражениях. Облегчив душу, он подошел к столу и налил в бокал из графина темно-рубинового «Идумейского», позвонил в колокольчик. Створки двери тут же распахнулись, и на пороге застыл облаченный в темно-коричневый камзол охранник из числа внутренней стражи.
— Эрмеландо вернулся? — спросил граф Абра, снова усевшись в кресло.
— Да, ваша милость. Он ожидает в нижней гостиной, — четко ответил охранник.
— Экий скромник, — усмехнулся хозяин кабинета. — Немедля зови его.
— Слушаюсь, милорд!
Граф успел осушить свой бокал, прежде чем в помещение проскользнул невзрачного вида человек в длиннополой засаленной шляпе, из-под которой космами спускались длинные волосы. Лицо мужчины носило на себе следы долгих возлияний горячительных напитков, обвисшие щеки и заросший жесткой щетиной подбородок и вовсе могли вызвать приступ отвращения. Если бы в кабинете присутствовал еще кто-либо, он с удивлением увидел бы, что граф Абра не только не выгнал наглеца в грязной одежде, прикрытой потертым дорожным плащом, а наоборот, расхохотался, похлопывая в ладоши.
— Если бы мне не сказали, что мой Эрмеландо уже во дворце, я бы точно спустил на тебя псов! Признаюсь, не узнал. Ты превзошел самого себя. Кем на этот раз был?
— Моряком, ищущим место на каботажном судне, — хрипло ответил гость, — и заодно великосветским хлыщом, развлекающимся на различных приемах.
— Выпей вина, — поморщился граф. — Твой голос скрипит как немазанные ворота в конюшне.
Эрмеландо ни чинясь, подошел к столу, налил полный бокал восхитительно пахнущего нектара и в несколько глотков осушил его. Сдернул с головы шляпу и почесал макушку.
— Извините, милорд, — осклабился он, заметив недовольство в глазах наместника. — Я так спешил к вам с известиями, что не удосужился принять ванну. Если вам угодно видеть меня в чистых одеждах, я сейчас же исправлю свою ошибку. Но этот парик так прирос к голове, пока добирался до Натандема, что голова зудит как проклятая.
— Так уж и быть, потерплю грязного вонючего матроса рядом с собой, если он принес интересные вести, — пошутил граф Абра. — Только не садись в кресло, умоляю…
Эрмеландо улыбнулся и окинул взглядом кабинет. Он устал, но проявлять невежество на глазах хозяина хватило ума. Здесь была только самая красивая и богатая мебель, предназначенная для высокородных, и марать оббивку все-таки не стоило. Зато возле двери притулилась изящная скамейка, покрытая темным лаком. На нее-то он и уселся, вытянув гудящие от долгого путешествия ноги. Ну да, где на перекладных, где на крестьянской телеге — путь не близкий для человека, обряженного в такое рванье.
 
— Итак, я слушаю, — голос наместника стал жестким.
— Игнат Сирота и в самом деле оказался купцом, — начал свой рассказ Эрмеландо. — Его корабли были захвачены пиратами Керми, а сам он со своими экипажами попал в плен. Сколько времени Сирота пробыл на архипелаге, неизвестно. Помните, милорд, историю нападения на «золотой караван»? Так вот, этот шустрый малый воспользовался моментом, когда вся пиратская армада ушла на перехват каравана, перебил охрану и захватил корабль, на котором вместе с остатками своих людей совершил побег. Мало того, вместе с ним бежала и леди Тира Толессо. Вы же знаете, кто это?
— Про семейство Толессо я слышал, — кивнул граф Абра, скрывая удивление. Надо же, девчонка жива оказалась вопреки многочисленным скорбным слухам! — Говори дальше.
— Сирота направил корабль в Суржу, надеясь на благоволение властей. Но его обвинили в пиратстве и приговорили к смерти. Но случилось удивительное. За него вступился сам лорд Торстаг. Якобы этот человек выполнял его задание на Керми, является чуть ли не личным шпионом. Для Сироты все закончилось благополучно. Получив купеческий патент, он отплыл в Акапис, где решил поселиться и вести свои дела. Кстати, я туда наведался и поспрашивал о Сироте. Многие о нем отзываются хорошо. Особенно строительная артель. Купец приобрел так называемую Пустошь Кракена, бывшее владение баронов Домине, вместе с особняком, который сейчас активно отстраивают. Так что деньги у Сироты есть. Наверное, при побеге еще и пиратов ограбил… Милорд, мне нужно выпить. В горле пересохло.
Получив согласный кивок, Эрмеландо снова наполнил бокал доверху и вернулся на лавку. Отпив пару глотков, он продолжил свой рассказ:
— В Акаписе все очень интересно. Судно, на котором Сирота сбежал из плена, теперь его личное, называется «Тира». Да-да, в честь леди Толессо. Забавно же, милорд, не находите в этом некий подтекст? Кхм… Так вот, бриг сейчас болтается на рейде, а в усадьбе находится несколько десятков хорошо вооруженных людей. Они охраняют строителей и присматривают за окрестностями. Но самое интересное, их ежедневно обучают военному делу. У Сироты, по-видимому, есть несколько офицеров, натаскивающих головорезов на какие-то делишки. Возможно, они и есть ядро будущей кондотты.
— Как негоциант мог привлечь к службе боевых офицеров? — удивился Абра.
— Моих возможностей не хватило узнать подробности, ваша милость.
— Выяснил ли ты что-нибудь насчет виконта Агосто? — недовольно пошевелился граф в кресле. Все, что рассказывал Эрмеландо, было очень интересно и раскрывало некоторые непонятные моменты. Особенно загадочным выглядело вмешательство лорда Торстага в жизнь какого-то купчишки. Вот где стоило покопаться со всем усердием.
— Да, пришлось походить по тавернам и харчевням, — агент поморщился и осторожно почесал затылок. — Поговаривают, именно там виконт очень близко сошелся с купцом Сиротой. Их неоднократно видели вместе. Вынужден признаться, что не смог полностью узнать, договаривались ли они о чем-нибудь.
— Уже неважно, — отмахнулся Абра, задумчиво обхватив подбородок. — Они вместе направляются в Шелкопады, и их путь лежит мимо Натандема. Кто, например, помешает им тайно высадиться в Лойвью и через несколько часов оказаться в моем городе? Всего-то жалких десять лиг.
Эрмеландо пока молчал, не вмешиваясь в рассуждения своего хозяина, и понемногу отхлебывал из бокала.
— Есть еще что-нибудь интересное? — наконец, граф обратил на него внимание.
— Я решил заглянуть в Скайдру и разузнать что-нибудь о леди Тире Толессо. Конечно же пришлось достать из своих закромов чистую рубашку, штаны и камзол, — собеседник усмехнулся. — Назвался своим настоящим именем, но меня огорчили. Леди Тира не принимала никого. Девушке приходится очень тяжело после долгого отсутствия дома. Нужно восстанавливать свои позиции, заново заводить связи с аристократическими семьями Скайдры и всего побережья. Она постоянно в разъездах. Но за пару медяков нашелся один разговорчивый слуга. Больше всего меня интересовало, насколько правдива история леди Тиры. Оказывается, именно Игнат Сирота спас ее из лап пиратов. Пришлось отбросить кучу всяких сказочных нагромождений, но все так и есть. И участие лорда Торстага в судьбе купца подтверждено. Он даже рекомендательное письмо ему написал.