Кровавая весна 91-го (СИ)

— Всё, — кивнул Сережа и всё-таки спросил:
— Там же наши пацаны, Саня, Вадик, Рудик. Мало ли что. Может моя помощь понадобится. А я здесь сидеть буду?
— Ты там ничем не поможешь, — отрезал Андрей, — А вот захлопнуть дверь, если мы в темпе вальса сбежим в подвал, вполне. Лучше ещё, недалеко от двери тюки с одеждой расставь, на всякий случай, чтобы можно было обрушить в любой момент. Вот здесь чуть сбоку справа. Мало ли, вдруг сюда ворвутся за нами. Если неожиданно кто-то чужой появится, сразу вали на него.
— Сейчас сделаю, — кивнул Цыганков.
— Вот и хорошо, — Максимов хлопнул товарища по плечу и снова пошел наверх.
Снаружи уже слышались крики.
— Пацаны, быстро загружайте машину обратно, — разорялся мелкий рэкетир. — Мы её с собой заберем. Я кому сказал⁈
— С чего бы это вдруг? — возмутился Саша. — Это товар Влада.
— Был его, стал наш, — хохотнул бандит и сразу посерьезнел. — Ты чего не вдупляешь?
Здоровяк в «адидасе» грозно надвинулся на бледного Русина. Вадик отошел за спину Рудика и тихонько подобрал деревянную ножку от стула, оставшуюся после вчерашнего выброса мусора.
— Ша, салаги, стоять на месте, — пацан в кожзаме заметил маневры Громова и одним движением расстегнул мастерку, продемонстрировав торчащую из-за пояса рукоять «макарова». — Не дергайтесь, цацкаться с вами никто не будет.
— Тема, ты чего? Это же школьники, дети ещё совсем, — пробасил бритый в «адидасе» — Ты что, шмалять в них будешь? Я на такое не подписывался. Можно просто лещей раздать, но не шмалять же.
— Буду, — злобно прошипел мелкий. — А что, стоять и ждать, пока они деревяшкой по кумполу оприходуют?
— Так кидать в машину нечего, не осталось же в подвале ничего, — смешался в разговор Максимов. — Тут уже другой грузовик стоял, поменьше, так мы по команде Влада в него товар покидали. А сейчас остатки в подвал переносим.
— Брешешь, ведь? — ухмыльнулся мелкий.
— Брешут собаки, — с достоинством ответил Андрей. — Я говорю. Сам глянуть можешь, если не веришь.
— Гляну, — зловеще пообещал Тёма. — Соврал, в репу получишь.
— Зачем мне врать? — удивился Максимов. — Моё дело маленькое — таскать и бабки за работу получить. Остальное не волнует.
— Пойдем, покажешь, какие там остатки, — скомандовал бандит. — Иди впереди.
— Да без проблем, — пожал плечами Максимов. — Пойдем.
Спускаясь по ступенькам вниз, Андрей громко спросил:
— Слушай, вы нас точно не тронете? Ты пойми, Влад — сам по себе, мы сами по себе — грузчики. К его делам отношения не имеем.
— Не боись, пацан, — снисходительно ответил мелкий. — Всё ништяк будет. Главное — не дергайся.
— Так я и не дергаюсь, — сообщил Максимов. — Вон с тобой иду, всё показываю.
«Надеюсь, Серега всё слышал и приготовился».
Максимов открыл дверь и жестом пригласил бандита.
— Проходи.
— Ты первый, — ухмыльнулся рэкетир. — Знаем ваши штучки.
— Первый так первый, — пожал плечами Андрей. Сделал шаг вперед и сразу сместился влево.
Следом в подвал шагнул мелкий. Остановился, по-хозяйски обозревая помещение.
— Ах, ты, — ощерился бандит. Больше ничего сказать не успел. На него обрушились тюки с одеждой. От неожиданности мелкий шлепнулся на спину. Максимов быстро шагнул вперед, одновременно ладонью закрывая дверь и пробивая ногой сверху вниз прямо в белеющее в полутьме лицо.
Макушка бандита глухо стукнулась о бетонный пол. Он что-то невнятно булькнул, раскинул руки и замер в глубоком нокауте. С разбитого рта стекал жирный сгусток крови, в полутьме, казавшийся черным.
— Ты его не убил? — опасливо выглянул из-под тюков Сергей.
— Не должен, — Максимов опустился на корточки, первым делом забрал «макаров», пощупал пульс.
— Живой.
— Фухх, слава богу, — облегченно выдохнул Сергей. — Дальше что?
— Веревку достань, моток я в том углу со стройматериалами видел. Там нож лежит и тряпки. Будем вязать.
Через минуту мелкий бандит с тряпочным кляпом во рту, был обмотан по рукам и ногам веревками, затем оттащен под мешки с одеждой.
— Теперь я выхожу, надо парням помочь, а ты тут будь, карауль этого, — Максимов строго глянул на Цыганкова — Не вздумай сам проявлять инициативу. Мелкого не трогай, как бы он ни дергался и мычал. Пусть полежит в холодке, подумает о вечном.
  
— Не буду, — пообещал Сережа.
— Всё, сиди тут, никуда не высовывайся, — Максимов щелкнул флажком предохранителя, послал патрон в ствол, подхватил свою куртку, положил на правое предплечье, спрятав пистолет.
— Ты чего, стрелять собрался? — всполошился Цыганков.
— Попугаю бандитов, — хладнокровно сообщил Андрей. — По-другому, не получится. Стрелять не собираюсь, только в самом крайнем случае.
— Тема, млять, ты, что там делаешь? — крикнул бритый — Чего застрял?
— Всё, я пошел, — Андрей открыл дверцу и двинулся наверх.
— Ни пуха, ни пера, — подрагивающим от волнения голосом пожелал Сережа.
— К черту, — буркнул Максимов, шагая по ступенькам.
Рядом с выходом стоял бритый. Увидел направленный на него ствол и брови изумленно поползли вверх.
— Ты чего пацан, совсем крыша поехала? — изумился он, сделал шаг и протягивая ладонь. — Дай сюда волыну, быстро.
Рудик, Саня, стоящий возле кузова и Вадик замерли, не веря глазам.
— Да бери, — Максимов опустил ствол, быстро шагнул вперед, сделал рукой движение, будто действительно хотел отдать пистолет и зарядил со всей дури носком ботинка между ног.
— Уууй, — простонал бандит, сложившись буквой «зю» и обхватив ладонями поврежденное достоинство. Получил рукоятью «макара» по лысому лобешнику, и рухнул лицом в грязь, заливая землю каплями крови.
— Рудик, обыщи его, только осторожно, — попросил Андрей, держа бритого под прицелом. Рэкетир признаков жизни не подавал, находясь в глубоком нокауте, но рисковать Максимов не хотел.
— Ага, — Вернер приблизился, обхлопал бандита, вытащил из правого кармана брюк выкидушку, из куртки — бумажник, из-за пояса потертый «ТТ».
— Пользоваться умеешь? — уточнил Максимов.
— Конечно, отец меня несколько лет на стрельбища таскал, — кивнул Рудик.
— Тогда держи этого под прицелом, а я пойду, гляну, что там с Владом. А бумажник положи обратно, нам чужого не надо.
— Я с тобой, — Саня спрыгнул с борта грузовика. — Это мой брат.
— Нет, ты останешься тут, — жестко оборвал Максимов.
— Но, — попытался возразить приятель.
— Тут будь, — добавил стали в голос Андрей.
Саня нахмурился, но промолчал.
— Нам конец, пацаны, — подал голос Вадик. — Нас всех просто закопают. Это же люди Черного. Не надо было влезать, ничего бы они Владу не сделали, может деньги забрали, ну дали пару раз легонько, чтобы помнил под кем ходит. Теперь беда будет, нам кирдык.
— Посмотрим, — хмыкнул Максимов. — Не так страшен Черный, как его малюют. Ладно, парни, пошел я. Следите за бритым. Второй в подвале связан, его Сережа караулит.
Андрей двинулся вверх по ступенькам. «Макаров» он держал перед собой, готовый в любой момент выстрелить. В зале на втором этаже никого не было. Несколько мешков со шмотками разбросаны по сторонам, парочка рядов завалена, а так всё как в прошлый раз.
Из закрытого кабинета директора доносились громкие голоса.
— Мужики, я не готов платить тридцать процентов, — раздался нервный голос Влада. — Это много. Мы же на двадцать договаривались.
— Мужики в поле пашут, — ответил Авто. — Следи за метлой, с братвой трёшь. Двадцать было в том месяце, а в этом тридцать. Ничего, не обеднеешь, ты шмотки шьешь за копейки, а потом в трое-четверо накручиваешь, черную кассу ведешь, с товаром на рынке мутишь. В Москву джинсы возишь, на паях с каким-то хреном магазин держишь. А нам ничего не сказал. Вот за это и наказываем.
— Авто, в Москве другие расклады. Я с местными бригадами ещё до тебя работал. С ними краями разошелся, свалил, магазин другу оставил. К нему никакого отношения не имею, он всем рулит. Мой товар на реализацию берет и за процент продает, всё честно. Платит местным пацанам, они наперстки на Киевском крутят и с таксюков бабки сшибают, сейчас круто подниматься начали. Я не при делах. Тебе с общего оборота отстегиваю, как договаривались. Твой же бухгалтер недавно бумаги смотрел: графа «реализация Моск». Так что всё честно.