Кровавая весна 91-го (СИ)

Зареченские рассредоточились около лестницы, ведущей на балкон. Проблемы начались, когда стоны Гвенна, сменили истошные вопли Тины Тёрнер. Первые две пары, Саню с Верой и Вадика с Аней пропустили без проблем. Лера и Виталик немного задержались, что-то оживленно обсуждая. И как только подошли к лестнице, им перегородили дорогу. Ухмыляющийся Игнат прихватил Леру за локоть. Девушка возмущенно вырвала руку. Виталик что-то сказал. Зареченские оскалились, обступили побледневшего Виталика. Игнатов, продолжая улыбаться, наложил пятерню на лицо студента и легонько оттолкнул его назад.
Максимов придержал рванувшихся вниз друзей.
— Спокойно, не порите горячку, я разберусь. Вадик из балкона есть запасной выход?
— Да, — подтвердил Громов. — Немного дальше, пожарный имеется, на случай эвакуации.
— Отлично, уходи через пожарный, ищи своего дядю Славу и тащи его вместе с остальной охраной сюда. Похоже, кто-то из его подчиненных пропустил зареченских. Пусть наводит порядок.
Вадик молча, развернулся и побежал вдоль балкона.
Андрей глянул вниз. Разговаривают на повышенных тонах, наезжают и толкают перетрусившего Вадика, Леру не трогают.
— Теперь так, я спускаюсь и сам с ними разговариваю. Вы идете следом, но без необходимости в базар не влезайте. Вмешиваетесь только в случае замеса, если охрана не придет. Девчонки никуда не уходите, сидите на месте. Всё поняли?
— Ладно, — сразу же ответила понятливая Вера. — Тут будем.
— Хорошо, — почти одновременно с ней сказала Аня.
Жанна не ответила ничего, осталась на месте.
Саня и Сергей кивнули, красный от злости Рудик через мгновение — тоже.
— Отлично, тогда пошли.
Андрей, быстро прыгая по ступенькам, начал спускаться. Следом двигался Рудик, за ним Сергей, замыкал процессию Саня.
— О, пацаны, а чего это у вас тут происходит? — удивился Максимов, оказавшись рядом с зареченскими. — Вы чего к девушке прицепились?
Рожи зареченских повернулись на голос.
— Шагай отсюдова, пока целый, — пробурчал сквозь зубы худой высокий парень с кепочкой, надвинутой на глаза. Двое: коренастый крепыш и паренек с железным зубом сразу выдвинулись навстречу Максимову, засунув руки в карманы брюк. Еще один, отведя глаза куда-то в сторону, двинулся вперед, так чтобы оказаться сбоку от Андрея и при необходимости зайти в тыл. Трое остальных, стоявших дальше, у двери, остались на месте, только чуть напряглись, готовые в любой момент с низкого старта рвануть вперед.
Широкое лицо Игната, оторвавшегося от беседы с мертвенно бледным Виталиком, расплылось в радостном оскале.
— О, Ворон, должничок. Чего тебе всё неймется? Пожаловал за новой порцией? Так это запросто. Или бабки принес? Если хочешь опять один на один выйти, не советую. В прошлый раз пожалел — в этот убью.
— Нет, спасибо мне в прошлый раз хватило, — криво усмехнулся Максимов. — Наоборот, тебе хочу дать совет. Девушка, к которой ты прицепился — мой друг. И одновременно, подруга этого парня. Я хоть и не хочу, но попробуешь её обидеть, буду вынужден драться. Но в этом необходимости не будет. У неё есть парень, и он тебе легко задницу надерет. Три года самбо занимался.
Андрей указал на Виталика.
— Кто, этот что ли? — Игнат откровенно заржал.
«А вот теперь окончательно добьем Виталика. Тот, кто много рассказывает о своих подвигах, чаще всего врёт. И судя по первой реакции и бледненьким щечкам, я прав. Сейчас проверим».
— Ты не смейся, — серьезно сказал Максимов. — Не вздумай с ним решить вопрос по пацански, один на один. Убьет. Он кэмэса по боксу — мощного взрослого дядьку подсечкой завалил и болевым поломал. А ты вообще юниор хренов.
— Кто? — Игнат с новым интересом посмотрел на трясущегося Виталика. — Какой КМС нахрен? Ты чего мне тут трёшь? Этого фраера дергает как припадочного, он же сейчас обоссытся от страха.
— То не от страха, а от благородной ярости, — невозмутимо пояснил Максимов. — Виталик просто вводит себя в состояние берсерка. Потом будет рвать на клочки всё живое вокруг. Кто не спрятался, он не виноват. Можете даже вдвоем или втроем против него выйти, все равно у вас шансов не будет. Порвёт как Тузик грелку.
  
— Н-нет, — простонал Виталик. Его затрясло ещё сильнее.
— Вот видите, сейчас пену пустит и начнёт крушить черепа, — Андрей осторожно отступил на шаг.
Гопники по-прежнему ухмылялись, но уже как-то неуверенно, и на всякий случай тоже отодвинулись подальше.
Лера, собравшаяся возмутиться, глянула на Максимова и закрыла рот.
Виталик закатил глаза, качнулся и рухнул. Грохот упавшего тела на секунду перекрыл затихавшую музыку.
— Сознание потерял, от перенапряжения, — авторитетно пояснил Андрей. — Берсерки, они такие, непредсказуемые. Может завалиться, лежать как мертвый, а потом вскочить и поубивать всех вокруг.
Зареченские опасливо отодвинулись ещё дальше.
Дверь распахнулась в зал, ворвался дядя Слава с Вадиком и другими охранниками.
— Наконец-то, — облегченно выдохнул Андрей.
Когда зареченских выпроводили. Лера с негодованием накинулась на Максимова.
— Ты что творишь? Зачем Виталика подставлял?
— Во-первых, я сразу послал Вадика за охраной и просто тянул время, — пояснил Андрей. — Во-вторых, говорил чистую правду. Виталик же сам рассказывал: кэмээса по боксу отлупил как пацана. Я просто процитировал его же слова. Надо же было зареченских отвлечь. Никто бы его под молотки не подставил, не переживай, всё просчитано.
Слабый стон, заставил Андрея и Валерию повернуться. Виталик, о котором в суматохе забыли, пришел в сознание.
— О-они у-ушли? Б-бить не будут? — запинаясь, спросил он.
— Не бойся, — Лера отвернулась, чтобы парень не увидел промелькнувшую брезгливую гримасу. — Никто тебя не тронет. Можешь бежать домой. За меня не беспокойся — ребята проведут.
  
Глава 18
 
Максимов с друзьями добрались домой без проблем. Дядя Слава, знающий повадки зареченских, после дискотеки, отправил двух самых здоровых охранников, сопровождать парней до улицы Командарма Будённого, где находились дома. Девчонок и трясущегося от страха Виталика отвез лично на своей «шестерке».
Пылающие желанием мести зареченские во главе с Игнатом, поджидали их на аллее, недалеко от дискотеки, увидели охранников, и устраивать разборку не решились. Так и сидели на скамейках и молча смотрели, как парни вместе с сопровождающими растаяли в темноте позднего вечера. Как потом сказал Вадик, старого опера дядю Славу и его парней побаивались, и связываться не желали. Благодаря прошлой службе в милиции он решал проблемы моментально, мог легко устроить чересчур «горячим парням» веселый вечер в РОВД со «слоником», ударами «Энциклопедического словаря» по дурным головам и другими специфическими радостями жизни, включая оформление за хулиганство и возможность в течение пятнадцати суток проникнуться всеми «радостями» арестантской жизни. Год назад одна особо буйная команда, устроившая на дискотеке групповую драку с тяжкими телесными, при активном содействии дяди Славы, уехала «отдыхать» в колонию…
Первая половина следующего дня прошла как обычно. Максимов вместе с Вадиком позанимались на спортивной площадке. Мужика в гэдээровком костюме не было, они чувствовали себя намного свободнее и даже провели небольшой спарринг.
Уроки пролетели как одно мгновение. На алгебре математичка ещё раз напомнила Андрею, что в следующий понедельник погоняет его по теме. На химии была лабораторная работа. Физкультура прошла весело. Горынычу надо было срочно отойти, он попросил сидеть тихо и разрешил парням поиграть в футбол.
На большой перемене в столовой хмурый Хомяков, показательно игнорируя ехидно улыбающегося Русина, напомнил: в понедельник комсомольское собрание. Максимов обещал прийти.
Следующим уроком была «литература». «Русичка», она же классный руководитель одиннадцатого «А», Тамара Владимировна, сообщила новость. Георгадзе, учиться дальше в классе, после случившегося позора не захотел и перевелся в другую школу. По мнению Максимова, зря. Слава «засранца» настигнет его и там.