Кровавая весна 91-го (СИ)

— Не знаю.
— Вадик?
Громов изобразил усиленную работу ума: почесал затылок, устремил задумчивый взгляд куда-то вдаль, потеребил подбородок, затем посветлел лицом и счастливо выдал:
— Я понял! Это имя. Оно принадлежит человеку, но используют его в основном окружающие.
— Правильно.
На печального Виталика было больно смотреть. Студент никак не мог понять, как это так? Школьники разгадывают загадки, а он тупит.
— Идем дальше. Третья загадка. Ты сидишь в самолете, сзади автомобиль, спереди лошадь, где ты находишься?
Виталик долго и напряженно ворочал мозгами, потом выдохнул:
— Бред какой-то. Не знаю. На африканском аэродроме?
— Да что такое⁈ — Лера возмущенно всплеснула руками. — Даже я поняла. Какой африканский аэродром⁈ Всё просто. Подумай немножко.
Виталик ещё минуту напряженно морщил лоб, потом уныло признался:
— Понятия не имею.
— На карусели, — воскликнула Лера. — Это же так просто! Где можно сидеть одновременно на автомобиле, самолете и лошади⁈ Только там!
Максимов бросил быстрый взгляд на Русина. Саша еле заметно качнул головой: сестренке Рудика он ничего не говорил. Сама догадалась.
— Так, меня задолбали ваши идиотские загадки! — вспылил парень, резко поднявшись со стула. — Херней какой-то страдаете! И вообще, я не верю, что вы до ответов сами дошли. Наверняка, разыграли всё это, чтобы меня обосрать. Всё надоело! Мы уходим, Валерия пошли! Рудик, ты с нами? С этим сборищем малолетних идиотов нам не по пути!
— Я никуда не пойду. Виталий ты не прав, — холодно ответила девушка с каменным лицом. — Это мои друзья, я с ними росла. Никто не виноват, что ты не смог немного пошевелить мозгами и отгадать хоть одну загадку. И я бы на твоем месте извинилась перед ребятами за «малолетних идиотов».
«Отлично, Виталик выставил себя полным дебилом и истериком, вдобавок, не умеющим держать удар. Несколько очков в глазах Леры он только что потерял. Дело движется к посылу в пешее эротическое путешествие. Продолжаем работу с клиентом», — подвел итог Максимов, и сразу вскочил, притормозив рукой, возмущенного Русина, собиравшегося встать.
— Виталик, подожди, — проговорил успокаивающим тоном. — Никто тебя подставлять не думал. Предлагаю все забыть, будто ничего не было, и продолжать общение дальше. Извини, наверно, загадки были слишком сложные.
«Да, я тебя сейчас очень мягко обозвал тупым. Интересно как отреагируешь?».
Виталик пару секунд смотрел на Андрея, потом перевел взгляд на нахмуренную Леру, махнул рукой.
— Ладно, проехали! Извините, вспылил.
И уселся обратно.
«Скушал. Ты ещё дебильнее, чем я думал».
После этой вспышки разговор некоторое время не клеился. Все молчали, а если и говорили, то короткими односложными фразами.
— А давайте пойдем на дискотеку в Дом Железнодорожников? Она через двадцать минут там начнётся, — неожиданно предложила Аня.
— А давайте, — азартно махнул рукой Саня. — Народ, чего, действительно, здесь сидеть? Пошли, потанцуем, развеемся.
— Я, наверно, не пойду, — задумчиво протянул Максимов. — Есть кое-какие дела.
Светить своей выдающейся физиономией на дискотеке, после побега от Авто, конфликтов с Мишей и Игнатом он не хотел. Мало ли с кем из бандитов и шпаны пересечется? Слишком рискованно. Разве только ради одного человека, вернее, одной можно пойти. Кто не рискует, тот не пьет шампанское с красоткой, а грустно сидит в одиночестве…
— Андрюш, если туда идём то все вместе, — решительно заявила Лера. — Или никто. Мы и так, редко собираемся.
Андрей вопросительно глянул на девушку.
«Ты действительно этого хочешь?»
— «Да», — ответили лучистые голубые глаза.
— Хорошо, — вздохнул Максимов — На дискотеку, так на дискотеку.
Виталик скривил рожу и заиграл желваками, но Андрею было наплевать.
  
Глава 17
 
Вокруг входа в Дом Железнодорожников стояла толпа. Парни и девчонки курили на ступеньках, собирались кучками перед входом. Некоторые, отойдя подальше, украдкой доставали из карманов чекушки или распивали бутылки пива, поднесенные друзьями в пакетах.
  
— А чего так? — удивился Андрей, указав взглядом на одну такую компанию. — Внутри, что спиртное не наливают и пиво не продают?
— Не продают, — усмехнулся Саня. — Только соки, ситро и минералка. Дискотека кооперативная. Официально, с восемнадцати лет пускают, но на паспорт никто не смотрит, школьники старших классов проходят, только деньги за билет плати. Поэтому и бухло не толкают, несовершеннолетних много, скандал может быть. Да и пьяные драки с возможными последствиями, а потом проблемы с милицией никому даром не нужны. Иногда охранники тайком выпивших пропускают, когда начальник куда-то отойдет. Всё-таки город небольшой, все друг друга знают, многие сватья, братья, друзья и добрые знакомые. Парочку охранников из-за этого даже уволили.
— А мы поместимся? — поинтересовался Максимов. — Вон сколько народу.
— Конечно, поместимся, — вместо Русина ответил Вадик. — Там зал огромный с балконами. Всегда места есть.
В конце лестницы у входа компанию встретили четверо крепких мужчин. Из-под закрытой двери гремела музыка.
— Билетики покупаем, — заявил плотный седой мужик среднего роста.
— Дядя Слава, здравствуйте, — вылез Вадик. — Это мои товарищи.
— Привет, — улыбнулся мужчина. — Рад видеть. Как там Димка, по-прежнему топчет землю в Ленинском райотделе?
— А куда он денется? — усмехнулся Громов. — Он же опер по жизни, как и вы. На вас равняется, будет пахать до пенсии. Сколько билеты стоят?
— Как всегда в будние дни. С парней — два рубля, с девушек — рубль.
— Дороговато, — почесал затылок Громов-младший.
— Это не ко мне, к начальникам нашим с претензиями обращайся. Они, наоборот, считают — дешево, — ответил дядя Слава. — Так, вас пять парней и четыре девушки. Значит четырнадцать рублей.
Деньги у Максимова были. Перед походом в райотдел, он разбил розовую хрюшку-копилку. Там оказалось шестьдесят четыре рубля в бумажках и куча мелочи, которую даже считать не стал.
— Ребята, скидываемся. За девчонок тоже, — скомандовал Вадик.
— За девчонок плачу я, — высокомерно заявил Виталик.
— Не нужно этого, — спокойно парировал Рудик. — Все сложимся.
Виталик скривился, но спорить не стал.
— Так парни, с каждого по два рубля и восемьдесят копеек, — быстро в уме посчитал Вадик.
Собрал протянутые деньги, в основном мятые рубли и мелочь. Максимов дал зеленую «трешку». Громов протянул двадцать копеек сдачи, но Андрей отказался брать.
Дядя Слава принял деньги от Вадика, кивнул здоровому парню в черном пиджаке. Тот достал из кармана ленту. Оторвал билеты и вручил пачку Громову. Вадик раздал товарищам и девушкам.
Предупредил:
— До конца дискотеки не выбрасывайте. Если вышли, можете показать билет и вернуться. Потеряете — обратно никто не пустит.
Охрана расступилась, освобождая проход. Как только дверь открылась, по ушам ударил оглушающий гром музыки. С динамиков лился сладкий голос Тома Андерсона «Черри, черри леди». Толпа в центре отрывалась «на всю катушку». Штормящим морем вздымался и опадал лес рук, дергались задницы и ноги, тряслись в экстазе тела, люди двигались в разные стороны, стараясь подстроится под музыкальный ритм. Под балконом, протянувшимся над всем залом и у выхода, за столиками сидели и стояли компании и отдельные парочки. На постаменте в противоположной стороне зала гремели огромные, высотой в человеческий рост динамики:
— Чего стали? Идем на балкон, найдем столик, — Рудик повысил голос, перекрикивая музыку, и пошел вперед, раздвигая людей плечами и локтями. За ним потянулся Громов, Виталик и остальные. На втором этаже было немного просторнее. Но все столики заняты.
— Эй, пацаны, сюда идите, — раздался знакомый голос. Максимов вместе с остальными повернулся. Со столика в углу махал радостный Синица. С ним сидела миниатюрная тоненькая, симпатичная девчушка, напомнившая Андрею Дюймовочку из мультфильма. Напротив Синицина — Марат со жгучей брюнеткой восточного типа.