Сегодня в городе дождь (СИ)

Вжих…
Оцепляю презерватив и прячу его себе в клатч.
Вжих… Щетка вновь на стекле, рядом с моим лицом, и я подумав...
Вжих…
Отрываю второй.
Я плохая.
Я ужасная просто.
Быстро запечатываю коробку и закрываю бардачок.
Закрываю клатч и вернув его на колени, поправляю волосы.
Приложив руку к груди пытаюсь дышать ровнее.
О, Боже мой… Угомоните мое сердце кто-нибудь.
  
Поступок стучит в виске неприятной болью. Я трусиха! Знаю! Сама бы я ни за что не купила бы эту вещь в аптеке.
Мне они по сути не нужны. Но вдруг…
Машу кистями на лицо, прогоняя жар с чересчур румяных щек.
У твоего поступка аромат отчаяния, Алёна!
Когда Федор оказывается в машине, я делаю вид, что меня беспокоят по работе и все время торчу в телефоне.
Ну не могу я с ним общаться, после своего поступка.
Словно мужу изменила. Глупость такая!
Ну вот к чему сейчас это чувство вины?
А еще я не хочу общаться с Федором, потому что совсем не могу сосредоточиться на его вопросах и дать внятный ответ.
В мыслях моих, увы не Феденька…
Мне уже конец, знаю.
Жду не дождусь, когда мы переступим порог ресторана. Сердце не на месте… В последний раз я так переживала на защите диплома. Когда мы наконец-то подъезжаем к ресторану я хватаю клатч и поспешно выхожу из машины, впивая тонкие шпильки в снег.
Понимаю, что так некрасиво, но я не дожидаюсь, пока Федор припаркует автомобиль. Спешу к входу, словно мне открывать сегодняшний вечер.
Шаг мой максимально быстрый, но немного неуклюжий. На шпильках быстро не побегаешь, тем более в такую погоду.
Неудобно, но зато красиво — девиз любой девочки.
Балансируя подхожу к крыльцу и возле ступенек поскальзываюсь на луже, которую замело снегом.
Только не это…
Я уже почти прощаюсь со своей задницей и представляю насколько это будет больно, но чувствую, как твердая рука хватает меня за сгиб локтя, а вторая приобнимает за талию.
— Кто в такую погоду ходит на каблуках? Чуть зубы на ступеньках не оставила ведь, Алёна — отчитывает знакомый голос.
Муромов.
Сердце нервно дергается и начинает истерично скакать.
Боже! Боже! Боже!
Поворачиваю голову на звук и поймав щекой теплое дыхание замираю.
Он тут. Рядом. Я хочу его поцелуев так же сильно, как наверное Федор хочет моих.
Но вот хочет ли моих поцелуев Илья?
Такие задачки мы точно в школе не решали, а зря...
Голубые глаза проходятся по моему лицу.
Как всегда не могу распознать эмоции этого мужчины. Пустота. Тишина.
ФСБшники бы плакали, если б им понадобилось «раскалывать» Муромова, потому, что это сделать невозможно.
Мы не стоим вечность разглядывая друг друга и не целуемся в конце.
Илья дожидается, когда я приду в чувства после несостоявшегося падения.
И, когда я выпрямляю спину натягивает мне на голову капюшон шубы.
Все!
Дальше он быстро забегает по ступенькам, скрываясь за дверьми ресторана.
Проглатываю вязкую слюну и завороженно пялюсь на дверь.
Что это было?
Кто-нибудь научите мое сердце стучать правильно.
А не его ли я ждала? Не для него наряжалась?
Выдыхаю скопившийся воздух и беру себя в руки.
Мне надо попробовать поговорить с Ильей. Не представляю, что ему скажу…
Но я не могу его потерять…Мамочки, как это глупо звучит.
— Не замерзла? — с боку появляется мой спутник в неуклюжей кепке.
— Замерзнешь тут…— тяну завороженно и посмотрев еще раз на дверь с улыбкой добавляю — пойдем?
Мы не спеша заходим в ресторан.
Не спеша, это как тогда с Муромовым, здороваясь на каждом шагу с представительными людьми. Не потому, что здесь какое-то крупное торжество, нет. Тут всего лишь День рождения одного из коллег Федора и столик, к которому мы должны прийти в конечном итоге находится где-то рядом. Поэтому и гости расползлись по залу и большая их концентрация в районе входа.
Оставляю Федора с его приятелями и спешу в гардероб. Уже знаю, что женщина на таких мероприятиях не должна покидать своего спутника, но мы же помним, что эскортница я никудышная.
Сдав шубу, зажимаю клатч подмышкой и растопыренными пальцами «оживляю» локоны, приподнимая их у корней.
Освежив цвет помады и немного покрутившись возле зеркала ставлю себе твердую пятерку и ударной походкой подхожу к нашему столику.
Да! Я красивая и пора бы уже признаться себе в этом!
Подойдя к столиком ловлю в фокус подругу.
Вика уже на месте. Ее шикарное, белоснежное платье с перьями невозможно не заметить. Помню, сколько оно стоит. Игорек на нее денег не жалеет.
Опускаю взгляд на свои золотые пайетки и поджав губы снимаю один балл. Хорошо. Выгляжу на четверку…
— Ты опять опаздываешь? С кем случайно уехала на этот раз? — Вика улыбается, а мне ее шутка не заходит.
Закатив глаза трясу головой и плюхаюсь на свободный стул.
Он где-то здесь.
Стаскиваю свернутую салфетку и занимаю дрожащие руки.
Надо же как-то волнение унимать...
Шарю глазами по залу в поисках знакомого силуэта. Ну же, Муромов… Куда ты подевался?
Вика, ни капли не расстроившись, что я закончила нашу короткую беседу, льнет накрашенными губами к щеке Игоря. Ее бойфренд ведет себя сдержанно, но то, что ему это нравится скрыть невозможно.
А Муромов бы скрыл… Он в этом мастер…
— Пф-ф-ф-ф…— шумно выдыхаю и отпиваю из стоящего на подносе бокала.
Один Муромов на уме и никакого просвета…
— Вот ты где…— садится рядом Федор и по хозяйски накрывает мою руку своей.
О, Боже… Ну зачем такой интим?
— Добрый вечер — раздается над нами звонкий голос и я подняв голову деревянею и скидываю со своего образа еще два балла.
Перед нами стоит Ксюша в бордовом, коктейльном платье на тонких бретелях. Ее загорелые плечи привлекают внимание и утягивают его к выпуклому бюсту. Подозреваю, что у Ксюши и у Вики один пластический хирург. Тот, который в нашем городе считается самым лучшим и чье имя женщины произносят с придыханием. ( привет от самого красивого врача из «Честное врачебное» прим. Автора)
Я никогда не была у него на приеме, но сейчас мне хочется записаться. Потому, что мое платье меркнет, каким бы блестящим оно не было.
Все-таки в мире, где крутятся эти женщины такой «аксессуар», как красивая грудь просто необходим, в противном случае твои полушария будет целовать не красивый Муромов и не поджарый Игорек, а старый, надежный Федор. От этой мысли мне хочется горько всхлипнуть.
Но осторожно опустив взгляд на свою грудь понимаю, что все не так плохо. Слава пуш-апу!
— Познакомьтесь, это мой муж— Эдуард — худощавый, красивый блондин приветливо пожимает руку мужчинам, а на наших с Викой оставляет сухой поцелуй.
О! Вот это…новости… А как же Муромов?
Эдуард заканчивает приветствие и возвратившись к супруге притягивает ее к себе за талию.
Ничего не понимаю.
Это у них, у богатых такие причуды, да?
— Что пьет чудесная Алёнушка? — по-хозяйски откинув мои волосы за спину шепчет на ухо Федин голос.
Сжав кулаки закрываю глаза и дышу. Буквально три секунды.
Ненавижу, когда трогают мои волосы…
Мне кажется, я скоро начерчу защитный магический круг, от этого дяденьки.
Открываю глаза и повернувшись к Федору мило ему улыбаюсь.
Надеюсь моей реакции никто не заметил.
Он по-прежнему очень близко. Ну вот разве не чувствует, что не нравится мне?
Ругаю себя за малодушие. Нужно ведь просто открыть рот и сказать правду. Зафрендзонить. Но я… не могу его обидеть. А вот так себя мучить могу…
Краем уха слышу ожившее веселье за нашим столом и автоматически поворачиваю голову и смотрю на виновников.
— А у вас тут целый семейный подряд — Игорь пожимает руку...Муромову...
О, Боже он здесь!Игорь вроде ведет себя непринужденно, но при этом в их разговоре словно присутствует какое-то смущение со стороны Викиного мужчины.
— Да я не надолго забежал. — сдержанно улыбается Илья, а потом ловит взглядом меня и его улыбка постепенно угасает сменяясь другой эмоцией.