Жемчужина пустыни (СИ)

«Да разве в этом счастье».
— Ничего не нужно, — подарками не купит.
— Роди мне сына, Диана. Ты говорила, что не связала бы жизнь с мужчиной, который не хочет детей — я хочу.
— Беременность может быть проблематичной… — это правда, и ничтожная попытка оттолкнуть Саида от себя.
— Ты не здорова?
— Здорова. Причина в другом: отрицательный резус-фактор, и чтобы беременность протекала хорошо и не возник резус-конфликт — в идеале, у отца моего будущего ребёнка тоже должен быть такой же резус. А чаще всего у людей встречается положительный резус-фактор. Врач так объясняла.
— Значит, мы совместимы, у меня как раз отрицательный резус-фактор.
«Наверное, что бы я ни сказала, у него на всё найдётся ответ».
— Официальный статус жены устроит? — странный вопрос. К чему он клонит?
— В смысле..?
— Женюсь на тебе. Хочешь?
«И тогда снимет с себя всякую ответственность за похищение иностранки, если узаконить отношения. Нет, этому не бывать!».
— Домой хочу. Отпусти… пожалуйста…
— Это не обсуждается. Забудь о свободе. Теперь ты — моя, — он встал с дивана. — Я в душ, быстро освежусь, а ты пока раздевайся и ложись в постель. Разговор продолжим позже.
«Сколько же в нём сил…».
* * *
Саид надвигается как гигантская скала. Идёт с грацией хищника, а в глазах отражается безумный блеск.
Под этим плотоядным взглядом сжалась.
— Ты огорчаешь меня, Диана, — приблизившись к кровати, скинул полотенце с бёдер. — Почему до сих пор в одежде? Сказал же тебе: раздеться.
«Приказал — так будет точнее».
— Я жду!
Чувствую себя униженной, когда вот так требует.
Сейчас я совсем не в настроении заниматься сексом. Но разве спросит…
Понимая, что нет выбора, я послушно сняла платье и нижнее бельё.
— Так-то лучше, — он улыбнулся.
Развернул меня к себе спиной, поставил на четвереньки и стал покрывать мою кожу порхающими поцелуями. Одной рукой щипает соски, а второй — ласкает пальцами между ног. А когда добился нужной влажности, резко ворвался внутрь, заполнив собой до упора…
* * *
— Что делать?! — Алия опять устроила истерику. Нервно расхаживает из стороны в сторону.
На этот раз причина в том, что Саид запер её, временно запретив покидать пределы комнаты (весь день она провела под арестом и сколько это продлится — неизвестно). Заодно и Фатиму поселил туда же, забрав ключи, чтоб больше не совала свой нос, куда не просят.
— Госпожа, не знаю. Как и вы, я нахожусь в растерянности. План провалился, а ведь я предупреждала… — покачала головой она.
— То есть, я виновата? — возмутилась девушка.
«Кто ж ещё, своими поступками всё испортила, ну и я тоже, когда предложила помощь» — подумала целительница, а вслух сказала:
— Для начала успокойтесь. Покажите мужу, какая вы хорошая любящая жена, заботливая мать, и ни в коем случае не злите его. Нужно усыпить бдительность господина.
— Я не Халима, терпеть не стану!
— Дети спят… — Фатима вздрогнула, когда та повысила голос.
— Ты же видела, они гуляли вместе сегодня, прям подружками стали, — Алия никак не отреагировала на замечание. — Если это продолжится, то я не смогу подобраться к этой… Точно! — она подошла к целительнице, схватила её за плечи. Смотрит обезумевшим взглядом. — Ты права! Мне надо притвориться: подружиться с русской, чтобы иметь возможность общаться с ней. И тогда я отравлю тварь!
«Глупая, глупая девчонка…».
  
Глава 23
 
Вот как Саиду это удаётся? Зверским диким напором, с которым занимается сексом, подчиняет своей власти мгновенно, заставляя открыться навстречу, без шанса на сопротивление. Контролировать это невозможно.
Но больше всего удивляет собственная реакция: не принадлежу себе в минуты близости, с головой погружаясь в процесс — ощущения зашкаливают настолько, что забываю, кто я и где я, теряю счёт времени. Становлюсь в ЕГО умелых руках мягким пластилином, таю как горячий воск и уношусь на немыслимые высоты…
…С каждым мощным толчком, похожим на удары, в теле стремительно нарастает разрушительная буря, готовая вот-вот поглотить в губительной силе и растерзать на части, после чего распадаешься на миллионы частиц в пиковый момент.
 
«А эта наполненность… о-о-о… это что-то невероятное, волшебное, фееричное…» — всякий раз, от мыслей, что ОН сейчас войдёт в меня, мышцы внутри стягивает от ноющей пустоты в томительно-приятной боли, всё горит от острого желания и потребности выпустить на волю сексуальное напряжение.
Это сродни тому, когда пьёшь и не можешь напиться — утолить нестерпимую жажду, хочется ещё и ещё, чтобы это не заканчивалось…
И почему так реагирую? — не знаю… Ничего подобного за мной не наблюдалось прежде. Я, кажется, вообще никогда не испытывала истинного удовольствия от секса. Сравнения неуместны, но будто девственности лишилась опять, окунувшись в мир наслаждений впервые. Такого спектра многогранных эмоций точно не было.
А причина в Саиде… Без преувеличения, открыл во мне нечто новое и неизведанное ранее: с одной стороны это нравится, что умею так тонко ярко чувствовать, а с другой — положение рабыни, игрушки для утех угнетает, и данное противоречие не даёт покоя…
…Он намотал мои волосы на ладонь и, потянув на себя, сжал в тугих объятиях. Продолжает вторгаться в беспощадном темпе. Шепчет на ухо ласковые нежные слова, от его горячего частного дыхания кожа покрылась мурашками, я вся дрожу — превратилась в оголённый воспалённый нерв, с губ срываются стоны в такт ритмичным движениям.
Мы как будто настроены с ним на единую волну. Чувствую, как приближается к финалу: он сдавленно хрипло дышит, тихо рычит. И это сразу находит отклик в женском естестве — низ живота потяжелел, ещё немного и взорвусь в сокрушительном оргазме… который настиг незамедлительно…
Вся накопленная мощь вырвалась наружу, и я выгнулась дугой в его руках, в глазах потемнело на секунду от нахлынувшего блаженства.
Саид совершил несколько толчков и тоже бурно кончил, изливаясь в меня густой струёй. Прошипел сквозь зубы и, как уже бывало, укусил за шею, усиливая и без того запредельные ощущения и, тем самым, продлевая удовольствие…
Не разрывая сплетений тел, вместе со мной рухнул на постель и продолжил крепко обнимать.
Какое-то время мы просто лежали, и лишь сбившееся дыхание нарушало тишину. Первым молчание прервал он, тут же огорошив своей фразой:
— Думаю, не стоит затягивать со свадьбой, — произнёс со всей серьёзностью. Твёрдо и уверенно. — Вопрос одной недели.
— Что..? — попыталась вырваться, но он не позволил отстраниться.
И пусть говорил об этом, я не предполагала, что всё может случиться так быстро.
— Сначала ты примешь ислам, потом поженимся, а совсем скоро будешь носить моего сына, — сказал, как отрезал.
«Это приговор» — жестокий и несправедливый!
— Домой хочу… — осторожно произнесла девушка. Хотя рассчитывать не на что — надежда достучаться до него утекает, как вода сквозь пальцы.
— Нет! — повысил голос. — Теперь ты — моя! — осталось добавить собственность, вещь, игрушка, постельная грелка, живая кукла для всех его аппетитов.
Она испуганно вздрогнула, а глаза мгновенно увлажнились, наполняясь слезами. Ситуация практически тупиковая, приняла стихийные необратимые последствия, набирая стремительно обороты, словно снежная лавина, несущаяся с горы и сносящая всё на своём пути…
— Сколько раз повторить, чтоб дошло, наконец?! Не отпущу! — Саид схватил девушку за запястья, впиваясь пальцами в нежную кожу, и совсем не замечает, что причиняет боль. Потом прошептал зловеще и угрожающе, по слогам: — Ни-ког-да… — эта тихая интонация звучит громче любого крика. — Ни-ког-да…
 
— Я не буду твоей женой, и уж, тем более, не стану мусульманкой, — неожиданно для себя смело ответила она.
«Пусть хоть забьёт до полусмерти, не соглашусь на подобную жизнь» — пролетела мысль в её голове.