Прогулка по Порталам (СИ)

«У тебя… все равно… нет выбора» — с трудом подумала женщина.
«Кроме как жить в твоем теле? Разумеется. И мне нет смысла убивать тебя. Но кто сказал, что оно всегда будет твоим?»
«Тварь»
Данан лежала, свернувшись клубком, когда до нее донеслись звуки возни. Кажется, Рендел возвращался. Смотритель в самом деле вскоре появился из прохода внутри отрога. За подмышки он волок какого-то солдата. Обычного солдата из королевской гвардии, не мага, не предателя. Просто человека, который был ближе всех и которого Рендел, видимо, увлек, чтобы «срочно помочь командору». А потом в темноте пещер вырубил. Его выбрали случайно, ему просто смертельно не повезло. Но Рендел действовал быстро и отчаянно.
Данан подняла на Рендела глаза: понимает ли смотритель, на что он обрек этого человека? И главное — ради чего?
По лицу Рендела невозможно было прочесть ничего, кроме непоколебимой решимости. От него требовалось сделать выбор — и он сделал.
Не сводя с подчиненного взгляда, Данан кое-как протянула руку, чтобы коснуться беспамятного солдата. Пальцы женщины вцепились в тело мужчины — с силой, с какой обреченные в самом деле хватаются за жизнь.
Ей даже не пришлось создавать узор заклинания перед собой: Увядание за несколько секунд выпотрошило солдата, напитывая Данан. Иссохшее тело превратилось в скелет. Данан прикрыла глаза: мрак под щекой утих. Ладони погасли. Глаза снова стали серебрится дымкой, как и положено смотрителям Пустоты. Ей становилось лучше.
Женщина протянула руку к Ренделу, и тот бесстрашно взял протянутую длань. Помог Данан занять сидячее положение. Оттащил к стене и прислонил так, чтобы чародейка могла завалиться на опору. Сел рядом. Глубоко вздохнув, Данан скосила взгляд на подчиненного. Рендел широко расставил ноги, и его взгляд был устремлен куда-то вниз.
— Ты даже не дрогнул, — пробормотала чародейка, отдавая должное уважение мужеству смотрителя.
Рендел поднял голову, огляделся. Нашел какой-то прут и стал ковырять им.
— Я сделал, что требовалось. — Отозвался он наконец. Услышал, как Данан хмыкнула.
— Не-ет, — протянула Данан. — Ты…
— Да! — твердо перебил Рендел, оглянувшись на чародейку. — Я сделал, что требовалось. И не говори мне, что я должен был воспользоваться кинжалом, поняла?
Женщина снова усмехнулась: Рендел в последний раз говорил ей «ты», перед тем, как вступить в Калагорн. Довольно давно.
— И тем не менее, — чародейка закрыла глаза, откинула назад голову и повторила: — Ты даже не дрогнул. Ни когда выбрал этого бедолагу, ни когда я… — Она осеклась.
— Что это было? — спросил смотритель. — В смысле, я знаю, что это за заклинание. Но… как это работает?
— Это баланс сил. Жизни и Пустоты. И он меняется. — Женщина пошевелила головой туда-сюда в поисках удобной позы.
— Часто?
— Сегодня впервые после Пагубы.
— Были причины?
— Да. Исчадия… — Данан отодралась от стены и посмотрела на соратника, — много их там?
— Не особо. Это… связано?
— М-м, — Данан кивнула. — Я надеялась, что выброс силы привлечет их, как тогда в Калагорне. Но моя сила уже больше, чем наполовину не моя, Рендел. И вот они здесь. Исчадия Пустоты.
— Только зачем?
— Алеонт успел узнать, что я жива. Разумеется, он бы принял это во внимание и сделал бы ставку в сражении на то, что я не могу высосать и опустошить Увяданием — нежить и демонов. А самый простой способ избавиться от демонов — использовать исчадий.
— Но это слишком опасно! Чем ты думала?!
Данан посмотрела так, чо Рендел перестал причитать. Кажется, у нее была идея.
— Уж с чем, а с исчадиями мы справимся, разве нет?
«И вся страна узнает, что Смотрители Пустоты снова взяли дело в свои руки», — сообразил Рендел. Она делает все, чтобы превратить в умах людей Калагорн в оплот надежности. Но не говорит, что самый ненадежный элемент крепости — она сама.
Мужчина ничего не сказал.
— Ты колебался? — спросила чародейка.
— Нет.
— Даже не спросишь, в чем именно?
— В том, чтобы помочь тебе убить невинного человека, и в том, чтобы стать этому свидетелем. — Он вдруг обернулся к женщине и замер, ожидая, когда Данан посмотрит в ответ.
 
— Почему, Рендел? Ты не обязан…
— Разве? У всех разная история до Калагорна. Свою я отлично помню. Помню, кем был и что делал до того, как вы с Жалом подобрали меня. — Он больше не мог выносить прямого взгляда чародейки и откровенности своего признания одновременно. Стоило выбрать что-то одно. Потому Рендел отвернулся и посмотрел в темноту перед собой. — Я тебе всем обязан, командор. Если порой нужно измазаться, я готов.
Не только руки, но и совесть.
— Что ж, — сказал Рендел, пресекая неловкий момент. — Думаю, ты сама чувствуешь, сколько исчадий еще живы.
Данан вытянула руку: помоги встать! Рендел отодрался от пола и потянул женщину за собой.
— Так давай сожжем им.
Рендел молча уступил Данан идти первой. Кажется, она вполне пришла в себя.
«Однажды ты сломаешься» — шепнул изнутри чародейки голос Темного. Данан малозаметным движением оглянулась на товарища. С таким надежным тылом проиграть — стыдно!
«Я раньше умру».
Когда стихло, Данан подошла к Борво. Потерявший всех хозяев, он сидел прямо на земле, немного заодаль от разоренной сражением котловины. Борво свесил руки, ссутулил плечи, не пытался встать или говорить. В его взгляде более не отражалось ни одной мысли. Он просто смотрел перед собой и не узнавал никого, из подходивших к нему.
Данан присела на колени рядом со старым другом — Борво не сопротивлялся и не поднял на нее взгляд. Со спины подоспели Хольфстенн и Диармайд. Данан выудила из-за пояса обычный кинжал — тот самый, что дал ей Борво перед отправкой. Дей тут же схватил чародейку за плечо.
— Ты чего вытворяешь?!
Однако Данан высвободила руку — осторожно, не вырываясь, но неуклонно, — и склонилась над Борво. Поддела кинжалом завязки на его броне.
— Помоги мне снять это, — попросила женщина.
— Что ты делаешь, Данан?! Ты не видишь…
— Это ты не видишь, — Данан обернулась. — Взгляни на него, Дей. Он не понимает, что с ним делают. И ничего не чувствует.
Диармайд не хотел в это верить, и все-таки заставил себя посмотреть на друга. Тот, поддаваясь рукам Данан, качался из стороны в сторону, как полупустой мешок с зерном.
— Помоги снять его доспех, пожалуйста, — попросила чародейка. Первым откликнулся Хольфстенн. А затем, превозмогая себя, включился и Дей. Его сердце сжималось от истины, которую он предчувствовал.
Освободив Борво от лат, Данан стянула с него поддоспешник, а затем подцепила лезвием край рубахи. Стенн рванул. Борво не сопротивлялся, ничего не говорил и почти не моргал. Он безвольно двигался, куда его тягали. От этого зрелища у Диармайда комок подступал к горлу.
Данан дотошно обшарила торс мужчины, руки, шею, живот и спину. И наконец — нашла.
На ладонь ниже правой лопатки у Борво шелушился зеленоватый узор неведомого заклятия.
— Это… — Хольфстенн так и не придумал, как спросить.
— Кто-то из стражей Вечного должен разбить это заклинание, — севшим голосом попросила Данан. Тайерар не заставил себя уговаривать и приблизился.
— Погоди! — попросил Стенн. Взвалив тело бугая на руки, он приподнял Борво до сидячего положения и сел напротив, чтобы смотреть в пустые глаза былого соратника. Тай, сообразив, сел у Борво со спины. Выпрямил руку раскрытой ладонью вперед. Через мгновение из нее вылетел святящийся комок. Борво выгнулся в спине, словно туда загнали копье. Лишь на мгновение его взгляд стал осмысленным. Он мазнул им по лицам перед собой — Данан, Хольфстенн, за ними Дей. На нем Борво и задержался.
— Наконец-то, — выдохнул он своим голосом и закрыл глаза.
— БОРВО!!! — растолкав чародейку и гнома, Диармайд поймал падающего вперед друга. — Борво!!! — затряс он труп. — Борво? — Диармайд не понял, что происходит. Борво начал осыпаться — черной пылью, от которой разило стариной. Это потому, что он встряхнул его? — БОРВО!!! ДАНАН, ЧТО ЭТО?! ЧТО ПРОИСХОДИТ?! — король уставился на Тайерара, а когда Борво истлел, поймал генерала за грудки. — ЧТО ТЫ НАДЕЛАЛ?!