Прогулка по Порталам (СИ)
Гном поймал на себе взгляд чародейки и широко улыбнулся. Отсалютовал ей кружкой в одной руке, в другой повертел прядку густой медной бороды, окольцованную застежкой. Словно хвастаясь и благодаря одновременно.
Данан ответила на салютующий жест и тоже выпила.
— Рад, что ты вернулась, командор, — шепнул подкравшийся сбоку Рендел. Данан, не оборачиваясь, скосила на мужчину взгляд, ощупала снизу-вверх.
— Сыкуешь быть командором?
— Вы б знали, как! — так же шепотом ответил Рендел. — А это сложно? — спросил совсем тихо, для чего пришлось придвинуться к Данан поближе. Та вновь прошлась взглядом по смотрителю и вместо прямого ответа развела руки в стороны. Скривила дурашливое лицо. Рендел без труда разобрал смысл: «Да плевое дело! Посмотри на меня! Даже я справляюсь!»
Рендел отстранился и засмеялся. Он пытался скрыть смех за распитием эля, но настолько расхрюкался в кружку, что едва не подавился. Потом откашлялся, выровнялся, и заявил.
— Ну, между нами, командор, вы довольно безалаберная.
— Зато ты очень ответственный, — протянула Данан коварно сощурившись. — Хочешь подежурить этой ночью?
Он мог бы удрать с фразами в духе «Нет-нет», но вместо этого заявил:
— А можно не этой? У меня немного другие планы, — сказал Рендел, посмотрев перед собой. Данан проследила его взор и наткнулась на Райан Обри. Командор с интересом посмотрела на преемника:
— Ее брат не против?
— Так я ж не его собираюсь трахать.
Данан рассмеялась. Рендел залпом допил руамардский самогон, скривившись, выдохнул. Отставил кружку и как бы по секрету ответил более внятно:
— Пока не знаю. Я назначил его сегодня дежурить на воротах. А то он от нее вообще не отлипает.
— Злоупотребляешь положением?
— Самую малость, — отозвался Рендел и, нахрабрившись, направился к Райан.
Данан долгое время наблюдала за праздником в общей зале. Затем, обновив порцию эля, вышла на улицу и взялась блуждать по бейли. Время от времени она поднималась на стены, забиралась в башни, наведалась даже на конюшню — проведать Светлячка. Разумеется, она бы никогда не взяла подарок брата в странствие, где ей пришлось бы с ним расстаться. Ллейд, кстати, спрашивал, как поживает скакун, и долго смеялся, услышав прозвище, которое в Калагорне получил вороной жеребец.
Голос внутри нее был смирен и тих. То ли потому, что остался удовлетворенным сделкой и тем, что затянул ее, Данан, на другую сторону. Ту, с которой она должна была воевать в первых рядах. А, может, все дело было в Капкане Хранителя, который чародейка привезла с собой. Рендел говорил, с прибытием командора сам воздух в Калагорне будто стал мягче.
Наверное, все же из-за Капкана. Проходя мимо тренировочных площадок, Данан услышала, как Анси в привычной жеваной манере что-то рассказывает рядовым про арбалетные болты. Вечный, усмехнулась чародейка, кто о чем — а этот все о болтах.
Вернувшись к себе, Данан долго смотрела в огонь в камине, а под утро, так и не уснув, вновь выбралась на улицу. Рассвет в Калагорне и морозный воздух гор и моря неподалеку продирал до костей — и здорово бодрил.
Поглядев со стены во двор, Данан обнаружила, что верхний бейли опустел. Большинство гуляк уже спали, а самые стойкие перебрались в таверну. Оттуда до сих пор доносился нестройный и немного охриплый хор, выводивший:
Я побывал в стольких местах,
Что все не рассказать.
Я знал седло, надежду, страх
И из земли кровать.
Встречал людей. Не назову
Уже их лиц, имен.
Но всякий раз — в морях, в дыму
Я вспоминал свой дом…
Но всякий раз — в морях, в дыму
Я вспоминал свой дом…
Мне опыт пройденных путей
Как свет на сердце лег!
Куда бы не пошел теперь,
Я не страшусь дорог!
Все потому, что мой очаг
Горит в ночи и днем!
О нет, о нет, мне не забыть
Мой милый, милый дом!
— О нет, о нет, мне не забыть
Мой милый, милый дом, — тихонько подпела Данан, устремляя взор вдаль.
*Здесь бы я и поставила точку, если честно. Но ниже представлен бонусный фрагмент для тех, кто хочет для Данан хоть капельку счастья ну или еще просто недообливался слезами. Я сделаю немного пустых абзацев, чтобы Вы успели подумать и решить, хотите ли ввязаться еще немножечко в сопли и читать дальше*
— О нет, о нет, мне не забыть
Мой милый, милый дом, — тихонько подпела Данан, устремляя взор вдаль.
Что это там? Гонец на мосту? Да вроде, нет. Не похож. Путник?
Путник.
Путник!
По мере того, как одинокий всадник приближался к внутреннему крепостному кольцу вокруг донжона, Данан все четче видела его очертания. И когда он почти достиг оборонительных укреплений, командор громко крикнула:
— ОТКРОЙТЕ ВОРОТА!
Тревор Обри и еще один гарнизонный, столь же грустный, как и первый, потянули засовы и рычаги, открывая высокие ставни. Данан, поставив кружку с недопитым элем на парапет, быстро сориентировалась, где ближайшая лестница вниз, и сиганула со всех ног.
Мужчина въехал во внутренний двор и с наслаждением огляделся вокруг, вдохнул полной грудью и спешился — одновременно с тем, как Данан оказалась рядом с ним. Сердце чародейки приплясывало, изумрудные глаза горели и зверски, и озорски.
Путник сбросил капюшон, подставляя предутреннему горному ветру мягкие светлые волосы. Оглядел женщину с головы до ног и, покачав головой, заключил:
— Ты так и не научилась пить.
Данан поплыла, теряясь в его красивых темных, как спелый каштан, глазах.
— Добро пожаловать в Калагорн, — начала она, чтобы хоть как-то сдержать искреннюю радость, которую никак не выходило скрыть, — крепость смотрителей Пусто…
Дослушивать он не стал: дернул, приподнимая женщину на носки, и прижался к губам.
«Почему бы и нет?» — подумала Данан. В конце концов, у нее еще есть немного времени.
ПОСТЛЮДИЯ
В борделе «Счастливый смертник», расположившемся в самом центре Сухих Подворотен Керума царило оживление. Так и не скажешь, что с окончания Седьмой Пагубы прошел только месяц.
Сагимор, хозяин сего увеселительного заведения, по природе своей темный эльф, а по долгу службы — великолепный информатор, которого побаивалась даже даэрдинская знать, подошел к стойке и что-то шепнул бармену. Тот поклонился и сказал, что они поторопятся. Прежде всего, бармен нырнул куда-то в подсобное помещение, и вскоре оттуда показалась хорошенькая помощница с четырьмя кружками таз’гаротского самогона.
Сагимор щелкнул пальцами: «За мной» и повел девушку в самый дальний и непримечательный альков на втором этаже. У входной двери остановился, забрал сначала две кружки и занес внутрь, потом вернулся и забрал другие.
— Когда принесете оставшееся, не вздумайте зайти без стука. И чтобы меня никто не беспокоил!
— Да, господин, — пискнула девушка.
Сагимор зашел внутрь и оглядел обравшихся. Сказал бы ему кто лет сто назад, что он будет прятаться в уединенных уголках с тремя мужиками — дал бы в глаз, честное слово. А теперь вот каждой такой встречи ждет, как дети — городской ярмарки.
— А я говорю, — настаивал Хольфстенн, — что со времен Рендела Неустрашимого не было ни одного командора, способного как следует давать отпор благородным задницам, Жал! Я настаиваю! Смотрителям нужен хоть один пряморукий убийца! Тогда короли резко становятся сговорчивее!
— Ты что ли мне предлагаешь к ним вступить? — вздыхал Тальвес.
— Да при чем тут это? Но ты же можешь отдать пару рукастых головорезов на это дело! Быть смотрителем — грязная работенка, в ней должны быть обычные воины, а не сплошь избалованные мальчики в отполированных доспехах! Того гляди, только такие сосунки и останутся, и в следующий раз убирать архонтовское дерьмо будет просто некому! Все побоятся испачкать подол!
— До следующего раза еще дожить надо. К тому же пока еще есть Ресс в Ирэтвендиле. Он же вроде отлично со всем справился, нет?
— Неважно, как он справился! Мы оба знаем, что даже командоры-эльфы живут не особо долго! Жал, я не прошу невозможного. Просто отряди по паре ребят из реальной жизни в этот орден. Одного туда, другого сюда. — Хольфстенн прожестикулировал, весьма умозрительно изображая направления разных стран. — Благородным мессирам и леди будет не лишним помнить, на ком все держится.