Громкий развод

– Аделина… Аделина…
Голова взрывается. Из-за сильного волнения я теряюсь в толпе журналистов и в ужасе понимаю, что не могу найти выход. Мне нужен воздух. Паника оказывается сильнее меня – еще чуть-чуть, и я разрыдаюсь на глазах у зевак.
Я озираюсь по сторонам – кто-то уже достал мобильный, а кто-то развернулся на стульях в ожидании представления. Ощущаю себя цирковым клоуном, вот только мне нисколько не смешно.
  
Неожиданно сильная мужская рука обнимает меня за талию и вытягивает из роя назойливых папарацци.
– Без комментариев. Дайте пройти! – резко бросает мой муж.
– Убери от меня свои руки, – потрясенно шепчу я, пытаясь скинуть его ладонь, но Дан лишь крепче прижимает меня к себе. – Я подаю на развод.
– Шшш, Лина. Никакого развода не будет.
 
Глава 2
 
Оказавшись на улице, я жадно вдыхаю свежий сентябрьский воздух, который проникает в мои разгоряченные легкие и помогает унять приступ паники.
– Дыши, – командует Дан, бережно обняв меня за плечи.
Я хочу сказать ему, чтобы меня не трогал. Не после того, как этими же руками обнимал свою бывшую всего пару часов назад. Чтобы оставил меня в покое, но молчу, размеренно вдыхая и выдыхая, слушая барабанную дробь своего сердцебиения и отдаленный шум – это охрана моего мужа оттесняет от нас свору писак. Господи, если бы Дан не появился, они бы меня просто растерзали…
Сейчас, когда муж рядом, когда я чувствую его тепло и до боли знакомый запах, поверить в то, что он мог так бессовестно обмануть меня, становится еще сложнее. Да, Царев непрост, да, у него очень скрытный характер, да, порой мне казалось, что он умалчивает что-то, не желая волновать меня своими проблемами, но вот так за моей спиной встречаться с Эльзой – я не понимаю, как мы до такого докатились. Просто не понимаю.
Я ведь всегда была с ним честна. Если он хотел быть с ней – он мог мне во всем признаться: как бы ни было больно, я бы ушла, подала на развод. Но это… Своим поступком он просто втоптал меня в грязь перед всем миром. Что скажут родители? Что скажут друзья? Что скажет мое руководство? Разве ведущая вечерних новостей на респектабельном канале может мелькать на первых полосах желтой прессы в связи с изменой мужа? Моей репутации после сегодняшней бомбы просто конец… А это обязательно наложит свой отпечаток и на мою карьеру.
– Поехали домой, – миролюбиво предлагает Дан, заметив, что мое дыхание выровнялось, и я перестала дрожать.
– Я никуда с тобой не поеду, – протестую я, вырываясь из его рук.
– Давай без сцен, Лин. У меня был чертовски тяжелый день.
– У тебя был тяжелый день?! – вспыхиваю я, недоверчиво глядя в каменное лицо Царева. – Как мило! Какой день, ты думаешь, был у меня? Пока я ждала, что мой муж вспомнит о нашей годовщине, он развлекался со своей любовницей!
– Дома обсудим, – шипит Дан сквозь зубы, обхватывая стальной хваткой своих пальцев мой локоть. – Ты понятия не имеешь, о чем говоришь!
– Отпусти меня, – на мой отчаянный протест он даже не реагирует, тащит меня за собой и буквально вталкивает на пассажирское сидение своего автомобиля.
– Моя машина на парковке, – замечаю резко, когда муж садится на водительское.
– Пригонят.
– Я не оплатила счет в ресторане.
– Оплатят.
– А воду в вино ты случайно превращать не умеешь? – говорю язвительно.
На мрачном лице Дана возникает нечто отдаленно похожее на улыбку. Он бросает на меня внимательный взгляд, я вижу, как разглаживается залом между его бровей и смягчается линия губ.
– Лин, нам надо поговорить, – произносит он уже мягче. – Вся эта ситуация яйца выеденного не стоит.
– Серьезно? Я хотела поговорить с тобой до того, – делаю упор на этой фразе, – как весь мир узнал о том, что у тебя есть другая!
– У меня нет другой! – рычит муж, пронзая меня мрачным взглядом. – Неужели ты поверила в эту чушь?
Его неподдельная ярость заставляет меня на мгновение усомниться в измене, а потом я вспоминаю фотографии – те, на которых он целуется с Эльзой в уединении незнакомой мне квартиры или гостиничного номера, и все сомнения отступают на второй план. То, что я ощущаю теперь – это дикий коктейль злости, обиды, ревности и боли.
– Поверила, – муж сам отвечает на заданный ранее вопрос. – Видишь, нам просто жизненно необходимо поговорить!
– Я не хочу с тобой разговаривать, – чеканю я, демонстративно сложив руки на груди.
– Тогда будешь молчать и слушать, – отрезает Дан, поворачивая ключ зажигания.
– Сегодня, когда я как дура названивала тебе, натыкаясь на автоответчик, ты был с ней? – вырывается у меня отчаянный вопрос, и я почти сразу о нем жалею.
Поджатые губы и вздувшиеся желваки мужа – более чем красноречивый ответ на него. Он действительно был с ней. Это все не розыгрыш, не чья-то злая шутка. Что бы он ни сказал, это не изменит факта – он видится со своей бывшей регулярно и день нашей годовщины он тоже провел с ней.
Внезапно перед капотом появляется начальник охраны Виктор и, бурно жестикулируя, просит Дана на два слова. С раздраженным вздохом муж щелкает ремнем безопасности, который успел застегнуть, и, бросив на меня задумчивый взгляд, выходит из машины.
В тишине бронированного салона я смотрю, как он внимательно слушает охранника и все сильнее мрачнеет. К ним подходит еще один мужчина, они о чем-то громко спорят, смотрят в направлении входа, где все еще толпится несколько человек с фотоаппаратами, а я воспользовавшись этим моментом, открываю дверь и, оставшись незамеченной, выскальзываю из автомобиля.
Недалеко от парковки – подземный переход и спуск в метро. И еще сейчас час-пик, легко затеряться.
У меня нет плана. Нет каких-то четких мыслей. У меня с собой сумочка, в которой есть телефон с зарядкой, паспорт, пластиковая карта и совсем немного наличных, и понимание, что я не хочу оставаться с Даном. Возможно, завтра у меня будут силы встретиться с ним, выслушать его оправдания, принять какое-то решение, которое изменит всю мою жизнь. Пока же я просто хочу испариться – в одиночестве поплакать, зализать свои раны, забыться. А не слушать объяснения мужа, которым я вряд ли поверю. Не теперь, когда доказательства его встреч с Эльзой есть у всего мира.
Спустившись в метро, я проезжаю две остановки, потом пересаживаюсь на другую ветку, еду еще три. Сознательно остаюсь в центре, просто блуждаю по кругу, словно хочу запутать следы. Знаю, что легко смогу найти в этом районе отель, только переживаю, что если Дан задастся целью найти меня, он легко сможет сделать это – за последнее время у него появилось много влиятельных знакомых в самых разных кругах. С другой стороны, зачем ему меня искать? Этот вечер, вечер нашей годовщины, он может теперь беспрепятственно провести с ней. С Эльзой, которая спустя столько лет все еще его волнует.
На глаза наворачиваются слезы, но я не даю им пролиться. Выхожу из подземки на улицу, впервые за все время с момента побега беру в руки телефон. Поставить его на беззвучный режим было правильным решением. На экране светятся десятки звонков, уведомлений в мессенджерах, отметок в соцсетях. Не стоит сомневаться, что новость о предательстве мужа дошла до всех…
Я не успеваю убрать телефон обратно в сумочку, как он вспыхивает новым входящим звонком. Дан.
Мой первый порыв – сбросить. Но в конце концов, я глубоко вдыхаю и снимаю трубку.
– Что за шутки, Лина? – в динамике звучит разъяренный голос мужа. – Ты где?
– Это не шутки. Я хочу побыть одна. Мне нужно время, чтобы подумать.
– Скажи мне, где ты, я заберу тебя, – напирает муж, будто не слышит моих слов.
  
– До свидания, Дан.
Не успеваю отключиться, как на телефон прилетает звонок от мамы. Оставляю его без ответа. Как и еще один звонок от Дана. И потом от подруги. И еще несколько – с незнакомых номеров. Я даже боюсь представить, что творится в папке сообщений.
Запахнув пальто в попытке согреться, иду по вечернему городу. Мимо спешат люди, в окнах горит свет, движение на дорогах все такое же загруженное – все идет своим чередом, только у меня ощущение, будто моя жизнь разрушилась.