Путь Стратега (СИ)
Значит сокрушенных удачно реанимировали, а кроме того два подразделения тяжёлой пехоты повысили ранг, а одно подразделение лёгкой перевели в тяжёлую. Видимо какая-то еще снаряга до нас таки добралась. Отлично. Итого у меня две с половиной тысячи тяжёлой пехоты и еще тысяча одоспешенных копейщиков. Много это или мало? Все познается в сравнении, и надо понять какие у меня будут враги. Однако чем больше под рукой хороших войск, тем лучше. Командование легиона во главе с Геноцием явно не сидело без дел в мое отсутсвие. С ними повезло. Мне не приходится играть роль затычки для каждой бочки.
Спустя несколько часов пути перед моим взором раскинулся знакомый вид огромного военного лагеря, занимавшего пологий холм. Двадцать первый легион еще сильнее проредил лес вокруг. Наблюдательные вышки превращались уже во вполне основательные башни. Около лагеря непрерывно сновали легионеры, снабженцы, мастера и прочий причастный к военному делу люд. Рядом возникли небольшие торговые ряды. И разбойники им не помеха. Так глядишь скоро походным борделем обзаведемся. Интересно, что по этому поводу говорят местные военные традиции?
Есть такое выражение: Слона то я и не приметил. Когда за разглядыванием мелких деталей мимо твоего внимания проходит нечто глобальное. Не мой случай в этот раз. Башни, торговцы, вырубка… Главное изменение заключалось в том, что рядом с лагерем двадцать первого вырос еще один походный стан. Он расположился по дороге на Север прямо под холмом. Имелись свои ров и вал, шатры из синей и зеленой материи, над крупнейшими из которых стояли незнакомые знамена. Золоченые символы на шестах, но не орлы, а кабаны, лошадиные головы и оскаленные пасти чудовищ. Все богато украшено лентами, колокольчиками, самыми разными подвесками, так что имперские аквилы казались воплощением аскетизма. Варвары. Тут сомнений быть не могло.
Однако оба лагеря сосуществовали мирно. Союзники? Те самые, которых мне обещал Стилион еще по прибытии на Север. Любопытно.
Мое возвращение в добром здравии вызвало определенный фурор. Одни легионеры отрывались от работы, другие выбирались из платок. Грянули приветственные крики. Наверное, многие здесь меня уже заочно похоронили, учитывая в каком состоянии их стратег покидал легион. Да, признаться, я сам уже попрощался с новой жизнью, но теперь пора возвращаться.
Толпа это опасная стихия. Даже её ликование может перетереть человеку кости. В какой-то момент мне казалось, что живая масса легиона сейчас захлестнет меня и солдаты от переизбытка чувств разорвут стратега на клочки, как пресловутого убийцу-парфюмера. Но появились центурионы, внося жестокий порядок в хаотичный порыв моего войска.
— Назад! В линию! — хриплый голос Геноция поставил точку в солдатских волнениях. Легионеры или заняли построение, или вернулись к своим обязанностям.
— Чей это лагерь у нас под боком? — спросил я вместо приветствия.
— Федераты. Племена Бьорнов, Венелов, Одонов и прочая сволочь. Их вожаки жаждут припасть к вашим ногам, стратег.
— Вот как… — вздохнул я. — А они случаем не обмолвились куда пропадали пока Гераты заваливали своими трупами реку?
— Варвары перегрызлись. Те, что севернее лупят южан. Каждый чертов дикарь вылез из своей норы и пошел войной на соседа.
Здорово… И посреди всего этого я с одним легионом новобранцев.
— Какими силами располагают федераты в том лагере?
— Несколько сотен знатных всадников, их приближенные, слуги и наёмники. Они сами не знают сколько их.
Какая прелесть.
— Я к себе. Мне нужно будет выслушать несколько отчетов по ситуации здесь и на границе, а потом можно будет принять этих вожаков.
— Вот сразу первый отчет. — заявил Геноций. — От рипариан по вашему запросу прибыли семь скорпионов с расчетами и осадными мастерами, а также пятьдесят бочек горючей смолы.
— А, точно… Ну лучше поздно, чем никогда.
Я прошествовал туда, где мне продемонстрировали те самые скорпионы. Семь стационарных переносных стрелометов с расчетами по два человека. Я добавил их в армию и проследовал в свой шатер. Он оказался еще сильнее завален предметами роскоши. Кто-то слал подарки в честь победы, другие, узнавая о моей болезни, присылали различные чудодейственные составы. Тертые рога и зубы чудищ, сушеное мясо русалок, помет фей, яйца гарпий, маринованные зародыши грифона, травы из далёких стран, в одной из которых я с приятным удивлением опознал чай.
Думаю, если бахнуть все целебные средства разом, то с того света меня не вытащит даже лично Ксанд.
Стоп. У меня ж есть этот контубернал, то бишь личный адъютант. Пора бы его таки запрячь. Вскоре предо мной оказался Севин Дацинис и получил следующую инструкцию:
— Вот все эти предметы народного творчества Гератов, ящики с вином от знати Мелиодана, побрякушки, сувениры, волшебные лекарства и так далее… Собрать в отдельном шатре, а затем как-нибудь продать. Вырученную сумму мы пустим на покупку лошадей. Ясно?
— Да, стратег. А что с женщинами?
Точно. Мне же перед самой лихорадкой задарили семь штук. И что с ними делать? Не, ну то есть я понимаю что и как с ними можно делать, но не уверен надо ли оно мне. Дело не в каком-то ханжестве, а моем извечном желании остаться живым и по возможности здоровым. Идея делить постель с девушкой из побежденных врагов казалось немножечко рискованной. Местных такое вряд-ли смущает. Они могут резонно возразить, что для подобных случаев боги наградили смертных веревками, цепями и еще многим очень разнообразным БДСМ инвентарем.
Может быть когда-нибудь я к такому привыкну… но не сегодня.
Продать их? Вот тут уже включается другая часть моей личности, которая вкрадчиво уточняется: «А не охренел ли я?» Ему только что вручили красавиц, с которыми можно легально делать практически все, что фантазия изобретет, а он их продает за лошадей для кавалерии.
Такой вот внутренний конфликт. Черт с ними. Пусть пока где-нибудь посидят, а потом решу. Сейчас есть дела поважнее.
— Всех семерых содержать хорошо и по возможности без насилия.
— Их двадцать три.
Я чуть чаем не поперхнулся. Они там что, почкованием размножаются?
— Откуда двадцать три? Я помню семерых.
— Ну потом еще приходили и дарили. На выздоровление.
Потрясающе. У нас в больницу апельсины и цветы носят, а здесь рабынь. Интересная культура тут процветает.
— Значит все двадцать три содержать пока… Хорошо содержать.
Подожду пока наберётся пять сотен и сформирую блин из них отдельную когорту.
После хозяйственных вопросов настало время слушать отчёты. И главный из них касался Гератов. Об этом мне вещал уже другой Дацинис, а именно центурион четвертой когорты.
— Они считают, что на их племя пало проклятье. Это если очень упрощать. Если не упрощать, то… — Дацинис вздохнул, пытаясь, видимо, подобрать нужные слова. — Это какие-то их суеверия. Голоса предков замолчали. Жизнь покинула море и леса. Так они считают. Были кошмарные сны. Знамения в небе и на земле. Но боги, я не могу понять о чем они говорят. Ощущение, что целое племя просто разом обезумело.
— Дикари. — подытожил Поций. — Что-то им померещилось, пара плохих урожаев, на фоне голода приходят болезни. В их примитивных головах все это части одного целого. Страшные истории ходят среди народа всегда. Но мы их давим, а они наоборот.
Поций не дурак, но слишком наплевательски относится ко всему, что не касается военной службы. Я сам видел в каком состоянии были те люди. Есть, конечно, шансы, что беды, суеверия и тяжёлая дорога свели с ума этих простодушных дикарей. Но действовать надо, держа в уме самый худший из реально возможных вариантов. Может, мне таки пообщаться с моими новыми девушками или кем-то из пленных? РТС-система — отличный механизм перевода. Я могу понять то, что упустили солдаты. Оставим на потом. Теперь другие вопросы.
— А Сидониус здесь?
— Уехал. — ответил мне один из центурионов. — Под Невом объявился какой-то демон. В Мелиодане нашли три страшно изуродованных тела со следами зубов огромных. Весть пришла с караваном через полчаса после вашего прибытия.