На грани (СИ)

  
Вещий Андрей. На грани
   
Глава 1
 
Глава 1
- Цепь? – выдавил из себя вопрос.
Корчившийся от боли князь-кесарь сказать ничего не смог, только кивнул.
- Кто? – следующий вопрос дался мне чуть легче предыдущего. Или показалось?
  
Ромодановский с усилием поднял руку и махнул в сторону своей гардеробной. Я, преодолевая боль и жжение, сделал несколько шагов к гардеробной. Только с третьей попытки мне удалось поднять руку и потянуть на себя дверь.
Прислонившись к дверному косяку, я осторожно заглянул в эту небольшую комнату, потом сполз по стенке на пол и выдохнул:
- Нет никого!
Светлейший Иван Федорович скосил на меня налитые кровью, навыкате глаза и продолжая делать попытки разодрать себе горло, едва слышно прохрипел:
- Внизу!
Судя по всему, почти членораздельный хрип отнял у него последние силы, и он закрыл глаза и потерял сознание. Во всяком случае он перестал биться в конвульсиях, раздирать себе шею, и даже тело его обмякло.
- Нет, так легко ты у меня не отделаешься – почти не открывая губ, прошептал я скорее себе, чем ему. Медленно, опять же по стеночке, поднявшись на ноги, одним движением добрался до князя-кесаря.
Этот героический поступок снова погрузил меня в пучину боли и удушья. Я чувствовал себя будто под водой и у меня кончился воздух, а открыть рот и вздохнуть нельзя. Знаем, пробовали – вместо чистого воздуха легкие обожжёт раскалённая лава. Во всяком случае, в прошлый раз ощущения были именно такие.
Я слегка втянул воздух носом, это принесло новую волну боли, но и дало ощущение, что можно попробовать что ни будь еще сделать
Черт возьми, где все? Тут их начальник сейчас кони двинет, а им хоть бы хны. Сделав очередное неимоверное усилие, я потянул за витой шнурок колокольчика, висевшего рядом с креслом князя-кесаря. Раздался мелодичный звон и… все. Ничего не произошло. Никто не постучал и не вошел, низко кланяясь в кабинет светлейшего: ни дьяк, ни слуга, никто.
Ладно, я негордый сам позову. Опять же по стеночке, останавливаясь на каждом шагу и почти теряя сознание, но дошел до двери, ведущей из кабинета в приемную или как она тут у них называется.
Открыл и… уперся в белую стену. Потрогал ее пальцем, чтобы убедиться, что это не сон. Нет, не сон. По ощущениям будто зефир потрогал. Попытался ударить. Ну как ударить, скорее преодолевая боль, чуть стукнуть. Стена слегка спружинила и все.
Ловя себя на том, что то и дело пытаюсь руками добраться до невидимой цепи на шеи, потащился к окну. Но, слава богу, потребовалось сделать всего один шаг, чтобы увидеть, что за окнами кабинета такая же белая стена.
Замуровали, демоны. Но нас так просто не возьмешь. Мы еще побарахтаемся. Я снова потащился к Ромодановскому. Чтобы отвлечься от боли, жжения и постоянного удушья, я попытался разжечь в себе Дар. Но там, в районе солнечного сплетения, где обычно вспыхивала искра магической энергии, сейчас возникла только тупая боль. Может Светлейший свое хозяйство от магии защитил, а может, и тот, кто сейчас душит нас с Иваном Федоровичем невидимыми цепями.
Ладно, раз этот неведомый нас так хочет видеть, пойдем навестим его, послушаем, чего он от нас хочет. Ведь явно чего-то хочет, иначе давно бы придушил нас. Так что пойдем послушаем. Глядишь, и мне представится шанс, объяснить, что приглашать на беседу надо вежливо, а не так вот. Все ж солидных людей зовет, самого князя-кесаря, да и я тоже не лаптем щи хлебаю.
Дотащившись до Светлейшего, пару раз, хлопнул ладонями по его щекам. Хорошо так хлопнул, во все свои слабые силы, что у меня сейчас были. А что? Это самое малое, что он заслуживает за свои фокусы с цепями.
От моих ударов Иван Федорович приоткрыл глаза и непонимающе уставился на меня. Через секунду в глазах мелькнуло узнавание, а потом его снова выгнуло дугой от боли, и он потянулся руками к своему горлу.
- Ваше Сиятельство, пойдем те уж посмотрим, кто так хочет нас видеть.
Князь-кесарь ничего не ответил, но попытался встать. У него это не получилось. Я ему помог. Так, поддерживая друг друга, мы дотащились до гардеробной, а потом и до лифта. Спустившись на лифте вниз и попав в знакомые подвальные коридоры, я рассчитывал хотя бы там увидеть солдат и прочих работников Тайной Канцелярии. В прошлый раз эти подвалы прямо кишели народом.
Но нет на этот раз, подвальные коридоры были пусты. Точнее, их вообще не было. Там, где раньше мы шли длинными сырыми переходами, сейчас нас ожидал белесый туннель, сделанный все из того же зефира. И абсолютно пустой.
В этот раз я не удержался и попытался ногтем отколупнуть кусочек стены. Вдруг и правда из зефира сделана. Не тут-то было – чуть палец не ободрал. В общем, поплелись мы с князем – кесарем по этому туннелю. Шли, преодолевая боль. Шли долго – казалось, целую вечность.
В какой-то момент я поймал себя на том, что мне уже не хочется каждое мгновение разодрать себе горло.
Нет, боль, удушье, никуда не ушли, но стали привычнее, а может, и чуть слабее.
- Скоро придем уже, – прохрипел Ромодановский. Значит, не показалось и правду мучения стали терпимее, раз князь-кесарь начал говорить. Интересно прочему? Может, привыкли, а может действительно удушение цепью - это всего лишь способ привести нас в нужную точку? Черт его знает, может следовало сразу идти сюда.
Я снова попробовал разжечь в себе искру Дара, но нет. Опять тупая боль. Правда, вместе с ней, что-то слабо отозвалось, но и все.
- Куда придем-то?
- В лабораторию! – ответил князь-кесарь.
Почему-то я не удивился. Хотя мог и сам догадаться. Все, что я узнал за последние дни об этом мире, весь опыт, приобретённый в этой России, просто вопил: без авалонцев здесь не обошлось. А в этих подвалах обитал как раз авалонец, как его? Приом – кажется. Точно.
- Авалонцы? – спросил я.
Иван Федорович, глянул на меня исподлобья и тяже с присвистом засопел:
- Нет!
- Тогда кто?
Князь-кесарь несколько минут молча тащился, потом то ли с досадой, то ли с горем нехотя бросил:
- Есть только один… - но договаривать не стал.
Я же шел и думал, что тащусь один, весь такой больной и измученный в пасть к неизвестному врагу. Один и без оружия. Я глянул на Светлейшего князя-кесаря. Да точно один. Князь-кесарь, конечно, крепок, но тучен и уже немолод, да и, судя по всему, цепочка его подольше, чем меня душила.
Но не совсем без оружия. У меня то его нет, Дар не работает, а оружие на входе в Тайную Канцелярию отобрали. Но у князя – кесаря вон отличная сабля на поясе болтается. Так что живем. Кстати, что там насчет магии.
- Ваше Сиятельство, а что с магией. Почему Дар не работает. Ваша работа?
- Сейчас, нет. Канцелярия, конечно, защищена, но сейчас не моя защита. У меня Дар тоже не работает.
Мы уперлись в двери лаборатории, и через секунду они сами перед нами распахнулись. Лаборатория была пуста и почти темна. Только в дальнем конце был виден слабый свет. Мы направились туда.
Сейчас я чувствовал, как цепь меня не душила, а слегка сдавливала. Она пульсировала, как бы давая понять, что в любой момент может удушить. Правда, жжение и боль не ушли, а слегка отступили.
Я снова попытался зажечь свой Дар. Сначала ничего не получилось. Потом пришла все также тупая боль. Но потом поверх нее, что-то мигнуло, как сигналящий во тьме фонарь. Потом мигнуло еще раз. Потом я почувствовал привычное, но, казалось, давно забытое жжение в районе шрама – звезды и все закончилось. Одно радует, стало понятно, что надо продолжать пробовать и, может, удастся раскочегарить Дар.
  
Мы подошли к границе освещенной части лаборатории, и я увидел, что посреди светового пятна стоит кресло, в чем-то даже похожее на трон.
Вокруг трона стояло пятеро человек. Все они были дорого одеты. В моем представлении, дорого это когда много кружев и золотого шитья. Лица их были скрыты тенью. И все были хорошо вооружены.