Сдавайся, колючка! (СИ)

Ради приличия я, конечно же, постелила нам в разных спальнях. Интересно, кто из нас первым не выдержит и побежит в соседнюю комнату?  Полезла в сумку за телефоном, я совсем о нем забыла. Там больше десяти пропущенных от отца. Сразу же в голову полезли плохие мысли, спешно перезвонила.
– Папа, что случилось?
– Ты где, Жанна? – голос злой.
– У Азамата, – я ведь его предупреждала,  с чего вдруг допрос?
– У Азамата тебя нет. К бабке своей поехала? Врешь мне! Продолжаешь с ней общаться! – начал кричать он в трубку.
– Может, не будешь на меня орать?
– Буду, предательница! Если бы не штраф из ГИБДД, ты бы продолжала меня обманывать!..
********    ********
Ромул
– Почему слезы на глазах? – вошел без стука в спальню Жанны.
Я слышал, что она на эмоциях громко говорит с отцом. Что там опять произошло? Не хочется портить отношения, но он напрашивается на мужской разговор.
– Он узнал, что я езжу в поселок. Забирает машину, деньги на карманные расходы. Говорит, пусть тебя бабушка обеспечивает.
– Внученька, я же просила ко мне не ездить, – у дверей стояла старушка и тоже плакала, качала печально головой. Жанна сбросила вызов, когда в дверях показалась Анастасия Федоровна. Тяжело было  наблюдать, как она переживает.  – Разве смогу я на свою пенсию тебя выучить?
– Ваши слезы меня огорчают. Прекращайте, – подошел к Жанне и прижал к себе. – Я у вас есть, нет причин переживать, – Анастасия Федоровна подошла и обняла нас. Вроде мои девочки стали успокаиваться…
Отец Жанны перезвонил, я взял трубку из рук Жанны и вышел во двор.
– Доброй ночи, Аркадий Романович, – холодно поздоровался.
– Азамат? Я бы хотел поговорить с Жанной.
Меня бесил его высокомерный тон. Он собирался продолжать ее доводить?  Вспомнил в этот момент своего отца, когда тот обижал Мадину.  Стало плевать на то, что могу испортить с будущим тестем отношения. Колючку не позволю обижать.
– Она расстроена. Ей нужно время, чтобы успокоиться. Если вы в течение двух часов не собираетесь ложиться спать, я предлагаю встретиться и поговорить, – это не было просьбой.
– Мне кажется, наш разговор может подождать до утра, – все еще с недовольством в голосе.
– Не подождет, если вы не хотите окончательно потерять дочь.  
Мое последнее предложение, сказанное жестким тоном, немного его остудило. Аркадий Романович пообещал меня дождаться. Вернулся в дом, женщины напряженно ждали, что я скажу. Оставил телефон на тумбочке и сообщил, что мне нужно съездить в город, утром вернусь.
Девочки в один голос принялись меня отговаривать. Их забота безумно приятна, но я должен решить этот вопрос.
– Ты мне веришь? – поднял за подбородок лицо Жанны, заглянул в глаза.
– Верю, – тихо.
– Все будет хорошо, утром вернусь. Ложись спать и не переживай.
Она вышла меня проводить. Притянул к себе и поцеловал, вложив всю свою любовь. Еще одна ночь порознь. Надеюсь, скоро это изменится.
**** ****
Через два часа я стоял у подъезда дома.  Аркадий Романович спустился во двор. Я  предложил такой вариант, чтобы не разбудить детей.  За два часа он немного успокоился, но продолжал настаивать на том, что дочь поступила некрасиво.
– Ваши отношения с бывшей тещей не должны были касаться Жанны, – не церемонясь, принялся выговаривать ему. –  Вы заставляете выбирать ее между двумя близкими людьми, шантажируете. Не по-мужски это. Бабушка – это связь с мамой, понятно, что она не хочет ее потерять. Вы  должны были понять.
– У нас плохие отношения с бывшей тещей. Винит меня в смерти дочери, а Жанна слушает эту ерунду, – ему явно был неприятен этот разговор. Он цедил слова свозь зубы, но слушал. Значит, не потерян.
– Жанна любит свою бабушку, – повторил я с нажимом. – Если не хотите потерять дочь, измените свое отношение. Гордость тут не советчик.
 
– Я никогда не приму их общения. Я не выношу эту женщину. Она порочит мое достоинство!  
– Анастасия Федоровна не мешает вам жить. Если бы ее слова влияли на вашу дочь, Жанна бы давно взбунтовалась. Я здесь, потому что меня волнует счастье и спокойствие Жанны. Я устраню любое препятствие, если оно плохо будет сказываться на ней, – это была прямая угроза. –  Если не хотите оказаться на месте бабушки, то не будете изводить дочь. Если бы вы Жанну по-настоящему любили, думали бы о ней, а не о своей обиде и гордости. Знаете, я хотел попросить у вас руки Жанны, но теперь не вижу в этом смысла. Как мужчину я могу постараться вас понять, но как отца не пойму.
– Вот будут свои дети, начнешь судить, – со злостью.
– Поверьте, я буду другим отцом, – твердо произнес. – Раньше Жанне некуда было пойти, она терпела ваших жен, любовниц, инфантильное поведение, – решил все ему высказать, может, задумается. –  Теперь у нее есть я. Не стоит пугать ее лишением денег и машины. Я смогу обеспечить своей женщине достойную жизнь.
«И машину куплю, когда она докажет, что  безопасно водит», – добавил про себя.
– Она пока не твоя женщина.
– Это легко исправить. Вы можете  теперь и меня ненавидеть, я ведь сказал вам правду в лицо, но не забывайте, что вы отец прекрасной дочери. И жизнь непредсказуемая штука, мы не знаем, что нас ждет завтра.
Это все, что я хотел ему сказать, продолжать разговор не видел смысла.
– Мне не понравился тон, которым ты со мной общался, но я могу понять. Ты любишь Жанну и защищаешь ее. Время все расставит на свои места. Всего доброго, – он покинул салон автомобиля.
– И  вам.
Переночевал в городе, не хотел будить Жанну и Анастасию Федоровну. Утром заехал в ювелирный салон и двинулся дальше в поселок.
Они на кухне пили чай, когда я вошел в дом. Колючка сидела на стуле в толстом свитере и шерстяных носках на голые ноги.  Обрадовались, когда меня увидели. Кинулись обнимать. 
– Что сказал отец? – когда волна радости улеглась.
– Ему нужно время, – не стал говорить ей правду. Хотя очень надеялся, он одумается.
– Понятно…  – грустно протянула Жанна.
– А мне время не нужно, я уверен в своих чувствах. Ты выйдешь за меня? – достал из внутреннего кармана куртки и протянул ей  кольцо. Анастасия Федоровна прикрыла рукой рот, который от удивления раскрылся, по старческим щекам потекли слезы. – Я люблю тебя, колючка…
– Да…  да, да!!!
  
Эпилог
 
Жанна
Прошло три года
Несколько недель назад выяснилось, что я беременна. Правильно говорят – стопроцентной защиты не дает ни один метод контрацепции. Купить тест мне подсказала Маша, у которой почти в одно время со мной появились две заветные полоски. Тошнота и головокружение – это не из-за стресса, как я думала, а из-за пузожителя, о котором мы мечтали, но планировали его родить чуть позже.
Мы с Машей почти одновременно узнали, что беременны. У нее в четырнадцать недель плоский живот, а у меня в двенадцать округлился настолько, будто я на пятом месяце беременности. Что-то я по этому поводу очень переживаю, но стараюсь не показывать вида. Сделаем сегодня УЗИ, все станет понятно. Главное, чтобы малыш был здоровым. Азамат скоро должен за мной заехать, и мы поедем в клинику.  
Спустилась во двор, чтобы постоять немного на свежем воздухе. В квартире духота, а кондиционеры Ромул не позволяет включать, чтобы я не заболела. Стояла у подъезда и ждала мужа, который запретил мне садиться за руль, пока не рожу. Вдруг за рулем сознание потеряю или мне плохо станет. 
Трясется надо мной, будто я хрустальная и могу разбиться. Азамата я порой не узнаю. Он ведь педиатр, столько детей через него прошло, была уверена: новость о  моей беременности  воспримет спокойно, а он? Так радовался, будто ничего в жизни так не желал, как нашего малыша. И до сих пор радуется. Этот кроха в моем животе совсем маленький, но его уже любят и ждут. Не только мы, но и бабушка, Мадина, родители Азамата, мои братья и Оля. Даже отец рад за меня, по крайней мере он так говорит.