Сдавайся, колючка! (СИ)

Маша всучила парням по два графина с соком, отправив их к гостям. У меня было желание уйти с вечеринки, но Машка, знаю, расстроится. Понять, что чувствует Максим, мне не удавалось, он был спокоен и даже умудрялся шутить, а вот я нервничала.
Куда и почему уехал Азамат? Надеюсь, ему стало стыдно, и он решил не портить вечер всем остальным. С одной стороны, хорошо, что конфликт прекратился, с другой – мне было что ему сказать.
– Ромул тебя приревновал, – констатировала Машка.
– Я вот только не пойму, с чего вдруг?  – с подругой можно было не скрывать своих эмоций. – Может, я пока в вертолете с ним летела, что-то пообещала и не помню? У меня тогда кислородное голодание было, давление упало, может, я в бреду дала слово переспать с ним по прибытии в Москву, забыла, а он все это время ждал и надеялся?  – с иронией в голосе. 
– Значит, ты думала о сексе с ним?
– Маш, я о мужиках не очень хорошего мнения, но это не значит, что я против секса и умру девственницей. Конечно, иногда хочется не только думать, но и заниматься.
– Поверь, заниматься сексом намного приятнее, чем думать о нем, – засмеялась Машка.
– Даже для этих целей хочется кого-нибудь особенного, а не бабника, – со злостью в голосе. 
– А Макс? – спросила Маша,  я задумалась.
– Не знаю, – пожала плечами. – Не мое, – осмотревшись, ответила. Не хотелось обидеть рыцаря, вдруг услышит.
– Жанн, если тебе Азамат нравится, может, попробовать? Он к тебе неравнодушен…
– Маш, лучше пусть на глаза не попадается, я его неандертальские замашки терпеть не собираюсь. Слышала бы ты, как он со мной разговаривал. С Максимом порви, шорты не носи… Я ему не цирковая коза, чтобы команды выполнять, – подруга засмеялась.
– Не цирковая, горная коза.
– Козел – Ромулов, – яростно.
За этот вечер я еще не раз так подумала. Разве уравновешенный вежливый мужчина станет писать такие сообщения?
А: Нам нужно серьезно поговорить. Давай сегодня. Где встретимся?
«Где встретимся?!»
После того, что Ромулов устроил, он еще продолжает командовать. Ни капли раскаяния. Не спрашивает, а ставит перед фактом. Мысленно  ругала Азамата на чем свет стоит, а внутри ощущала какой-то драйв. Старалась не придавать этому значения. С таким деспотом и бабником, как Ромулов, нам не по пути.
Домой мы разъехались после одиннадцати. Семейные пары с детьми покинули праздник чуть раньше. Короли не очень дружелюбны, в свой избранный круг мало кого пускают, но с Максом были весьма вежливы. Если исключить инцидент с Азаматом, то все прошло хорошо.
– Может, прогуляемся? – спросил Макс с надеждой в голосе.
– Нет, я устала.
– Тогда домой?
– Да, – надежду мне ему давать не хотелось.
А еще я боялась, что Ромулов караулит меня у подъезда. С него станется. Машка меня просветила, что это Тигр попросил Ромулова покинуть праздник. Вряд ли он успокоился. Как бы удостовериться, что Азамата нет у моего подъезда? Только еще одной драки, а, возможно, и полиции мне не хватало. Недолго думая, я нашла способ, как не встретиться с педиатром.
Я: Подъеду к клинике. Минут через сорок буду. Жди, поговорим.
Через час сообщу, что передумала. Ох, разозлится он… Ну, а что поделать? Зато домой попаду без происшествий…
********    *******
Ромул
– Маргарита, я думаю, тебе лучше пойти домой, – пытаясь отодрать руки от своей шеи, отворачиваю лицо от влажных настырных губ.
Вот тебе и скромница. Кому-то явно не стоит пить. В клубе она  еще была вменяемой. Наверное, на дорожку выпила не один коктейль, или развезло по дороге.
– Я хочу заняться с тобой сексом, – пытаясь имитировать томный хриплый голос.
– Тебе сейчас нужен холодный душ и большая кружка чая, – устало звучит мой голос.  
– Я лучше знаю, что мне нужно…
Телефон на приборной панели издает короткий гудок.
– Марго, – увернувшись, хватаю телефон. Сообщение от Жанны.
 
Грубо убираю худые руки, которые пытаются обвить меня, словно щупальца осьминога.
Ж: Подъеду к клинике. Минут через сорок буду. Жди, поговорим.
Прочитал… не осознал…
В чем подвох?
– Азамат, ты меня не хочешь?
– А? – не сразу уловил вопрос Маргариты. – Нет. Не хочу. Я не сплю с пьяными женщинами.
Мой мозг анализирует другую информацию, поэтому на тактичность и уговоры не остается моральных сил.
– Блин, я выпила всего один коктейль. Подруга уговорила. Я раньше практически не пила… – пытается оправдаться Марго.
– В следующий раз не слушай подруг, ничему хорошему не научат. Пока, Маргарита. Мне ехать пора.
– А поцелуй на прощание?
– Попроси маму поцеловать тебя в лоб, чтобы голова утром не болела. Тебе сейчас это больше поможет.  
Сложила руки на коленях, опустила голову, волосы упали на лицо. Выходить не собирается. Плачет, что ли?
– Маргарита, мне срочно нужно ехать. Я могу показаться грубым, если высажу тебя сейчас из машины. Давай обойдемся без этого.
– У тебя кто-то есть? – шмыгая носом.
– Есть, – лучше жестко оборвать, чем потом иметь проблемы. Мне колючки хватает. Настораживает ее навязчивость. Как это я за два свидания не разглядел прилипалу? Таких всегда обходил стороной.
– Ты это специально сказал, чтобы от меня отделаться, я поняла! – вспылила Маргарита. – Не понравилось, что я выпила? Можно подумать, ты никогда не совершал ошибок! Не думала, что ты такой жестокий, – выговаривая, она вылезла из машины и хлопнула дверью.
Терпеть не могу таких сцен, ну что с нее взять?
Завожу двигатель и сваливаю подальше. Еду к клинике. Вот чувствую подвох. Жанне ведь дома в это время пора быть. На всякий случай набираю, трубку не берет. Что за хрень? Что она задумала?
Набираю Аркадию Романовичу. Конечно, уже поздно, но я уверен, он работает, пока Ольга кормит и укладывает малышей.
– Доброй ночи, Аркадий Романович. Извините, что так поздно вас беспокою. Днем некогда было набрать.
– Азамат Тагирович,  приятно слышать. Ничего страшного, я еще нескоро спать пойду. Что-то случилось?
– Нет, ничего. Звонил вашей дочери, хотел предупредить, чтобы малышей на плановый осмотр привели, но она трубку не подняла, наверное, спит. Им же уже три месяца? Нужно анализы сдать.
– Я прямо сейчас передам Оле. Жанна не спит, нет ее еще дома. У друзей задерживается. Хорошо хоть предупредила.
Значит…  Ничего это не значит! Не верю, что она успокоилась и готова к разговору, но все равно продолжаю двигаться в сторону клиники.
– Ну, тогда договорились. Всего доброго. Спокойной ночи.
– И вам всего хорошего.
Еще несколько раз набираю колючке, не поднимает трубку. Ну, держись, если ты решила меня продинамить!..  
До клиники остается километра три, когда на мобильник приходит сообщение.
Ж: Телефон без звука, не слышала. Мог написать, что не приедешь. Прождала, замерзла, еду домой. Ты прав, нам не о чем говорить.
Какого?! У меня нет нормальных слов в лексиконе, чтобы выразить свои чувства. Прошло только полчаса с первого сообщения! Устала ждать?..
Набираю, трубку не берет. Печатаю и отправляю сообщение.
Я: Колючка, мне не нравится твоя игра. Очень не нравится. Мы поговорим. Обязательно поговорим…
Как и ожидал, прочитала, но не ответила.
**** ****
Утром я стою у университета, хотя должен быть на работе. Злой, невыспавшийся. Уснешь тут, когда не понимаешь, что происходит со мной, с колючкой, пытающейся свести меня с ума. Столько женщин было… а такое ощущение, что ничего о них не знаю.  
 Встречаю Шаха и Тигра, они подвезли к университету своих жен. Здороваемся, жмем руки. Миша не злится, не выказывает негатива, обид, будто и не было вчера конфликта, и это не я пытался испортить им вечеринку. Вот они настоящие друзья, настоящие мужики. Стоят, осматриваются. По выражению их лиц несложно понять, что друзья обо всем догадались.