Сдавайся, колючка! (СИ)

Вчера Ромул перед отлетом заглянул в больницу, чтобы убедиться, что со мной все хорошо. Я его даже поблагодарить не успела, быстро произнес прощальную речь и свалит в закат…
– Жанна, мне нужно срочно вернуться в Москву. Я опаздываю на самолет. Еще увидимся, – посмотрел, будто действительно сожалел, что оставляет.– Поправляйся. До встречи...
– Я пас, а вы идите, – произнесла я. Те источники хранили много воспоминаний, которые мне хотелось выкинуть из головы. 
– Плохо себя чувствуешь? – поинтересовался Саня. Он немного замкнулся, ведь оказался единственным парнем в нашей группе, которые не покорил Кили.
– Да, слабость. Я посплю немного.
– Я тоже останусь, – произнесла Лена. Ребята продолжали держаться от нее особняком. – Денег не осталось совсем, – попыталась оправдать свое желание остаться в гостинице.
А вот мне совсем не хотелось оставаться вместе с ней в номере. Хорошо, что у нас разные спальни.
– Жанн, вставай и поехали с нами, – строго произнес Дэн. Он вообще что-то часто начал командовать. – Я не собираюсь весь день наблюдать за тем, как они под пальмами обжимаются.
– Ты собрался с Жанной обниматься? – веселясь, спросила Вика.
–  Если хорошо попросит, – теперь засмеялась я.
– У тебя после покорения Кили самомнение выросло?
– От тебя ничего не скрыть, – проиграв бровями. – Поедешь с нами, расскажу,  до каких размеров.
– Какое заманчивое предложение, сгораю от нетерпения.
– Не только у Дэна самомнение выросло.  Ты на Славку посмотри, будто олимпиаду выиграл, – ткнула Вика своего парня в бок. Саня незаметно вышел из комнаты.
– Ладно, уговорили. Поеду с вами.
Про себя добавила, что буду вытеснять старые воспоминания, заменяя их на новые…
Вчера я звонила папе. Пришлось признаться, что Килиманджаро меня не приняла, я ее не покорила. Значит, мы с ней еще встретимся. Когда это будет, пока неизвестно, родитель категорически отказался отпускать меня еще раз в опасное путешествие. Оказывается, папа все это время сильно волновался. С Олей и близнецами все в порядке, они соскучились по мне и ждут возвращения. Сомневаюсь, что братишки соскучились, они еще мало что понимают, но все равно приятно. А вот я соскучилась, не терпелось скорее их увидеть.  
Мы прекрасно провели время на Чемка. Плохо, что я постоянно вспоминала  нашу ночную поездку с Ромулом…  поцелуй. Блин, столько раз с легкостью запрещала себе влюбляться, а тут сердце дало сбой. Устало слушаться? Выбрало кобеля, которому нужна была одна ночь?  
Не думай о нем. Было и прошло. Это хорошо, что все закончилось, не успев начаться. Я ведь всегда была ярой мужененавистницей, стоит продолжить в том же духе. Чуть расслабилась, и вот результат – забиваю голову всякой ерундой.
С Дэном мы все время проболтали. Он за эти дни словно стал старше и мудрее. Надеюсь, перемены надолго. Горы выбили дурь из его головы.  Дэн даже отмечать не стал в баре удачное восхождение. Да и отдохнуть культурно – его идея. Денис удивлял. Ленке предложил с нами поехать, заплатил за билет. Она всячески старалась подлизаться, но ребята все еще злились, поэтому не спешили забывать.
Поведение Азамата не только у меня вызывало недоумение, но мы старались не обсуждать сложившуюся ситуацию. Уехал и уехал. С Денисом мы раньше неплохо общались в университете, я рада, что эта поездка не испортила наших отношений, а то, что было в первые дни – забылось.
Вечером, когда мы вернулись в отель, позвонила Машка. Они с Тигром прилетели  в Москву после затянувшегося медового месяца. Завтра мы увидимся с подругой!
– Ты почему не рассказала, что Ромул ходил с вами в горы? – возмутилась Машка, после того как мы отлично поболтали.
– Даже в голову не взяла, – солгала бодро. – А кто-то, видно, не умеет держать язык за зубами.
– Это секрет был? Жанн, ты ведь понимаешь, он ради тебя во все это ввязался.
Машка слишком добрая, верит в чудеса и в любовь вот таких вот бабников. Своего перевоспитала, думает, и Ромула можно.
– Ага, чтобы переспать со мной.
– Ни один мужик только ради секса не полетит в Африку. Он что, тебя в Москве дождаться не мог? – тут я согласна. Мне тоже эти мысли покоя не давали.
 
–  У меня порой складывалось впечатление, что Ромул с кем-то поспорил, вот и полетел, – не спешила сдаваться. – Радует, что, потратив столько бабок, он остался с носом, – Машка рассмеялась.
– Не верю я в спор, Жанна. Ну, ты придумала. Завтра жду подробностей. Моя интуиция подсказывает, что вряд ли он оставит тебя в покое...
Лучше пусть оставит, второй раз на его удочку я не попадусь!..
  
Глава 24
 
Ромул
Температура у Мадины спала. Уснула. Три дня я практически от нее не отходил. Вот и сейчас  сидел возле кровати сестры и смотрел на милые черты лица. У нас большая разница в возрасте – почти тринадцать лет, но это не мешает нам понимать и любить друг друга.  
Внешне мы не сильно похожи, хотя многие отмечают общие семейные черты. Мадина красавица и умница.  Никто и не скажет, что у нее легкая форма аутизма. Она хорошо учится, спокойно чувствует себя в обществе. Немногие могут догадаться, что с ней что-то не так. Мадина может уйти ненадолго в себя или замкнуться, она скупа на эмоции, хотя может абсолютно нормально реагировать на многие ситуации. Например, заплакать или засмеяться, где это необходимо. Жаль, что смеялась и улыбалась моя сестренка редко.
С такими детьми необходимо иметь терпение. К ним стоит относиться с любовью и пониманием. Как только выяснилось, что у Мадины легкая форма аутизма, отец чуть не развелся с матерью. У таких людей, как мой родитель, не может быть больного ребенка. Я подозреваю, что негативное отношение к врачам у Мадины из-за отца. Абсолютно адекватно сестра себя ведет в обществе, но стоит приблизиться доктору,  она начинает вести себя агрессивно,  уровень тревоги зашкаливает, она уходит в себя, отказывается с кем-либо общаться.
Папа чуть ли опыты на ней не ставил, когда узнал о диагнозе. Все пытался исцелить. Приглашал ведущих врачей и профессоров.  Стоило среди них найтись тому, кто перечил отцу, больше он порог нашего дома не переступал. Наш с отцом  конфликт вырос на этой почве. Я встал на сторону нормального врача, который отказался «залечивать» Мадину. Он объяснял, что если с ней вовремя начать заниматься, то никаких проблем в жизни у нее не возникнет. Сестра сможет получить хорошее образование, найти работу, даже выйти замуж и стать матерью, но отец не стал его слушать. Мы повздорили, я высказал все, что о нем думаю,  хлопнув дверью, я ушел из дома. Поступил в медицинский в надежде помочь сестре…
В семь лет она заболела ветрянкой и чуть не умерла. Мне позвонила мама. У меня получилось уговорить ее принять лекарства. Я все время был рядом, не позволял чесать язвочки, присушивал их зеленкой.  Вовремя давал лекарства.  После того случая только мне Мадина разрешала быть рядом с ней во время болезни. Из моих рук она бы и яд приняла, безоговорочно доверяла…
Жанна должна была уже прилететь. Возникало желание позвонить или написать, чтобы узнать, как у нее дела. Тормозило какое-то непонятное чувство. До этой поездки я таких трудностей не испытывал с девушками, точно знал, чего хочу, стремился к этой цели. Я продолжал безумно желать колючку, был бы рад, если бы она разделила мое желание, но теперь не был уверен, что на этом все закончится…
**** ****
Прошло больше двух недель. За это время я ни разу не пересекся с Жанной. Чувства стали притупляться. Почти не думал о ней. Закрутила работа. Отвлекли встречи с друзьями.  Познакомился с красивой девушкой в баре. Два раза мы сходили на свидание. Как правило, после первого девчонка отказывалась подо мной, но эта оказалась правильной. Мы даже не целовались. Хотя я предпринял попытку. Хотел попробовать, такая же она вкусная, как колючка? А может, это все было под влиянием гор?