Сдавайся, колючка! (СИ)

Нет! Только не это! Жанна стоит в нескольких метрах от палатки и наблюдает всю эту картину. С ее губ сползает ухмылка, когда она переводит ошарашенный взгляд с Ленки на меня.
 «Это не то, что ты думаешь!» – приходит на ум тупорылая фраза из анекдота.
– Доброе утро, – холодно бросаю. Задевает ее недоверие, хотя и понимаю. – Подожди, не уходи. Лена тебе кое-что хочет объяснить, а я постою и послушаю.
– А что слушать? Он пригласил меня ночью в свою палатку, – я тупо охреневаю  от наглой лжи. – Предупредил,  если ты об этом узнаешь, он сбросит меня в кратер вулкана…
********   ********
Жанна
Лицо Ромула искажается гневом. Не  знаю, что произошло между ними, но точно можно сказать: не приглашал он ее в свою палатку… Воспользовалась ситуацией, наверняка придумала какую-нибудь байку, что ей ночевать негде, и напросилась.
–  Ты хорошо подумала, прежде чем эту ложь выдать? – в голосе Ромула звучит металл. Если бы он был способен убивать взглядом, Ленка бы уже лежала с простреленной головой.
– Я не лгу, – заикаясь и пятясь от него, произнесла идиотка. Ведь только идиотка может так себя вести.
Я понимаю и задетое женское самолюбие, и обиду, может, ревность или зависть, но ведь должна быть женская гордость. А лучше, чтобы были мозги. Мы ведь не в лес вышли шашлык пожарить,  на вершину взбираемся, где нужно быть командой! Нашла время и место демонстрировать свой гадский сволочной характер. Только полная дура из-за своего раздутого и оскорбленного «Я»  будет вносить разлад в группу.
– Врешь! – выкрикнула Ира, прежде чем Ромул выплеснул на нее свой гнев. – Не знаю, под каким предлогом ты забралась к нему в палатку, но уверена, что он тебя не приглашал, – продолжала подруга. – Между вами ничего не было, – очень зло выпалила она.
– А ты откуда знаешь? Свечку держала? – принялась Ленка защищаться.
Понять реакцию Иры можно, она проецирует ситуация на себя. Какая-нибудь беспринципная курица так же может залезть в их с Саней отношения. У нас с Азаматом все только начиналось, но, судя по всему, на этом и закончилось.
Мы привлекли внимание, вокруг нас уже стал собираться народ. Африканцы все равно не поймут, в чем дело, а однокурсники обо всем и так узнают.
– Не верю, что Азамат на тебя внимание обратил, ему Жанна нравится, а ты все смириться не можешь! Ненавижу тебя! – разошлась Ирка.
Я подошла и обняла ее. Ира, наверное, чувствует свою вину.  Абсолютно напрасно. Остаться в ее палатке было моим решением. И сейчас я понимаю, что оно было правильным. Что это за отношения, если мужика на одну ночь нельзя оставить без присмотра? Он хозяин своему телу и поступкам. Я не мамочка, чтобы за ним следить! Если не в состоянии разогнать очередь от своей постели, значит, нам не по пути. Мужчина должен бороться за женщину, а не наоборот. Хватит с меня одного такого мужчины в доме. Следствием отцовской безответственности и распущенности стали внебрачные дети на старости лет.
Вика подошла и тоже встала возле нас. Денис все это время стоял в стороне и наблюдал со стороны. Ленивой походкой он подошел и встал рядом со Славкой.
Ромул пристально смотрел на меня. Ждал, что я встану на его защиту? Несмотря на все мои мысли и сильный характер, я ощущала тупую боль в душе. Хотелось остаться одной, чтобы взять себя в руки. Сложно будет вычеркнуть эти дни из головы. Сложно будет делать вид, будто ничего не было между нами. А еще сложнее понимать, что они целовались! В «нашей» палатке. Я знаю, какие приятные ощущения дарят его губы… но теперь об этом знает и Лена…
– Азамат тебе правильно сказал, ты подумала, прежде чем врать?  – резко произнес Денис. Ленка открыла рот, чтобы возразить, но Дэн не позволил себя перебить. – Второй раз в его палатку ты не проникнешь, в свою я тебя больше не пущу. Никто тебя к себе не приглашал, я не спал, когда ты выбиралась из палатки, это было минут двадцать-тридцать назад.  Ты и ночью высовывалась, но что-то или кто-то тебя останавливал, поэтому возвращалась обратно. У тебя ведь колени болят, может, вызовем тебе вертолет? – тонко дал понять Денис, что в команде Лену видеть не хотят.
 
– Ты хочешь, чтобы я уехала? – Денис лениво пожал плечами, что означало – выбор за тобой. Девчонки дружно кивнули.
Бараса подошел к Азамату и стал интересоваться, все ли у нас в порядке. Ленка стояла, будто оплеванная. Мне не было ее жалко, я бы добавила пару острот, но видела, что однокурсница на грани. Вырыла яму, в которую ее все дружно сбросили…
– Давайте закроем тему. Мы уже выдвинуться должны были, а еще не завтракали, – произнесла я.  
Ребята со мной согласились.  Стали расходиться по своим палаткам, чтобы собраться в путь. Ленка одна осталась посреди лагеря, никто на нее не взглянул. Ромул продолжал объясняться с гидом.
– Да, да, я соврала! Вы это хотели от меня услышать?! – закричала Ленка   и разрыдалась…
  
Глава 21
 
Ромул
Я смотрел в глаза Жанны и видел, как там умирают чувства. Она вновь превращалась в красивую ледышку, которая за остротами прячет доброе  ранимое сердце. Зверь внутри, скручиваясь от боли, медленно дох.
Хотелось подойти, но я стоял на месте и наблюдал, как между нами растет стена.
Ленка орала, плакала, но к ней никто даже не повернулся. Упав на колени, она ждала, что друзья смягчатся, но они молча собирали палатки. Единственный, к кому она решилась подойти, был Денис, но и он не стал слушать Лену.
Анамнез сегодня собирали гиды.
Горы… Окажись мы в Москве, разошлись бы по своим домам, а через неделю все забылось бы. Здесь же не спрячешься. Чувства острыми клыками вгрызлись в душу. Я желал Жанну. До безумия желал, но с ней впервые мне хотелось разговаривать, обниматься, целоваться...
Днем мы дошли до небольшого родника. Пришлось задержаться, потому что все решили немного освежиться. В команде чувствовалась напряженность. Лена продолжала плестись в конце группы. В обед она подсела ко мне. Я до сих пор был на нее зол, но не встал и не ушел. Слишком ребяческим выглядел бы мой поступок.  Все, кроме Жанны, уставились на нас. Колючка смотрела в свою тарелку и разглядывала горизонт.
– Зачем подсела? – грубо поинтересовался.
– Извиниться хотела, – по щекам ее текли слезы. Она после утренней истерики так и не успокоилась.
– Оставь свои извинения при себе, – вновь  ощутил дикую злость. Какие, нахрен, извинения? Будто ими можно что-то исправить.
– Я поговорю с Жанной, все ей расскажу. Вечером. Сейчас она не захочет меня слушать.
– Это ничего не даст, если только совесть очистишь и с друзьями помиришься, – поднявшись с камня, вылил остатки супа в костер.
Бараса подошел и сообщил, что у Жанны высокое давление, уровень кислорода в крови все так же ниже нормы.   
– Держи, – протянул ей таблетку от давления.
– Что это?
– Таблетка. Выпей, у тебя высокое давление. Нужно отслеживать твое состояние. Пойдешь рядом со мной, – в приказном тоне.
Не хотелось рисковать ее здоровьем. У Жанны переутомление, а восхождение – это не отдых. Будь моя воля, вызвал бы вертолет, чтобы отправить ее в отель.
– Вокруг тебя целебная зона? – вроде и сострила, но без запала. – Ирина пойдет с нами, – бросила она.
Я не стал спорить.
Наши взгляды встречались, но я не видел искр в глазах колючки. Я помогал ей взбираться на крутые склоны, мерил давление, кислород в крови, но она тут же убирала руку. Жанна ведь не поверила Ленке, тогда почему она так себя ведет?
Вечер был прохладным. Чем выше в горы поднимаемся, тем теплее приходится одеваться. Постелив на камень жилетку, Жанна села спиной к лагерю и принялась любоваться закатом. К ней подошла Лена, которая весь день провела в раздумьях и слезах. Они о чем-то коротко поговорили, и, склонив голову, Ленка отошла, оставив Жанну одну.