Чужой престол (СИ)

.
Этого «непостоянного» Анастасия увидела за ужином, и времени он зря терять не стал — попросил никуда не уезжать завтра, поскольку «у нас» кое-что запланировано.
— У нас? — уточнила принцесса ровным голосом. Повозмущаться она всегда успеет. — Это у кого?
— У меня и у вас, — бодро заключил Огден и тут же исправился: — Простите, что без вашего ведома, но это не дела, а отдых. И вам понравится, обещаю.
— Но у вас же завтра с утра совещание? — Анастасия повернулась к канцлеру, которого была настолько рада видеть, что старалась лишний раз не смотреть, дабы не выдать себя. — Или нет?
— Совещание, — кивнул Роланд невозмутимо, глядя на принцессу так, словно и не целовал её менее суток назад со всей пылкостью влюблённого. — С министерством дипломатических дел. Ничего страшного, на нём буду я. А вы с его величеством вполне можете отдохнуть.
Анастасия почти прикусила язык, пытаясь не выпалить: «А вам, Роланд, отдыхать не надо?» — понимала, что это лишнее. Естественно, Огден будет сейчас наращивать усилия по очарованию принцессы. Будь он неладен! Как же не хочется никуда с ним ходить!
У Анастасии сразу испортилось настроение, и почти весь ужин она молчала, слушая остальных — отвечала, только когда к ней обращались и молчать было невежливо.
Зато говорил канцлер, отвлекая на себя тех, кто мог бы заметить мрачность принцессы. Причём настолько увлекательно рассказывал о том, как однажды вместе с королём Фредериком и султаном Корго убегал от разозлённого слона во время охоты на тигров — местного весьма жестокого развлечения, — что хохотали все присутствующие за столом. Даже слуги и стражники.
Анастасия, слушая голос Роланда, тоже улыбалась, с трудом сдерживая нетерпение — так ей хотелось поскорее поговорить с канцлером наедине. Да и не только поговорить…
Роланд
Всё-таки есть в совместной тайне что-то приятное, пусть она и с горьким привкусом. Однако канцлер не мог не признать — осознавать, что женщина, которая сидит рядом во время ужина, будет ждать тебя с визитом перед сном, было радостно и волнительно. Пусть и не совсем правильно.
Впрочем, кто сказал, что это неправильно? А что правильно — отдавать ту, которую любишь, другому мужчине, не попытавшись побороться за неё? Да, ради страны, ради мира, — но будет ли такой мир прочным, а страна благополучной, если её существование окажется построенным на личном несчастье королевы и бастарда-канцлера? Если бы Анастасия любила Огдена — другое дело…
И Роланд же не лишает короля шанса ухаживать за принцессой. Пусть попробует её завоевать.
Правда, у Анастасии было своё мнение на этот счёт.
— Ты! — воскликнула она, когда он парой часов спустя выбрался из люка в её комнате, и наставила на Роланда изящный указательный палец, воинственно щурясь и поджимая губы. — Я знаю, это всё ты придумал!
— Что именно? — улыбнулся канцлер, выпрямляясь. Безумно хотелось просто подойти и поцеловать принцессу, но он знал, что получит за такое по лицу. Сначала Анастасии надо было выговориться.
— Всё! — решительно повторила девушка, и Роланд не выдержал — засмеялся. — Ах, ты ещё и смеёшься! — возмутилась Анастасия и сложила руки на груди, глядя на канцлера с недовольством. — Придумал какой-то план по моему соблазнению, выдал его Огдену, а теперь смеёшься!
— Я не поэтому смеюсь, — покачал головой Роланд и всё-таки подошёл ближе. Коснулся ладонью толстой золотоволосой косы, перекинутой через плечо — Анастасия явно уже готовилась ко сну, — наслаждаясь мягкостью волос, словно сотканных из шёлковых нитей, а потом поднял руку выше и дотронулся до щеки девушки. — Просто ты забавная, когда так пылко возмущаешься.
— А ты возмутительный, когда смеёшься надо мной, — заявила принцесса, показательно надувшись. — Не мог, что ли, посоветовать Огдену оставить меня на время в покое? Сказал бы: ваше величество, не подходи к ней пару недель, пусть остынет, отдохнёт от твоего присутствия, а то ты ей уже все глаза намозолил.
 
Роланд фыркнул.
— Я не могу настолько откровенно врать королю, Тасси.
— Почему сразу врать? — страдальчески вздохнула девушка. — Хороший совет. Мне и правда хотелось бы какое-то время не видеть Огдена. А ты его надоумил меня куда-то потащить завтра.
— И не только завтра, — признался Роланд, и Анастасия в ужасе округлила глаза. — Каждый день. Посоветовал ему показать тебе Альтаку и…
Договорить канцлер не успел: принцесса, сжав кулаки, бросилась на него в явном желании стукнуть, но Роланд, предугадав эти намерения, перехватил руки Анастасии и, прижав девушку к себе, поцеловал в губы.
Через пару мгновений тело принцессы полностью расслабилось, и Роланд чуть ослабил объятия. Это стало его тактической ошибкой — потому что Анастасия моментально обвила обеими руками шею канцлера и увлекла за собой, упав на постель.
Сохранять разум в подобной ситуации было сложно, но Роланд пытался. Несколько раз хотел отстраниться — но каждый раз сдавался, вновь приникая к губам Анастасии, как к источнику живительной воды, и наслаждался её отзывчивостью.
— Вот испепелю твоего Огдена, — пробурчала принцесса через какое-то время — Роланд и сам не знал, сколько минут они целовались, но губы у него уже горели, — чтобы не мешал. А потом и остальных его братьев. И совершу у вас тут революцию, посадив тебя на трон.
— Отличный план, — кивнул канцлер, засмеявшись. Чувственный туман в его голове всё никак не желал рассеиваться. Да и с чего бы ему рассеиваться? Роланд по-прежнему лежал в обнимку с Анастасией, только одежда у обоих была в беспорядке. С принцессы сполз халат, да и ночная рубашка задралась, обнажив длинные стройные ноги, а на канцлере были одни только брюки. При этом он даже не помнил, чтобы снимал остальное.
— Вот и я думаю, что отличный, — вздохнула Анастасия, с интересом проводя ладонью по груди Роланда. Попыталась опустить руку ниже — но он перехватил её и покачал головой.
— Не надо. Я и так перешёл все возможные границы.
— Значит, перейдёшь ещё и невозможную.
— Тасси… — канцлер вновь засмеялся. — Ну перестань. Подожди немного. Я надеюсь, когда мы разберёмся с заговором и переловим всех недовольных правлением Огдена и желающих заменить его на кого-то другого, я смогу уговорить короля отпустить меня.
— Кстати, о заговоре… — встрепенулась принцесса, будто бы что-то вспомнив. — Ротергейл!
— А что он? — насторожился Роланд, и следующие пару минут слушал краткий рассказ Анастасии о том, на что ей намекал Томас.
— Мне показалось, он говорил всё это специально, — заключила Анастасия. — Чтобы я знала: существуют люди, которые заинтересованы в тебе как в короле. Как думаешь, это было искренне или нет? Или это какой-то план?
— Сложно сказать. Но, учитывая твои реальные возможности — ты сама только что говорила, что можешь просто всех испепелить, — может быть, и искренне. Одно дело — совершать переворот, если будущая королева терпеть не может канцлера, и совсем другое…
— О-о-о! — протянула Анастасия и расплылась в улыбке. — Это было бы замечательно. Я не буду им мешать!
— Зато я буду, — грустно усмехнулся Роланд и, наклонившись, мимолётно поцеловал принцессу в губы. — И не только из-за клятвы, Тасси. Я не хочу, чтобы Огдена убили.
— Ладно, — вздохнула Анастасия, пару мгновений помолчав. — Уговорил. Я не стану его испепелять.
.
Уходить от разгорячённой желанием женщины, которая горела не только в переносном, но и в прямом смысле, пылая огнём так, что глаза слепило — то ещё испытание. И Роланд едва не провалил его. Тем более, что Анастасия изменила тактику и вместо откровенного соблазнения начала скромно говорить, потупив глаза:
— Оставайся, просто поспишь здесь, рядом со мной.
Поспит! Это было смешно. Какой сон может быть рядом с принцессой?!
Поэтому Роланд всё-таки ушёл. Оделся и, поцеловав Анастасию в показательно надутые губы, открыл люк и скрылся в потайном ходе. Через несколько минут вышел из гостевой комнаты этажом ниже, дошёл до своего места обитания, открыл дверь… и вздрогнул от неожиданности, увидев сидящего в одном из кресел Эрнеста Тада.