Чужой престол (СИ)

— Я не склонен к панике, вы же знаете, Ротергейл, — пожал плечами Фокс, небрежным жестом откладывая в сторону бумаги, которые принёс Томас, и выпрямился, усмехнувшись. — У меня с её высочеством неплохие отношения, и, если её решение окажется отрицательным, она сообщит мне о нём заранее. Я смогу подготовиться. Вы же видели сегодня принцессу? Её нельзя назвать дурочкой, она всё отлично понимает. Да и императору Арену гражданская война в Альтаке ни к чему.
— Во всём, что вы озвучили, я не сомневаюсь, — кивнул Ротергейл, тряхнув густой ярко-золотой шевелюрой. У Томаса были настолько золотые волосы — будто на них кто-то распылил жидкий металл, — что это казалось почти неестественным. — Я знаю, что вы благоразумны, канцлер, да и её высочество — умная девушка. Меня интересуют варианты. У вас есть варианты того, что делать в случае отказа принцессы?
— Разумеется, есть. Целых три.
— Три… — задумчиво протянул Ротергейл и дёрнул уголком рта. — Дайте угадаю. Либо Огден, либо Тедеон, либо Грегор.
— Вы проницательный человек, — хмыкнул канцлер. — Да, всё верно. Первый вариант для меня предпочтительнее. Но многим больше понравится второй или третий. Вот вам какой вариант симпатичнее?
— Четвёртый, — резковато ответил заместитель Троя Уолтера. — Не подумайте, что я угрожаю, канцлер. Более того — я буду поддерживать ваши начинания, но только до тех пор, пока принцесса не уедет из Альтаки. В противном случае я начну собственную игру.
— Вы понимаете, что я могу арестовать вас прямо сейчас? — уточнил Роланд, подняв брови, и Ротергейл фыркнул.
— Это было бы слишком недальновидно с вашей стороны. Вам невыгодно убирать людей, которые за вас при любом раскладе, просто иногда этот расклад чуть более радикальный. Лучше глядите в оба: вокруг навалом поклонников Тедеона и Грегора и более ярых противников Огдена. Меня в целом он не настолько не устраивает — при условии, что вы будете канцлером, а Анастасия королевой, разумеется. Если одно из этих условий по какой-либо причине исчезнет, нынешний король станет для меня гораздо менее ценным.
— Вы кого-то подозреваете?
— Слишком многих, чтобы говорить конкретнее, — пожал плечами Ротергейл. — В том числе собственного начальника.
— Уолтера? А его-то почему?
Не то чтобы для Роланда подобное заявление стало неожиданностью… Он давно никому не доверял, в том числе и Трою. Но всё-таки услышать это было неприятно.
— Он хочет стать канцлером. И тут есть два пути — либо сделать вас королём, либо просто убрать вас с этой должности. Второе, как вы понимаете, проще.
— А вы-то почему за меня, Ротергейл? — поинтересовался Роланд, не выдержав. Всегда было любопытно. — Могли бы и Тедеона поддерживать, вряд ли он захочет от вас избавиться.
— Нет, не мог бы, — решительно отрезал Томас и язвительно улыбнулся. — У меня математический ум, канцлер. И то, что я поддерживаю именно вас, — это обыкновенный математический расчёт.
Анастасия
Замечательная поездка на каток была испорчена только одним фактором: отсутствием в ней Роланда. Вот если бы канцлер тоже отправился кататься на коньках, было бы совсем хорошо. А так — не совсем, хотя и очень неплохо.
Анастасия, как и собиралась, взяла с собой Каролину, да и остальных компаньонок тоже — пусть развлекаются. И Риана с тремя охранниками. Вместе с Огденом также отправились ребята из числа королевской гвардии. Кататься умели все, и, несмотря на то, что поначалу охрана отказывалась выходить на лёд, отговариваясь невозможностью исполнения своих непосредственных обязанностей в этом случае, в итоге мужчины сдались и составили компанию девушкам. Но, поскольку их было больше, чем фрейлин, они чередовались.
Анастасия танцевала на льду в паре с Огденом. В отличие от танцев на обычном полу, катание на коньках принцесса всегда любила и умела это делать хорошо. Огден, как выяснилось, тоже. Поэтому вечер получился удачным. Вот только покататься с Рианом, как Анастасия хотела, у неё не получилось. А жаль — она с детства любила кататься в паре с братом. Но передать Огдена на время Каролине оказалось невозможно — король вдруг начал сопротивляться:
 
— Что вы, принцесса, я должен сопровождать вас. А фрейлины справятся и без меня. Их всего четыре, а мужчин восемь. На каждого по две — более чем достаточно. Да и зачем вам другой кавалер? Я плохо катаюсь?
— Хорошо, ваше величество, — вздохнула Анастасия.
И тут Огден предложил:
— А не хотите перейти от титулов к именам? Мне кажется, наедине мы с вами вполне можем называть друг друга менее официально. И, если хотите, даже на «ты».
Принцессу будто ледяной водой окатило. Она даже споткнулась от неожиданности — хорошо, что Огден поддержал.
Странное ощущение от подобного предложения… Анастасия не могла понять, радует оно её или не очень. С одной стороны, ей не хотелось быть с Огденом в плохих отношениях или слишком уж соблюдать формальности, с другой…
Как к такому отнесётся Роланд? И вообще не станет ли для короля её разрешение называть себя по имени карт-бланшем на дальнейшее сближение? Впрочем, если станет — Анастасия быстро даст ему по рукам. Или ещё по чему-нибудь, пониже.
В итоге Анастасия решила пойти на компромисс.
— Хорошо, ваше величество, то есть Огден. Я согласна, но частично. Мне кажется, с обращением на «ты» стоит подождать.
— Договорились, Анастасия, — кивнул король.
После возвращения с катка был ужин, на который Роланд, к сожалению принцессы, тоже не пришёл, и она даже начала думать, что если он и сегодня вечером не соблаговолит с ней поговорить, то завтра придётся искать способ связаться с канцлером самой. Зачем — Анастасия и не задумывалась, она просто хотела его видеть.
Хотя кое-что она у него спросит, наверное…
.
Канцлер всё-таки пришёл. Анастасия и не успела начать злиться на него — только вошла в спальню, как под полом послышался шорох, а затем ковёр приподнялся, отполз в сторону, и из распахнутого люка выбрался Роланд.
Увидев его сдержанную улыбку, Анастасия испытала такое ликование, что чуть не бросилась мужчине на шею. Но в следующую же секунду канцлер напрочь убил её хорошее настроение, поскольку поинтересовался:
— Ваше высочество, я хотел узнать — вы ведь уже освоились во дворце? Может, мне прекратить свои вечерние вылазки?
У Анастасии моментально сердце упало куда-то вниз и панически там забилось.
— Что?.. — выдохнула девушка, прижав руки к груди. Роланд захлопнул люк, поправил ковёр и повторил, не глядя на Анастасию — взгляд его блуждал где-то наверху, под потолком:
— Если вы уже освоились, то могу ли я перестать приходить к вам? Мы ведь можем общаться не тайно. Я пробирался сюда, чтобы поддерживать вас. Но сейчас всё вроде бы улучшилось, Огден изменил своё поведение. Кроме того, мне кажется, что вы ему нравитесь, поэтому он вряд ли будет в восторге, если узнает, что я…
— А вам? — перебила Роланда Анастасия. В груди что-то клокотало, едва не вырываясь наружу, и принцесса резко вздохнула, пытаясь унять раздражение. К сожалению, находиться в подобном состоянии для членов их семьи было чревато — можно было вспыхнуть огнём и ненароком что-нибудь спалить.
— Мне? — канцлер на мгновение опустил глаза, посмотрел на Анастасию горячим взглядом, но потом вновь отвёл его в сторону. — Я не понимаю, о чём вы спрашиваете, Анастасия.
— А вам я нравлюсь? — резко произнесла принцесса, сама не до конца осознавая, откуда взялась в ней эта смелость. — Нравлюсь ведь, Роланд?
— Конечно, — ответил канцлер спокойно и даже бесстрастно. Но Анастасия уже сняла эмпатический щит, поэтому отлично знала, какая буря в этот момент одолевала Роланда. По силе она даже превосходила её негодование… Ураган, цунами какое-то. И не поймёшь, что за чувства — всё перемешано, перепутано, перекручено. И сжимается удавкой на шее, мешая говорить и думать. — Вы не можете не нравиться, принцесса. Вы прекрасны.