Чужой престол (СИ)

Вот и Валтер Бивиус уже много лет являлся Верховным судьёй Альтаки. Человеком он был высоко профессиональным и, по мнению Роланда, неподкупным. Но, к сожалению, политику разделения общества на сословия всячески поддерживал. Бивиус был уже пожилым человеком по меркам людей без магических способностей — Верховному судье давно перевалило за восемьдесят, — но на его внешности это почти не отражалось, и выглядел он, как и большинство сильных магов, отменно. Густые короткие волосы, тёмные и блестящие — пожалуй, даже немного чересчур — видимо, Бивиус баловался средствами для укладки волос, — тяжёлый квадратный подбородок, янтарные ястребиные глаза, уверенный и холодный взгляд. В отличие от многих других сотрудников Верховного суда, Бивиус носил судебную мантию не только на заседаниях, а практически всегда, подчёркивая свой статус. Тёмно-фиолетовая, с золотой застёжкой под шеей, она была безукоризненно чистой и гладкой. Такими же чистыми постоянно — даже в дождь — были его ботинки.
К сожалению, он вновь был без жены. Роланд знал, что судья переехал в Альтаку с супругой — она, как и Бивиус, была аристократкой, конечно же, — но ни разу её не видел. На все официальные мероприятия судья приходил без жены. Бывало, с кем-то из детей — их у него было пятеро, и все мальчики, точнее, уже мужчины, — но супругу оставлял дома. Говорил, что она не любит большие скопления людей, предпочитает сидеть дома. Но Роланд подозревал, что судья попросту ревнует её ко всем встречным и поперечным — по слухам, Азалия Бивиус была очень красивой женщиной.
В отличие от Троя Уолтера, который общался с Роландом и по работе, и после неё, но на людях делал вид, кто канцлер — стена, у Верховного всё было наоборот. По вопросам, связанным с государственными делами, он чаще всего отправлял к Роланду своего помощника, не по работе вообще не контактировал, зато при встрече спокойно здоровался, наплевав на законы Альтаки. Это было даже забавно — судья, который игнорирует закон. Впрочем, у Бивиуса однажды нашлось этому оправдание:
— Нигде не написано, что с незаконнорождённым не положено контактировать, — сказал он резко, услышав чьё-то замечание. — Можете мне поверить: нигде. Это не закон, а традиция. Дурацкая, смею заметить. Поэтому исполнять её я не стану.
Поздоровался с канцлером судья и сейчас — сначала с королём и Анастасией, а потом уже и с Роландом, привычно пожав тому руку. Уолтер с супругой после этого сразу отошли, и Огден с принцессой начали беседовать теперь уже с Валтером Бивиусом.
И канцлер тут же понял, что этим рукопожатием судья умудрился сделать то, что так и не получилось у Троя и его жены, несмотря на все их улыбки.
Завоевать расположение Анастасии.
Анастасия
Время до спектакля и во время антракта показалось принцессе самым утомительным.
Все эти люди, с которыми приходилось знакомиться и разговаривать, выдерживая вежливую улыбку… Почти невыносимо. По собственной воле Анастасия разговаривала бы разве что с очень милой женщиной, советником министра образования, и то только потому, что та тоже интересовалась растениями, недавно была в Корго и решила рассказать принцессе о том, что видела в оранжерее у султана. Анастасия с удовольствием послушала — в Корго она не была, да и в целом незамужним женщинам туда лучше было не ездить — не успеешь оглянуться, как окажешься в каком-нибудь гареме. Дипломатический комитет порой с ног сбивался, вытаскивая из Корго таких вот жертв местной любвеобильности.
Советник была замужем, кроме того, глубоко пожилая, поэтому ей уже ничего не грозило — и она этим беззастенчиво пользовалась. Вот с ней разговаривать было интересно и познавательно, а остальные…
Хотя ещё Анастасии понравился Верховный судья: он показался чётким и конкретным человеком без кота в мешке за спиной. Подошёл поздороваться, причём не проигнорировал канцлера, ещё и выразил надежду, что со свадьбой король и принцесса не задержатся — и отошёл. К сожалению, его место тут же заняли, и в результате до спектакля Анастасия познакомилась ещё с тремя государственными служащими высокого ранга: тем самым советником министра образования, которая понравилась принцессе, заместителем министра финансов — каким-то очень неприятным мужчиной с хищным взглядом и длинным вытянутым лицом, и послом Корго в Альтаке. Накануне на приёме в честь приезда принцессы посла не было, хотя сама делегация от посольства присутствовала, и теперь он норовил наверстать упущенное.
 
— Удивительно, что в театре сегодня так много людей подобного… — Анастасия на мгновение задумалась, обращаясь к Огдену, когда они наконец направились в зал, — уровня. Не обычные люди, а госслужащие…
Она с удовольствием задала бы вопрос Роланду, но он демонстративно шёл позади. Ещё и под руку Элизу взял… Почему именно её, Защитница? Взял бы лучше Флоранс или Нинель…
— Сегодня премьера, — говорил между тем Огден. — Поэтому в театре собрались не совсем обычные граждане. Тем более что это и театр-то… Как у вас в столице —Императорский.
— У вас название поскромнее, — засмеялась Анастасия. — Всего лишь Главный театр Мальтерана. Хотя…
— Да, тут бы я поспорил с вами, принцесса, — улыбнулся в ответ Огден. — Императорский — это как указание на государственность, а Главный… на важность.
«Ну да, — подумала Анастасия и едва не фыркнула, — у вас сейчас в Альтаке всё так и устроено. Король — это всего лишь король, а главный — канцлер. Указание на важность!»
Сама пьеса показалась Анастасии скучноватой, она не любила драму и надрыв, ей больше нравилось что-то весёлое, с песнями и музыкой. Императорский театр, после того, как там поменялся главный режиссёр, ставил много таких спектаклей, и в главной роли часто играла невеста дяди Арчибальда. Анастасия, вспомнив парочку премьер, на которых она была вместе с Арчибальдом, даже немного загрустила по семье и дому.
Потом был антракт, и вновь к принцессе и её спутникам начали подходить желающие познакомиться, но на этот раз уже в основном работники театра. Главный режиссёр вместе с одним из актёров из второго состава, сценарист, художник-декоратор. Предложили и за кулисы зайти после того, как спектакль закончится, и Анастасия, кинув на канцлера вопросительный взгляд и заметив, что он легко кивнул, согласилась. Хотя на самом деле ни за какие кулисы ей не хотелось — что она там не видела? После того, как дядя Арчибальд решил жениться на актрисе и представил её всей семье, Анастасия часто бывала у Айрин в гримёрной. И не только там — повсюду бродила, почти как сегодня по дворцу. Но Роланд прав — отказываться от предложения было невежливо.
Поэтому после спектакля пришлось потерпеть ещё около получаса, знакомясь с исполнителями, а уже потом вся компания вернулась во дворец пространственным лифтом.
.
Попав наконец к себе в комнату, Анастасия распорядилась подготовить чаю и что-нибудь перекусить. Дождалась, когда компаньонки, одна из которых — конечно, Элиза! — раздражала её до неимоверности, уйдут, и отправилась в спальню, оставив служанку в гостиной. Плотно закрыла дверь, повесила полог тишины, чтобы никто ничего не слышал, и села на кровать.
Вообще-то канцлер не говорил, что зайдёт. Но… Анастасия надеялась. Не оставит же он её совсем без напутствий? Сегодня многое случилось, и это хотелось нормально обсудить.
Она оказалась права — примерно через пару минут под ковром послышался тихий шорох, словно там скреблась мышь. Анастасия, с одной стороны, приободрилась, а с другой — начала немного нервничать, невольно вцепившись пальцами в подол своего тёмно-синего платья, которое она пока так и не переодела.
Ещё через минуту ковёр зашевелился, отодвинулся в сторону — и наружу показался небольшой люк с приподнятой крышкой, откуда ловко и быстро вылез канцлер. Увидел Анастасию и хмыкнул, закрывая люк и выпрямляясь:
— Ловко вы, ваше высочество. А то я боялся, что придётся посвящать в нашу тайну всех служанок. Но вы придумали, как этого избежать.