Раз колечко, два колечко… (СИ)

Нападение со спины уже не удалось. Если Толстой держит духовную защиту, то дело плохо. Я только убить его своим телепортом могу, но не поймать.
Но тут вспомнил, как выдёргивал за ноги прошлого врага. А ведь это мысль!
Пока враг осматривался, задумчиво стоя на месте, быстро подготовил «Арену» нашей битвы. Круг под ногами противника, выход не над моей головой, как делал раньше, а рядом, на уровне моей груди.
  
Пора!
С немым криком, княжич провалился в ловушку по грудь, дальше мешали плечи. Как только рядом со мной появились его ноги, я тут же пнул со всего размаха ему в пах! Отсюда по лицу княжича было видно, как его проняло. Ноги Толстой скрючил и поджал, повиснув на краях окна.
— Альбина, за мной. — Скомандовал девочке, что с ужасом на лице смотрела на висящие в воздухе ноги.
Через секунду до неё дошла команда, и она с готовностью ринулась за мной в сторону беседки. Всегда бы так. Точно привыкла, что ею командуют.
С огромным энтузиазмом, сходу, повторила мой пинок в голову княжича. Потом она только отвлекала врага, с азартом пытаясь повторить удар, но тот успевал поставить блок, и даже раз успел ухватить княжну за ногу.
Но скоро выпустил добычу. К этому времени духа в руках у него уже не было.
Так, нужно и снизу дух вытянуть. Только вытащить его всего на воздух, да запихнуть в беседку, подальше от возможных свидетелей.
— Помогай. — Попытался вытащить из ловушки обмякшее и постоянно матерящееся тело вверх, но не смог.
Девочка ухватилась за вторую руку, потянула, но даже вдвоём вытянуть мы не смогли. Чего это он тяжелый такой?
— Тебе пи*а! — Орал тем временем Толстой. — Моя семья тебя найдёт! Ты будешь кровью ссать. А ты, ссука, — зацепил он взглядом княжну, — будешь у меня в ногах валяться…
Мне надоело слушать грязь, что лилась из аристократического рта, но по роже ему не съездил, сдержался. У меня на его морду были уже планы. А куда тогда тут бить?
Мысленно хлопнув себя по лбу, показал на ноги, торчащие возле куста.
— Слышь, княжна. — Вижу, как она уже примеривается врезать ногой по кривляющейся роже, испортив «картинку». — Врежь ему между ног как следует, чтобы не сопротивлялся.
Из рук дух уже вытянул, а вот ниже пояса пленник ещё мог сопротивляться, разшиперил ноги, не давая нам его вытащить.
Если бы по шире окно сделал, он бы вообще нырнул вниз, хитрая бестия. А так, свои же плечи ему помешали.
Девочка, в глазах которой кровожадность только с каждой секундой увеличивалась, глянула в тут сторону, куда я показал. Увидев висящие ноги, с готовностью рванула туда. Когда ею командовал, она словно отключила критическое мышление.
С первого раза не попала, княжич, услышав мои слова, скрючился, защищая «фамильные драгоценности» коленом. Но второй и третий пинок девочки цели достигли. Я ещё к тому времени, вытянув тело до пояса, ликвидировал дух из точки на поясе, лишив тело возможности управлять ногами. Восстанавливаться он будет долго, но это не мои проблемы.
Переставшего сопротивляться Толстого легко выдернул, как пробку из бутылки. Парень не лёгкий, но не для пробуждённого третьего уровня.
Княжна, именно в этот момент снова попытавшаяся пнуть Толстого между ног, разочарованно огляделась, зачем-то присела, постаралась заглянуть в окно телепорта.
Понятно дело, ничего там не увидела. Встала, растерянно посмотрела в мою сторону. Увидела, что её враг у меня в плену. Вернулась ко мне бегом, сверкая голыми коленками.
Я же, подхватив пленника под руки, втащил матерящееся тело в беседку. Вспомнив, с какого ракурса сюда добивает камера, (пусть и показывающая только квадратики), переместил в мёртвую зону. Бросил на пол. Пленник в это время не молчал, а грозился всяческими карами от семьи.
— Одень пока брата. — Попросил зашедшую в беседку девочку. Толстой тоже не пропустил мимо внимания княжну, и угрозы полились в её сторону. — Сейчас приду.
На угрозы княжича Альбина не обратила внимания.
— Вот ещё. — Фыркнула девочка на мою просьбу, оглядываясь.
Чего она искала, понял, когда она вытащила из-под скамейки свой телефон. Она активировала экран, нажала на какие-то кнопки. Девайс в руках её явно успокоил. Как ребёнка мягкая игрушка.
— Что, он так и будет валяться голым? — Переспросил, понимая, что внимание ко мне поменяли на внимание к гаджету.
— Сам оденется, как очнётся. — Небрежно отмахнулась девочка, не отрывая взгляда от экрана. — Ты же слышал, уже скоро.
— Тогда, хоть служанку одень, пока я хожу. — Отмахнулся, понимая, что тут ничего уже не поделать. — Она очнётся первой. Представь, что будет чувствовать, когда очнётся в таком виде у нас на глазах?
Мне ничего не ответили. Я же отправился за первым пленником. Нечего ему валяться на виду.
Несоображающего Пашу привёл в беседку ногами. В том смысле, не пинками, он сам ногами шёл. Дух в его теле частично восстановился, но соображалка, выключенная кольцом, ещё не включилась. Внешне действительно похоже, что вусмерть пьяного веду.
— Что ты хочешь делать? — С предвкушением в голосе заинтересовалась моими действиями Альбина.
Служанку она частично всё же одела. Натянула трусики почти до нужного места, приставила сверху лифчик. Дальше нужно было приподнять тело девушки, но оно тяжёлое, ещё и сбоку прижато её братом.
К голому брату она прикасаться явно не хотела. То ли брезговала, то ли чего-то опасалась.
Толстой притих, с тревогой наблюдая за нами. Видимо, надоело сыпать пустыми угрозами.
— Эти люди очень любят кино для взрослых. — В кармане у княжича нашёлся его телефон. — Они его получат.
Вытащил девайс, но разблокировать ни одним пальцем его рук не получилось. Сбивала с толку надпись «визуальный пароль». Показал надпись девочке.
— Лицом надо разблокировать. — Тут же пояснила она.
— Вот же напридумывают. — Взял за волосы княжича, повернул ему голову, поставил перед его глазами телефон. Тот отчаянно вертел глазами, корчил рожицы. — Какая разница, палец приставить, или рожу.
— Если будешь пьян, или под наркотиками, то не сработает. — Пояснила девочка менторским тоном вечной отличницы. — Например, после применения того кольца, на лице расслабятся определённые мышцы. Сработает сигнал тревоги вместо разблокировки. Защита от кражи телефона или захвата менталистом.
Толстой выругался. Но только начался новый виток угроз, я напомнил ему, что его яйца всё ещё в доступности моих ног. И что я — не княжна. Жалеть его шарики не собираюсь. Если врежу, то никакой целитель их из получившейся яичницы не восстановит.
Андрей тут же заткнулся. А телефон пару раз мигнул, и высветил иконки первого экрана.
Показал загоревшийся экран девочке.
— Сейчас тоже тревога сработала? — По моему мнению, телефон разблокировался нормально.
Но вдруг что-то не понял. Всё же, эта моделька явно не дешёвая. У того же Стаса точно попроще.
— Сейчас нет. — Она заинтересованно прищурилась, рассматривая не телефон, а меня. — Ты что-то неизвестное с ним сделал. Не поняла, что именно. Хорошо, что кольцом не воспользовался.
— А, точно. — Достал кольцо, протянул девочке. — Вдарь ему, чтобы память о последних минутах отрубило.
Она взяла кольцо, и неожиданно для меня ещё раз врезала пленнику между ног. Тот охнул, сверля злым взглядом, но в этот раз промолчал, хотя я ожидал новой порции оскорблений и угроз. Только стрельнул взглядом почему-то в мою сторону.
— Эх, жаль он не будет этого помнить. — Покачала девочка головой, замирая.
Еще через минуты три блеснула тусклая вспышка, и этот пленник тоже улетел в нирвану.
К тому времени, стянув у обеих штаны до колен, положил одного на другого, чтоб создалось впечатление о содомическом соитии. Фото делал два раза. Один на телефон Паши, другой — на телефон Толстого. Я отлично помнил, что тот у него просматривает отец. Вот и будет сюрприз для родителя от потомка.
Может, лучше за ним следить будет.
Так, чуть развернуть их боком, согнуть ноги. Пусть теперь изображают ложки в наборе. С этого ракурса и лица лучше видны. Глаза чуть закатились, словно в экстазе, рты приоткрыты. Вот это отличный кадр!