Возвращение

– Денег у меня совсем немного, – сказал воин, рассматривая меч и отдавая должное стали и балансировке. Было заметно, что оружие ковал мастер.
– Я могу отдать его тебе в обмен на катты, – предложил торговец. – Мои соотечественники с удовольствием приобретут их за хорошие деньги. Это добрые клинки.
– Вполне возможно, – не стал спорить Кир, – но я привык к прямым мечам.
– Понимаю. – Хуаинлиннец кивнул. – Итак?
– Держи. – Кир снял со спины кожаные ножны с восточными клинками и передал их торговцу. – А нет ли у тебя к этому мечу…
– Ножен? – подсказал тот. – Увы. – Он развел руками.
– Ну, что ж, – Кир завернул меч в рогожу и сунул под мышку, – тогда прощай.
– Доброго дня тебе, господин. – Хуаинлиннец поклонился.
Кир вернулся к Лиле. Маркус уже был там и переминался с ноги на ногу как молодой жеребец.
– Ты где ходишь? – обрушился он на Кира. – Тут такое творится!!! Вчера нашу принцессу кто-то пытался убить! Небывалое дело! Стоило мне отлучиться из города, и вот уже все катится в Утракар!
– Откуда ты знаешь? – спросил Кир, засовывая за пояс звездочки.
– Про покушение-то? Да весь рынок только об этом и твердит. – Маркус вынул из кармана и принялся жевать булочку с изюмом, одновременно стряхивая с рукава падающие крошки. – Говорят, купцы Шакраш и Мураш (те еще жулики, скажу я тебе) пришли к принцессе, чтобы она их рассудила. Ну, я не вникал, в чем была суть их спора… В общем, когда Шакраш зачем-то поднялся к трону, в него угодила арбалетная стрела. Хашум, начальник стражи, уверен, что она предназначалась принцессе. Королевский советник на него так взъелся из-за этого случая…
– Хорошие дела… – покачал головой Кир. – Теперь весь город на уши поставят, чтобы найти того, кто стрелял… Не вовремя мы сюда пришли.
– Почему это? – удивился Маркус.
– А вот почему, – ответил Кир, кивнув куда-то в толпу.
Маркус взглянул туда, куда указывал Кир, и присвистнул: сквозь толпу продирались пятеро вооруженных до зубов стражников, которые время от времени хватали ближайшего «подозрительного» человека, награждали его парой полновесных ударов и, в зависимости от того, вооружен был попавшийся или нет, отпускали его или же заковывали в кандалы. Вереница таких «подозрительных» была уже довольно внушительной.
– Стяни ремнем рукоять сабли, – посоветовал Кир спутнику, проделывая то же самое со своим мечом. Маркус поспешно продел сквозь ушки на ножнах сыромятный ремешок и затянул его на перекрестье.
– Сейчас привяжутся, – прозорливо сказал он, глядя на приближающийся уличный патруль.
Кир только пожал плечами.
Начальник патруля – в Мариджане таких называли кемришами – подошел к путникам и неприязненно оглядел их. В принципе троица не выглядела особенно подозрительно: едва ли те, кто пытался убить принцессу, на следующий же день станут разгуливать по городу в сопровождении проститутки, за которую кемриш принял Лилу. Он мысленно усмехнулся: у того, кто выпустил стрелу, сейчас в кошельке должна быть куча золота. Хотя покушение и не удалось, но аванс-то убийца получил. А у этих денег хватило только на одну женщину. Кемриш вообще считал, что то, чем он и его люди занимаются, бессмысленно: наемник наверняка еще вчера покинул Мариджан. Тем не менее он спросил:
– Кто такие?
Прежде чем Кир успел открыть рот, Маркус в очередной раз блеснул умением заболтать любого человека.
– Благоволение Амиры тебе, добрый кемриш, – радостно заявил он. – Какая удача, что мы встретили тебя. Видишь ли, мы впервые в Мариджане, но горим желанием остаться в вашем чудесном городе чуть подольше. Но кому, как не тебе, знать, насколько сложно найти занятие по душе на новом месте…
– Кто вы такие? – свирепея, повторил кемриш.
– Я – Фарис, – продолжал вдохновенно врать Маркус, – а это – мой брат Фарос.
– А она? – поинтересовался кемриш, кивнув на Лилу.
– Нашу сестру, почтенный, – не запнувшись, выпалил юноша, – зовут Ранией.
– Где были вчера? – продолжал допрос стражник, скривившись от того, что ему так нагло врут. Впрочем, если эти парни стесняются ходить с проституткой, это их дело.
 
– В Хаоре, – впервые подал голос Кир.
– Зачем в городе?
– Хотим наняться стражниками, – вновь влез Маркус, пихая Кира локтем в бок. Тот лишь слегка шевельнул бровью.
– Стражниками? – изумился кемриш. – А з…
– Мы хорошие воины, – затараторил Маркус. – Взгляни на наше оружие, на его руки, на его обветренное лицо, на его суровый взгляд… Мы побывали в сотне сражений и остались невре…
– Нам нужно видеть Шемию, – разом перекрыв поток вранья, вдруг сказал Кир. – Нас прислал человек по имени Мегар.
Кемриш пристально смотрел на Кира, тот отвечал ему невозмутимым взглядом. Когда играешь по-крупному, следует идти до конца. Маркус отупевшими глазами смотрел на своего спутника, ничего не понимая.
Наконец начальник патруля отвернулся от Кира и Маркуса и коротко сказал:
– За мной.
Топая по пыльной, неровной мостовой, вымощенной красными и серыми булыжниками, Кир и Маркус переговаривались, стараясь обмениваться мнениями так, чтобы этого не слышали идущие чуть впереди стражники.
– Как ты до такого додумался? – шепотом восторгался Маркус. – Мы же в глаза не видели этого Шемию!
– Верховный жрец говорил, что Шемия – грубый солдафон, помнишь? – отвечал Кир. – Где же ему еще быть, как не в городской страже?
– Слушай, а может, ты и Нинура уже вычислил? – ревниво осведомился Маркус.
Кир усмехнулся.
– Думаю, в Мариджане его знают все или почти все. Он, наверное, купец… Во всяком случае, человек не бедный. Я полагаю, что пока нам лучше помалкивать о нем, чтобы чем-нибудь не выдать себя.
– Твоя правда, – закивал парень.
– Надеюсь, вы знаете, что делаете, – только и сказала Лила.
Она вовсе не была в восторге от перспективы поселиться в казармах и изображать из себя шлюху, за которую ее явно принял кемриш. Хоть он ничего и не сказал, но на его лице легко читались все немногочисленные мысли по поводу наглого вранья Маркуса.
Королевский дворец не выглядел великолепным или роскошным. Единственное, что радовало глаз, – это пылающие на солнце золотом купола, заканчивающиеся длинными острыми шпилями. Стены же были довольно облезлыми, хотя и крепкими с военной точки зрения. Высокие решетчатые врата охранялись двумя сонными стражниками, а по стенам, лавируя между замершими в позах ретивых дозорных арбалетчиками, прогуливались одетые в черные, чуть посеребренные доспехи гвардейцы из личной охраны ее высочества.
Подъемный мост вряд ли вообще когда-нибудь поднимали. Во всяком случае ржавые цепи не выглядели новыми: казалось, их можно было разрубить одним ударом меча или топора. Кир невольно покачал головой, видя прекрасно укрепленный дворец в таком запустении.
Ворота не поднимались, как ожидал Кир: их просто распахнули, как обычную двустворчатую дверь. Сопровождаемые уличной стражей и «караваном» новых обитателей дворцовой темницы, спутники вошли во внутренний двор и остановились.
– Ждите, – приказал кемриш и нырнул в дверь казармы.
Стражники, громко топая, повели пленных в подземелье.
– Убивать надо за такую уборку, – вдруг сказал Маркус, с недовольной миной рассматривая разбросанный вокруг мусор.
– Не говори, – поддакнула Лила, поморщившись.
Кир, отвернувшись, усмехнулся. Уж кто-кто, а его старая знакомая никогда не отличалась аккуратностью.
Сорили здесь и вправду чересчур много. Повсюду валялись гниющие фрукты, обглоданные кости, глиняные черепки, разбитые тарелки, сточившиеся оселки, какие-то тряпки… Часто попадались источавшие отвратительный запах лужи, а то и откровенные нечистоты. Кир хотел было сплюнуть, но удержался.
– Свиньи, – презрительно процедил он сквозь зубы. – В деревнях и то убирают за собой.
В его родном селении, как и в любом другом, жили не только трудолюбивые люди вроде его отца, но и лентяи, перебивающиеся непонятно чем и ходившие вечно голодными, с жадно высматривающими съестное глазами. Но даже на их запустелых дворах не было такого безобразия, как в этом дворце.