Прекрасное табу (СИ)

— Ты меня пугаешь, — улыбнулась она.
— Моя жена беременна.
Соня замерла. Улыбка исчезла с её лица, и она серьёзно сказала:
— Ты должен вернуться к ней.
— Нет, — удивился я. — Это ничего не меняет. Тем более, ещё неизвестно мой ли это ребёнок.
— Что? — теперь была её очередь удивиться, и я рассказал ей всё.
— Ты должна знать, что, возможно, у меня будет ещё ребёнок.
— Это же прекрасно, — улыбнулась она, загладив волосы на моём виске и смотря мне в глаза.
— Теперь ты часть моей жизни, и я хочу, чтобы между нами не было тайн и недомолвок.
Увидел в её взгляде смятение и подумал, что она испугалась. Неужели она не хочет более серьёзных отношений? Боится этого? Снова тревога от этой мысли закралась в душу. Понял, что безумно боюсь потерять мою девочку.
Соня обхватила ладонями моё лицо и прошептала:
— Люблю тебя.
Её губы коснулись моих, и я потянул её за талию к себе. Обвив руками мою шею и не разрывая поцелуя, Сонечка не сопротивлялась и прямо в одежде плюхнулась на меня. Вода шумными брызгами расплескалась на пол, а она засмеялась грудным смехом. Прижалась ко мне, сладко целуя и лаская язычком. Целуя её, прошептал:
— Как же хорошо, что я тебя, наконец-то, нашёл. Счастье моё.
Мокрое платье ужасно мешало ласкать любимое тело, чувствовать её кожу, плавные изгибы, и я нетерпеливо потянул его вверх. Соня приподнялась, позволяя мне раздеть её. Лифчик полетел на пол вслед за платьем, и я стал неторопливо её гладить, ласкать, будто в первый раз с наслаждением изучая все изгибы, все округлости. Сонечка отзывчиво прогибалась, даря мне чувственные поцелуи и лаская тонкими пальчиками мою грудь и плечи. Каждое её касание отзывалось во мне сладким томлением и желанием обладать ею снова и снова. В этот момент, с ней, в её объятиях я забыл о всех проблемах. Важно было только это — наша близость, желание, единение — МЫ.
Крепко руками сжимал её попку, а она, постанывая и дрожа от возбуждения, ёрзала по окаменевшему члену и вела меня по краю. Дотянувшись до моих губ, Соня упёрлась одной рукой в бортик ванны, а второй обхватила член и неторопливо стала его массировать, заставив меня шумно выпустить воздух. Её возбуждённые соски тёрлись о мою грудь, усиливая наслаждение, а мои руки блуждали по её бёдрам.
— Хочу тебя, — горячо прошептала мне в губы.
Потянул мокрое кружево на бёдрах, но в такой позе снять трусики было не удобно, и я просто отодвинул ткань. Соня без промедления села на член и стала двигаться, набирая темп. Наше жаркое, громкое дыхание и стоны слились в один поток с музыкой. На мгновение закрыл глаза, наслаждаясь ощущениями внутри неё, чувствуя тяжесть её тела. Открыв глаза и любуясь моей девочкой, гладил и сминал её грудь, дразнил и пощипывал соски губами. Ощущал руками трепет её тела, слушал сладкие стоны удовольствия и кайфовал от наших эмоций.
Наклонившись и прильнув к моим губам, Сонечка ускорилась. Активно двигая бёдрами и уже срываясь на громкие всхлипы, она насаживалась на меня, а вода через бортики ванны с плеском падала на пол. Моё тело напряглось, и я готов был уже взорваться от такого темпа, но мне хотелось большего. Хотел продлить эти ощущения. Да, мать твою, вообще не хотел покидать её тела никогда. Мне всегда её было мало.
— Девочка моя, — прерывисто прошептал ей в губы, — сбавь скорость.
— Нет, — улыбнулась она.
— Нет? — улыбнулся.
— Не останавливай меня. Я уже… — со стоном ответила и через пару секунд, вскрикнув и протяжно застонав от удовольствия, кончила.
— Чёрт… — выдохнул, любуясь ею.
Её стеночки сжали член, и я чуть не кончил, но Соня вовремя остановилась, замедлив процесс. Хлопнув ладонью по её попе, с улыбкой сказал:
— Быстро в душ.
Сонечка рассмеялась и, поднявшись с меня, стала выбираться из ванны.
— Только не поскользнись, — предостерёг её.
Она кинула полотенце для ног на пол, стянула трусики и упорхнула в душ. Даже успела включить воду, пока я следовал за ней. Остановился, войдя в душевую. Соня, подставив голову и лицо под струи воды, эротично ласкала себя руками. Алые губки были приоткрыты и манили впиться в них поцелуем. С них срывались тихие грудные стоны, а её руки скользили по груди, животу, лобку. Залюбовался, а мой член просто разрывался от желания быть в ней. Посмотрев на меня, она закусила нижнюю губу и пальчиками подразнила сосок. Оттянула его, имитируя засос и издав грудной стон. Поманила меня пальчиком, игриво прищурившись, сверкнув глазами и облизнув розовые губки. Стал к ней вплотную, смыв с себя пену, прижал её к стеклянной стене и впился в нежный ротик. Жадно целовались. Руками ласкал её плавные изгибы талии, бёдер. Прижав к себе её бёдра, спускался поцелуями к груди, а Сонечка сладко постанывала, прерывисто дышала, ласкала мои плечи и спину, сжимая пальчики. Выгнулась, когда я сжал рукой грудь, и всхлипнула от удовольствия. Жадно смаковал сладкие, твёрдые соски, а она трепетала от возбуждения, всё теснее прижимаясь к члену. Он тёрся о её животик, лишая меня самоконтроля. Голову уже сносило от желания оказаться в ней.
 
Сонечка сама неожиданно повернулась ко мне спиной. Я вжал её в стекло и, упираясь стояком в её попку, укусил за изгиб шеи. Лаская рукой набухший от возбуждения клитор и складочки, доводил её до экстаза. Она стонала и с каждым моим движением активнее ёрзала попкой о мой член. Я был уже на пределе, но хотел довести её до пика, чтобы кончила вместе со мной. Казалось, что как только окажусь в моей тесной и сладкой девочке, — сорвусь.
— Мать твою, Стас! Трахни меня уже скорее, — прохрипела она севшим голосом и, упершись ладошками в стекло, отставила попку.
Издав стон больше похожий на рык, вошёл в неё, и ощущения унесли меня за пределы реальности. Отпустил самоконтроль полностью, неистово вбиваясь в неё, а она своими стонами и ответными движениями ещё сильнее подстёгивала меня, выманивая наружу мою животную похоть. Ведьма. Чувственная, сексуальная, раскрепощённая, она давала полную уверенность в мужской силе, потому что никогда не имитировала свои эмоции, искренне отдавалась, кайфовала и безумно ярко кончала.
— Да! Да! О, боже! — уже через несколько минут почти кричала моя чертовка. Содрогнулась, сжимая член стеночками. Хрипло и протяжно застонала.
«Пи**ц мне», — эмоции от ощущений зашкаливали. Мой член готов был взорваться. Сжимая сладкую попку, вогнал фалангу большого пальца в маленькую дырочку и двумя рывками, издав хриплый стон, кончил. В висках стучала кровь, кружа голову, сердце гулко отбивало бешеный ритм, в глазах на пару секунд потемнело, колени ослабли от такой сумасшедшей разрядки, и я, упёршись ладонями в стекло, сильно прижал Соню к нему.
— Девочка моя, — прохрипел ей в затылок.
— Ты был… — сглотнула, смочив пересохшее горло, — великолепен.
— Ты мне льстишь, — усмехнулся, поцеловав её в мокрые волосы.
Слегка отстранился, выскользнув из неё. Соня развернулась ко мне лицом и обвила руками мою шею. Посмотрев в глаза, улыбнулась.
— Нисколько. С любимым мужчиной секс всегда великолепен. Ни с чем неповторимые эмоции.
— Ты сводишь меня с ума, секс-бомба моя. С тобой всегда взрыв эмоций и невероятный кайф, — c улыбкой сказал и поцеловал её мягкие губы.
— Не очень романтично, господин Атаманцев, — иронично усмехнулась, — но мне безумно нравится.
Обхватив ладонями любимое личико с раскрасневшимися щёчками, посмотрел в красивые глаза, подёрнутые поволокой экстаза, и снова поцеловал. Наши языки сплелись в чувственном и неторопливом поцелуе.
— Не отпускай меня, чтобы не случилось, — тихо прошептала, оторвавшись от моих губ.
— Даже не подумаю, — ответил, глядя в зелёные омуты. — Я тебя ждал всю жизнь.
Соня крепко сжала меня руками и запечатлела на губах самый чувственный поцелуй, от которого моё сердце снова пустилось вскачь.
Моя… Моя девочка, ведьма, чертовка, соблазнительница, ласковая кошечка. Уже не представлял как я раньше жил без неё. Существовал в фальшивой имитации. Испытав всю палитру чувств и эмоций с ней, понял, что уже никогда другого не захочу. Мне нужна только она — моя половина, поддержка, любовь, нежность, страсть, которые заполнили зияющую пустоту. Только с ней я могу быть счастливым, ощущать всю полноту жизни. Соня вызывала во мне жажду ярких впечатлений и открытий, но только с ней. С ней я чувствовал себя цельным и счастливым.