Прекрасное табу (СИ)

Движения трайбла очень узнаваемы, прежде всего тем, что когда выполняется какое-то отдельное движение, то оно повторяется несколько раз подряд, и все незадействованные в нем части тела должны быть изолированы, почти неподвижны. При этом поддерживается довольно жесткая позиция верхней части тела, напоминающая танцовщиц фламенко: выпрямленная спина, расправленные плечи, гордо поднятая голова, поднятые и развернутые локти. Танцовщице все время приходится удерживать верхнюю часть тела выпрямленной и почти статичной. В силу этого предъявляются высокие требования к технике бедер и ног, движения которых взяты из восточных стилей и довольно энергичны. Работа рук и кистей в трайбле также близка к таким во фламенко
  
Глава 3. СТАС
 
Сел в кресло напротив друга, закинул ногу на ногу и внимательно посмотрел на него постукивая пальцами по столу.
— Беркут?
Тот, не глядя на меня, открыл шкафчик у стола и выудил оттуда початую бутылку виски и два стакана. Поставил на стол и стал наливать в них янтарную жидкость. Я сделал отрицательный жест, отказавшись.
— Я же просил на работе не…
— Не будь занудой, — ухмыльнулся он, перебив меня.
— Слушай, ты, конечно, мне друг, но я делаю последнее предупреждение.
— Я только в конце дня.
— Я предупредил, — серьёзно посмотрел на друга, который сделал глоток виски, расслабил узел галстука ещё сильнее и откинулся на спинку кресла. — Так что тут было перед тем, как я зашёл?
— Было, не было… Какая, на хрен, разница, Стас?
— Я надеюсь, ты не серьёзно?
— Слушай, сам не хочешь попробовать этот лакомый кусочек, так другим не мешай, — снова усмехнулся друг.
— Не смешивай работу с личным, — строго сказал, внимательно посмотрев ему в глаза, а у самого уже клокотало в груди от возмущения.
— Ладно тебе, я же не собираюсь её принуждать, — скривился Саня. — Пофлиртовал немного.
— Хватать за руки — это флирт? — приподнял я в удивлении бровь. — И она явно не была в восторге от этого.
— А ты прям успел заметить, — иронично усмехнулся Саша. — Она уже почти согласилась на встречу после работы.
— Шутишь? — удивился я.
— Да. Если бы ты не помешал, — друг снова сделал глоток виски и поставил стакан на стол, покручивая его пальцами.
— Что-то это противоречит тому, что ты сам говорил о Софье Андреевне, — улыбнулся я, поглаживая пальцами уголок серой папки и вспоминая её гибкое тело в приглушённом освещении ресторана.
— Ой, все крепости рано или поздно сдаются под настойчивой и умелой осадой, — ухмыльнулся друг, снова вальяжно откинувшись на спинку мягкого кресла и сделав глоток виски. Весело добавил: — А как это бередит кровь! А-ах! — передёрнул плечами Саша.
— Интуиция мне всё же говорит, что Софья Андреевна тебе не по зубам, — с раздражением сказал, почувствовав укол ревности.
— Это мне? Чем сложнее задачка, тем слаще награда. Сам-то давно пробовал? — друг сделал глоток янтарного напитка. — Сука! Возбудился только от одной мысли об этом. Какая у неё кожа, а волосы, заметил? А попка? Так бы и оседлал эту кобылку… поджарил бы во всех позах. Интересно, как она отсасывает?
— Беркут! — строго перебил, потому что уже закипал от негодования. — Я не хочу, чтобы моя компания запачкалась делом о домогательствах, поэтому предупреждаю, — заиграл желваками, — не переходи границ!
Друг немного оторопел, замер, посмотрев на меня. А у меня от одной мысли, что Сонечка будет с другом, неприятно сдавило грудь.
— Ты чего так завёлся? Ревнуешь?
— При чём здесь я?! — с раздражением встал с кресла и, спрятав руки в карманы, подошёл к большому окну. — От её спортсмена огрести не боишься?
— Нужно действовать осторожно. Тут ты прав, — Сашка издал смешок, прислоняя стакан к губам. — Ох-х, я от азарта, реально, сильно возбудился!
Повеселев от принятого виски и распалившись предстоящей игрой, Саша резко встал с кресла, стал рядом и положил руку мне на плечо.
— Не хочешь посоревноваться кому достанется приз? Кто первый опрокинет эту недотрогу? Будет ещё интереснее. Как в студенческие годы… А-а?
 
— С ума сошёл?! — с укором посмотрел на друга, горящими глазами. — Саш, нам же уже давно не двадцать! И это было всего один раз… — задумался, погрузившись в воспоминания, — о чём я потом сильно пожалел, — тихо добавил. — Соню не трогай. Лично передо мной будешь отвечать.
«Он реально меня уже бесит. Саня, Саня…»
— Ладно-ладно. Я пошутил, — хлопнул меня по спине. — Расслабься. Может, в клуб? Оттянемся, снимем девочек?
— Рано мне расслабляться, — развернулся к другу и грустно вздохнул. — Я начал процесс развода и сейчас любой мой шаг может быть использован против меня.
— Решился значит. Давно пора.
— Ты же понимаешь, что я не могу рисковать. Таня угрожает лишить меня возможности принимать участие в воспитании Катюшки.
— Стерва!
— Саш, ты вообще-то о моей жене говоришь, — остудил друга.
— А что? Я всегда тебе говорил, что она ненормальная собственница и стерва. Она же тебя реально изводила, а потом совсем с катушек съехала. А до свадьбы как же умело притворялась паинькой, — возмущённо покрутил друг головой. — Вот поэтому и не женюсь, — усмехнулся. — Боюсь нарваться на такую же сумасшедшую или меркантильную суку.
Снова вздохнул. Напряжённая, нервная ситуация с женой и разводом совсем меня вымотала. Расслабиться мне, конечно, не мешало бы, но совсем не в том ключе, который предлагал Сашка. Нервы были на пределе. «Приеду домой и выпью стаканчик. Может к психологу обратиться?» — проскочила мысль. Подошёл к столу, взял серую папку с анализом Софьи Андреевны и направился к выходу.
— Пойду поработаю. Отвлекусь, — обернулся к другу. — Смотри, не перебери с выпивкой. Завтра утром совещание, — сказал напоследок другу и вышел.
— Не боись, — усмехнулся Саша мне вслед и остановил. — Может, всё же со мной?
Я отрицательно мотнул головой.
Зашёл в свой кабинет, упал в кресло, открыл папку и стал внимательно изучать содержимое. Погрузился в цифры и графики. А Сонечка, профессионал. Никогда бы не подумал. Анализ был настолько подробным и развёрнутым, что тут только идиот не разберётся. Хотя, Сашкины мысли были совсем не об этом в её присутствии.
Нажал кнопку селектора, второй рукой ослабив галстук.
— Светлана Николаевна, сделайте мне кофе, пожалуйста, и можете быть свободны на сегодня.
— Хорошо, Станислав Викторович.
Вникая в суть анализа, мои мысли возвращались к Сонечке и словам Беркута. Раздражение на друга нарастало всё сильнее. Мне ужасно не понравилось, как он говорил о ней. Почувствовал неприятное зудящее чувство: «Ревность?» — не мог понять. Но то, что мне была неприятна мысль, что Сашка задумал затащить её в постель — это факт. Признавал, что и сам неоднократно помышлял об этом. Слишком много места последнее время стала занимать в моих мыслях эта зеленоглазая соблазнительница. А обстоятельство, что она была моей подчинённой, меня ужасно злило. Ещё в самом начале профессиональной деятельности дал себе зарок — никаких романтических и сексуальных отношений на работе, тем более с подчинёнными. Это мешает работе и характеризует начальника как несерьёзного профессионала.
Закрыл глаза, осознавая, что, несмотря на усилия, никак не мог отделаться от мыслей о ней. Представлял её без одежды, нежную кожу под своими ладонями, как впиваюсь в мягкие полные губки, кусаю шею, её соски… как разрываю на ней узкую юбочку, грёбанную шёлковую блузку, так аппетитно обтягивающую её грудь в кружевном белье, и трахаю в своём кабинете… прямо на этом столе… Догадки о том, какая она на вкус, какого цвета, как стонет, как больше любит, сводили меня с ума. Вспомнил пошлую фразочку Сашки о том, как она отсасывает, и яйца свело от возбуждения. «Ведьма! Уволю, блядь!» — кинул ручку на стол, чувствуя каменный стояк в штанах. «Как теперь работать?» — схватил ключи со стола и поторопился покинуть офис. Списал своё навязчивое желание и фантазии о Софье Андреевне на долгое воздержание и направился в клуб, где собирался выжать из себя все силы, чтобы их даже на фантазии не осталось.