Прекрасное табу (СИ)

— Это Макс, друг Сони.
Я пожал ему руку, а тот с любопытством рассматривал меня пронзительным взглядом. Словно изучал, оценивал. Интересно, что их с Соней связывало? Друг? А может бывший любовник? Чёрт! Почему я думаю об этом?
— Так и о чём вы хотели поговорить? — серьёзно спросил, посмотрев на Киру и переведя взгляд на Марка.
— Стас, это очень важно, — начал было Марк, но Кира, тронув ладонью его руку, остановила.
— Соне нужна помощь…
— Помощь? В чём?
Попросил Светлану, чтобы нас не беспокоили. Предложил им присесть, опустился в кресло, сложив руки на столе, и внимательно смотрел на неожиданных гостей.
— Кофе, чай? — вежливо предложил.
— Её нужно спасать! — взволнованно и теряя терпение, выпалила Кира.
— От кого? — с невозмутимым спокойствием ответил.
— От Соколовского, от его… — Кира осеклась. — Вы не понимаете во что она ввязалась. Говорила ей, предупреждала… — голос девушки задрожал, слёзы появились в её глазах.
— О чём вы? — внимательно посмотрел на девушку.
Марк сжал её руку.
— Они с Кирой созванивались постоянно. Вчера Соня не появилась на занятии йогой, а сегодня не отвечает на звонки, — спокойно сообщил Марк.
— Уехала, — пожал я плечами. — Она же теперь занятая женщина.
— Вы не понимаете… Она бы мне сказала! — голос Киры сорвался. — Она хотя бы написала мне. Поражаюсь вашему спокойствию! Вы же её любите, признайтесь! — она вскочила с кресла, метая в меня молнии гнева.
— Кира, — остановил её Марк, приобняв за плечи.
Девушка посмотрела на Марка, давая понять, что держит себя в руках. Заметил, что таинственный друг сверлил меня взглядом.
— Я не знаю причину её поступка и что между вами произошло, — пробасил он, не отрывая от меня взгляд. — Но Соня просила у меня помощи, сказала дело опасное, и я могу отказаться. Она попросила передать информацию для вас, предупредив, чтобы я был осторожен. Сказала, что может её доверить только вам, и вы знаете, что с ней делать.
Я перевёл взгляд на Марка.
— Не знаю, что она имела ввиду.
— Как вы не понимаете! — снова в разговор вступила Кира. — Она с ним только ради мести и ради вас!
— Меня? — удивился я.
— Да! Соколовский… он… Вы знаете, что он был её отчимом? — Мы с Марком кивнули. — Он совратил её, когда ей было семнадцать, удерживал, манипулировал, говорил, что она никому не нужна, что её ждёт позор, если расскажет кому-то… А когда она захотела освободиться, то вынудил её отдать ему всё, что принадлежало ей по праву! А ещё… совершить ужасную ошибку… — Кира говорила очень эмоционально, голос её дрожал. Переживала за подругу. — И вот снова вернулся, шантажировал её. Хотел, чтобы она подставила вас, помогла завладеть вашей компанией, но она… Соня отказалась.
Гнев поднялся внутри меня. Гадкий ублюдок… значит всё так и было, как предполагал Марк. Моя девочка…
— Чем шантажировал? — спросил я севшим голосом.
— Это очень личное, — опустила взгляд девушка. — Я не могу об этом говорить. Только Соня… сама может рассказать…
— Ладно, — успокоил я её. — Продолжайте.
— Когда вы увидели ту запись… — Кира всхлипнула, из её глаз потекли слёзы. — Она не изменяла вам в ту ночь… Он принудил её, шантажируя… А она воспользовалась электрошокером и сбежала. Но Соколовский… в общем… его угрозы продолжали сыпаться… Она мне не рассказывала подробностей, но сказала одно: «Он не оставит в покое ни меня, ни Стаса». И тогда я поняла, по её взгляду, что она задумала — она пойдёт к нему ради вас. Я пыталась её отговорить…
— Меня?
И тут я впервые задумался над причиной этого. Опустился в кресло, ослабив галстук. Налил воды в стакан и залпом осушил его. «Моя девочка… Так вот почему она ушла к нему, дала понять, что не любит… Это было его условие взамен на моё благополучие, отказа от плана по захвату моей компании… Боже… Соня…»
— Она всегда подозревала, что Соколовский причастен к гибели её отца. Записи в дневнике её мамы, который она недавно нашла, подтвердили это. Там она писала незадолго до своей смерти, что узнала правду. Авария была подстроена.
 
Посмотрел на Марка.
— Не удивлюсь, если этот подонок избавился от свидетеля, — тихо сказал тот.
— Вы сказали, что она должна была передать какую-то важную информацию?
Марк перевёл взгляд на парня с татуировками.
— Макс.
— Три дня назад она просила помочь взломать систему безопасности, чтобы отключить камеры.
— Где?
— В особняке Соколовского, как я потом выяснил. Соня украла с его сервера важную информацию, и должна была вчера со мной связаться.
— Стас, — вступил в разговор Марк. — Думаю, что она украла финансовые отчёты теневого бизнеса Соколовского. У нас есть догадки, что он отмывает деньги криминальных авторитетов, но доказательств никому до сих пор не удавалось добыть. Это…
— Я понял, — сжал челюсти и шумно выдохнул.
— Если он узнал, — голос Киры дрогнул. Она закрыла ладонями лицо. — Мы должны её спасти. Вы представляете, что они могут с ней сделать?
Марк обнял девушку успокаивая и усадил в кресло. Я налил воды и протянул ей. Кира дрожащей рукой взяла стакан и молча кивнула мне.
— Так… — потёр я переносицу, пытаясь сохранить здравый рассудок и трезвые мысли, хотя гнев и ярость рвались наружу от осознания, что Соня в лапах этого ублюдка. Ещё страшнее было от мысли, что криминальные авторитеты узнают об утечке. — У вас этой информации нет? — я посмотрел на Макса.
— Она в хранилище, зашифрована, но я её не смотрел, — серьёзно сказал парень. — Соня просила… она сказала, что если не выйдет на связь со мной на следующий день, то есть вчера, то я должен передать её вам.
— Так чего вы ждёте? — парень нервно сглотнул. То ли боялся ввязываться в это, то ли я слишком грозно спросил. — Боитесь?
— Вы же гарантируете мне защиту? — он обернулся на Марка, потом снова посмотрел на меня. — Знаете как-то… с криминалом дел не приходилось иметь…
— Я гарантирую, — твёрдо сказал, уверенно посмотрев парню в глаза. — Давай, хакер работай. Марк, — махнул головой, позвав его на минутку отойти, чтобы переговорить с глазу на глаз.
Макс расчехлил свой ноутбук, а мы с Марком отошли к окну большого кабинета. Я шумно выдохнул, засунув руки в карманы брюк, чтобы хоть чем-то их занять, потому что жутко чесались что-то разбить, выплеснув гнев.
— Владимир Алексеевич доверяет Руслану. Он сказал, что в прокуратуре есть люди, давно мечтающие прижать Соколовского.
— Да. Изворотливый только гад. Ты же понимаешь, что средства у нас ограничены. Мы можем только санкционировано действовать.
— А эта… украденная информация… её разве можно использовать в качестве доказательств?
— Не знаю… если показать очень заинтересованному лицу, которому можно доверять… Она может послужить поводом к санкционированному обыску. Если это сохранить в тайне, действовать быстро и неожиданно, чтобы Соколовский не пронюхал… тогда может быть шанс.
— Соня не выходит на связь… Не думаешь, что Соколовский уже знает, что она сделала?
— Тогда плохо, — шумно выдохнул Марк. — Он может уничтожить все улики, перепрятать… А она…
— Чёрт, — прошипел я сквозь зубы, сжав кулаки. — Нужно срочно действовать! — сорвался с места и стал ходить вдоль окна.
Набрал единственного человека, которой мог оперативно помочь, имел связи на самом верху и которому я доверял. Через четыре гудка услышал знакомый низкий голос.
— Отец, есть дело срочное и очень важное. Очень…
Через десять минут я уже просматривал файлы, расшифрованные Максом. Адреналин подскочил в крови так, что в ушах шумело, гнев рвался наружу. Помимо бухгалтерии тёмного бизнеса, там были все данные по отмыванию Соколовским криминальных денег: имена, фамилии, счета, подставные фирмы. Все данные об откатах по тендерам. А одна папка содержала видео-компроматы на такое количество людей из областной и городской администраций, прокуратуры, следственного комитета, полиции, даже акционеров крупных банков и компаний, что я даже счёт им потерял. Все не смотрел, достаточно было только пару фрагментов, чтобы понять, что на них: стриптиз, развлечения с проститутками, причём некоторые из участников были с очень нестандартными сексуальными пристрастиями, употребление наркотиков. Любой каприз, за бабки Соколовского. Он устраивал жадным до халявы и развлечений чинушам релакс-вечеринки, чтобы потом шантажировать в своих целях. Держал их за яйца так крепко, что у бедняг из-за страха потерять должность, а может и получить срок, не оставалось выбора…