Ядовитая, или Хозяйка Черной Пустоши (СИ)

— Несколько лет назад неизвестная золотая сила уничтожила скверну. Ваш отец, — император кивнул мне, — хотел убрать стену, чтобы у людей была возможность расселяться туда, куда они хотят, но это не все. Мало кто знает, что стена не простой магический конструкт. Ваш предок создал ее, чтобы она защищала от скверны очищенные земли.
— Я читала в исторических хрониках, что это сделал ваш предок Небесный, — не поняла я.
— Мой предок имел дар очищения, а ваш, Анодея, познающего, исправляющего. На основе даров всех десяти драконов, что пришли в этот мир, он создал стену. В то время она была нам необходима, но и это не все. Драконы, которые жили в этом мире, пострадали из-за Помозейской стены.
Я молчала, давая императору все высказать, лишь оттянула Максимилиана от него подальше, а то этот пострел уже пытался вытащить меч из ножен и хитро поглядывал на золотую печать на поясе.
— Излучения Помозейской стены не дает местным драконам соединиться со своей ипостасью, – опять вскрики в зале, значит, не все тут настолько близкие императору, что знают правду. Я, кстати, так и подозревала, что местные не просто так лишились своей ипостаси. Правда, я считала, что это пришлые из зависти лишили местных крыльев, — Те, кто уже рожден, не получит дракона, но, если убрать стену, вновь родившиеся станут полноправными драконами.
Я кивнула, понимая, о чем говорит император. Местные драконы не могли иметь магию в человеческой ипостаси, лишь в теле дракона они могли что-то там магичить, это и есть их отличие от пришлых, которые могли применять магию и в человеческом теле, и в драконьем. Сейчас все потомки местных драконов — маги, и они навсегда лишены дракона. Обидно, конечно, но думаю, если драконы опять начнут рождаться, то Макс не будет как белая ворона. И сможет нормально жить без вечного преклонения перед его второй ипостасью. И сможет найти себе драконицу… Я замерла, разглядывая заинтересованного сынишку, который уже посматривал на трон, пока все заняты разговорами.
— Что нужно делать? – спросила я. Не знаю, почему я верила императору, может быть, потому что золотая сила обнимала его, собирая вокруг в кокон, и я не чувствовала от него негатива. Может, потому что Макс ему сразу доверился, а познающего так просто не обманешь, даже молодого. Может, просто хотелось, чтобы драконы не просто так назывались, а по-настоящему имели своих хищников и парили в небесах этого мира. Или я почувствовала душевную боль за спиной своего истинного и его страстное желание летать. Я еще помнила, каково это, когда от тебя уходит что-то родное. Как пусто в душе, когда остаешься без дара.
— Ваш сын должен отключить стену.
В зале была такая тишина, что я слышала звуки на улицы, жалобного ветра, который завывал в щелях окон, и шелест листвы на деревьях, даже далекие голоса слуг, что неслышно порхали по коридорам.
Император кивнул, и со стола стянули ткань, скручивая ее на длинную палку.
— О-о-о, — довольно выдохнул Максимилиан, и я тоже замерла, разглядывая артефакт. Это была карта земель империи, покрытая переливающимся куполом. Миниатюрная, но такая детальная, что мне показалось, я даже наши земли разглядела. Но самым большим потрясением была зеленая капля печати на куполе, и это говорило, что ее создал дракон, предок моего Максимилиана.
— Ему просто нужно снять печать, и стена исчезнет, — сказал император. Моя золотистая сила убрала зелёные нити дара Максимилиана от артефакта. Пока я не пойму, чем это грозит, он к нему не притронется. Император сначала посмотрел на насупившегося Макса, потом на задумчивую меня.
— Значит, это правда, вы можете сдерживать его? – сказал он и пригласил рукой следовать за ним. Мы подошли ближе к артефакту. Лихо закручено, тут все, столько заклинаний и столько всяких магических замков, что глаза разбегаются, вот бы все это зарисовать сначала.
— В моей сокровищнице есть записки первого Сахрами о том, как создавалась стена, — Император словно понял, о чем я думаю, увидев мою подозревающую мину, улыбнулся. — Ах, не смотрите на меня так грозно, госпожа Анодея, кстати, можете обращаться ко мне по имени, Магнус, — за спиной скрипнул зубами Амарант, того и смотри эмаль всю сжует. Не все ж мне страдать от ревности.
 
— Мне они нужны, — тут же сказала я, — интересные плетения заклинаний, я такое встречала только на карте Карва Мида.
— Да. все старые артефакты созданы вашим предком, Анодея, — Магнус, как-то слишком близко оказался возле меня и склонился над картой, показывая мне, где находится стена.
—Получается, если печать снять, стена пропадет? – Я рассматривала переплетённые нити заклинаний. Может, Магнус и не знал, но тут стоит замок по типу «свой чужой» и если печать будет снимать не Сахрами, то он пострадает. Я пытливо взглянула в серые глаза императора.
— Только вы Сахрами можете снять печать, наверно, так ваш предок пытался защитить свой род от истребления, — император хмыкнул, пристально вглядываясь в мои глаза.
— Мы снимем печать, — я выпрямилась и прямо посмотрела на императора, а потом покачала головой и недовольно посмотрела на сидящего на троне Максимилиана и пытающуюся стянуть его оттуда Арию. Амарант стоял рядом, как скала, и просто пытался прикрыть детей свой широкой грудью. Ну говорю же, ни на минуту нельзя спускать глаз с этого шкодника. Император заулыбался, но я увидела в его глазах стальной блеск, поэтому, когда троица подошла ко мне, я выдвинула свои требования.
— Мы снимем печать, но с условиями и клятвой, — сказала я и приближенные императора недовольно зашептались. — Думаю, обсуждать наше соглашение, нужно не при всех, — я уверенно посмотрела на Магнуса. Император был умным, по крайней мере, он не стал со мной спорить и просто кивнул своим министрам и военным, которые тонкой струйкой выползли из зала. Остались лишь стражники, охраняющие артефакт, да мы. Тоний со скучающей миной, он мечтает вернутся домой к Сайсе, и ему не до чего дела нет, и дети, которые держались за Амаранта.
— Думаю, вам стоит вернуться в наши покои, — сказала я Амаранту и выдержав горячий взгляд синих глаз, и в который раз поставила над картой защиту от зеленых нитей Макса, – Присмотри, чтобы он не разобрал дворец по кирпичику, как раз поучишься спасать мебель, пригодится.
Мы с императором перешли в небольшой кабинет. Ничего необычного: добротный стол, массивное кресло, узкий неудобный стул напротив, на который пришлось сесть мне.
— Ваши условия, — Магнус убрал с лица доброжелательность и смотрел холодным взглядом.
— Мне не нужен ваш трон, — прямо сказала я, — я даже принесу вам вассальную клятву, но опять же свою вассальную клятву, — уточнила я, — Но я хочу, чтобы вы обещали мне неприкосновенность моих земель, они должны быть неотторжимыми и навсегда закреплены за родом Сахрами.
В кабинете мы провели пару часов, нам даже перекусить приносили, я скрупулёзно собирала и вносила все условия, которые считала нужными, и, вспоминая моменты, когда я на Земле читала длинные юридические документы. Главное — не забыть про мелкий шрифт, улыбалась своим мыслям.
— Очень жаль, — сказал император, когда нам принесли печать и он заверил три экземпляра магическим артефактом.
— Жаль тех необжитых земель, которые я у вас выторговала, — я была довольна нашими переговорами и сейчас радостно потирала ручки. Как только спадет стена, земель у рода Сахрами значительно прибавится. Мало ли, может, у Макса будет орава детей. «Земель много не бывает» такой лозунг я сейчас брала за главный.
— Жаль, что я не ваш истинный Анодея, — Магнус проводил взглядом своего казначея, который понес один из документов в сокровищницу. Я удивленно посмотрела на Магнуса.
— Вы удивительная, умная, смелая, сильная, прекрасная, вам, как любому драгоценному камню, нужна роскошная оправа.
Я продолжала удивлённо коситься на императора: он что, ко мне клеится?! Насколько я знаю, у него есть жена и несколько фавориток, а ему все неймется, вот козел.
— Думаю, вы еще встретите свою истинную, ваше императорское величество, — сказала я нейтрально, а про себя подумала: чтобы она тебе весь мозг вынесла, и хитренько про себя захихикала. Потом сложила свой документ в сумочку, оберегая коконом из золотистой силы.