Ядовитая, или Хозяйка Черной Пустоши (СИ)

‒ Милый мне страшно! ‒ тут же влезает Карана.
‒ Видать, поселилась, пока нас не было, ‒ другой мужской голос, ‒ хорошо, что мы первые сюда пришли. Командир, что делать с тушей?
‒ Мясо не ядовитое тащить и рубить, хорошая еда, ‒ прогудел над головой голос Волка. Он медленно шел к берегу, а я, не могла заставить себя отцепится. За спиной переговаривались мужчины, где-то в стороне стенала о своем страхе Карана.
‒ Бедовая, второй раз я тебя спасаю, ‒ сказал он без злости.
‒ И оба раза ты в этом виноват, ‒ не оставила без ответа.
‒ Дея, ‒ прошептал Волк и я почувствовала на своей щеке его дыхание.
 Глава 11 
Я открыла глаза, чтобы встретиться с его голодным взглядом, из-за черного зрачка глаза кажутся черными и манят как магниты, притягивая к себе, и заставляя весь мир вокруг кружится как на карусели. Мгновение и наши губы встречаются и плевать на тех, кто ходит рядом. Это так сладко, что замирает сердце.
‒ Командир ты ей, что искусственное дыхание делать собираешься, ‒ хохотнул один из его воинов. Я выскальзываю из рук Волка, плюхаюсь в воду, осознаю, что стою голой перед чужими мужиками, но Волк рыкает на них, и те тут же отворачиваются. В следующий раз буду купаться в рубахе, решаю про себя.
‒ Может, уже уйдете, дайте мне одеться, ‒ сижу в воде по шею, и стараюсь прийти в себя. Слишком много всего случается за короткий промежуток времени, мой разум не поспевает сориентироваться, то ли мне переживать из-за того, что меня чуть не сожрала змея, то ли мне нервничать из-за поцелуя Волка, все же я замужняя дама.
‒ Сейчас госпожа, змеюку нужно на берег вынести.
‒ Карву говорим, что остаемся, тут работы на целый день.
Четыре мужика еле тащили змею. Ее охват в диаметре не меньше полметра, вот эта махина как они ее так быстро убили.
Дар тут же влез, что ее убил он, а они просто порубили хвост, да меня освободили. Я боялась взглянуть на Волка. Его легкий поцелуй жег мне губы, а тот экстаз, когда я его ощутила, был сравним с настоящим оргазмом, до сих пор не могу в себя прийти.
Вечно, как он появляется рядом, что-то происходит. Украдкой взглянула на него, хмурится, поджимает губы, думаю не очень ему нравится его поцелуй. Просыпается любопытство, что же такое сделала ему Анодея. Виновата ли она в его шрамах и переломах. Что-то мне подсказывает, что да. Тогда понятно почему его так коробит, когда я рядом, но в то же время удивляет тяга ко мне. Я почувствовала его желание, такое мы женщины сразу чуем. Его раздирают противоречия и если сначала это была только ненависть и злоба, то сейчас его качает из стороны в сторону. Может сказать ему что я не Анодея? А зачем? Наверно я покраснела, можно считать себя сумасшедшей, меня тут чуть змея не сожрала, а я о мужике мечтаю, или это дар. Я подозрительно замерла, прислушиваясь к телу. Дар тут же вышел из тишины и фыркнул на меня, не он это.
Когда утаскивают змею, я решительно одеваюсь, через какое-то время приходит в чужой рубашке Карана, косится на меня злым взглядом, это она еще не видела наш поцелуй, потому что Волк стоял к ней спиной. Она тоже начинает быстро одеваться.
Змею уже разложили на широких листьях тут же растущего растения и облили водой, один из мужчин, маг воды. Интересно наблюдать, как вода сама каплями поднимается в воздухе и по воле мага обливает светящее тело змеи.
‒ Это огромная удача, что вы выжили, ‒ сказал один из воинов.
‒ Дар спас, ‒ не преминула я сообщить. Нужно вытребовать себе свою порцию мяса. У меня голодных ртов под сто штук, ‒ Так что добыча моя.
Остальные посмотрели на Волка, который уже облачился в рубаху, его сырые волосы крупными кольцами обрамляли смуглое лицо, с них капала вода. Одна бровь следопыта приподнялась, и он посмотрел на меня с сомнением.
‒ Не верите, разрежьте, внутри все кости скелета в труху перетерты, это мой дар сделал.
‒ Я думал она только по ядам, ‒ шёпотом сказал один из воинов, но я услышала и повернулась к нему.
 
‒ Я познающая, ‒ твёрдо сказала я, ‒ мой дар не яды, мой дар ‒ познание, всех свойств сущего, и изменение этих свойств, если вам это чем-то говорит.
‒ Да я просто так сказал, ‒ воин сделал шаг назад, что меня удивило, но дар тут же сообщил, что он мои глаза сделала светящимися зеленым светом вот этот и испугался. Я чуть не застонала от его самоуправства, я тут нас обеляю как могу, а он все портит.
‒ Это не справедливо отдавать все мясо ей, ‒ вылезла вперед стряпуха.
‒ Карана, ‒ холодно посмотрел на девушку Волк, и она замолчала, обиженно пожав губы. ‒ Думаю Ядо… госпожа Анодея не будет против, если нам за разделку туши и снятия шкуры перейдет половина мяса, ‒ Волк внимательно посмотрел на меня словно чего-то ожидая.
‒ Конечно так и поделим, ‒ с облегчением тут же согласилась я. Я уже поняла, что разделать эту тушу мои старики и воины будут не в состоянии. Тем более, снимать шкуру нужно умеючи, а кто сделает это лучше охотников.
‒ Значит, договорились, ‒ Волк подал мне руку для скрепления сделки, которую я осторожно пожала, ‒ мы обрабатываем шкуру и даем вам половину, и половину мяса.
Я запоздала, поняла, что не знаю, как обрабатывать мясо змеи, вдруг там что-то нужно по-особенному делать, но кивнула. Все же из ста человек хоть кто-то это делать точно умеет.
Два воина остались сторожить мясо, а мы потопали назад в лагерь. На улице было уже темно и холодно, я поглубже зарылась в капюшон плаща. Хорошо догадалась обернуть сырые волосы в полотно. Пусть дар их немного подсушил, но все равно, можно простыть, и никакой дар не поможет.
В лагере меня тут же окружили женщины, провели в жарко натопленную кибитку, сушили мне волосы и удивлённо восклицали от моего рассказа. Было так хорошо, так приятно, что обо мне заботятся, за меня переживают.
‒ Я бы там сразу и родила, ‒ придерживая большой живот сказала Майра, ‒ госпожа, значит, завтра мясо будем разделывать?
‒ Да, ‒ я зевнула, ‒ завтра разделываем мясо, так что придумывайте, что с ним делать.
‒ Вот бы ледяные лари, что у нашего господина в замке были, ‒ сказала Рада еще одна беременная, но с меньшим сроком.
‒ Да где теперь те блага, ‒ сказала еще одна женщина, которая мягко разглаживала мою ночную рубашку руками, у нее небольшой дар воздуха незаменим при глажке белья.
В кибитке ненадолго все замолчали. Вообще, все старались не вспоминать то, что было до того, как мы ушли в ссылку слишком это больно для тех, кто потерял семьи, но иногда на всех находит и хандра, и депрессия. И тут главное, чтобы рядом были те, кто поможет все это пережить.
Пришла Люсина с полным подносом еды, за ней, как привязанный косолапо шел гнум, вызывая у всех улыбки.
‒ Госпожа, ‒ девочка поставила поднос и поклонилась, ‒ а можно мне дать имя гнуму.
‒ Конечно Люси, ‒ сказала я, ‒ он твой.
Девочка пискнула, подхватила большеглазого гнума и понеслась на улицу.
‒ Ох балуете вы ее, госпожа Анодея, ‒ покачала головой Майра.
‒ Она будет моей первой помощницей, Шена уже ее учит, и хочу, чтобы она была под защитой. Прирученные гнумы хорошие защитники. Думаю, если будет возможность, нужно купить еще детенышей.
‒ Охотники говорят, что спасу от этих гнумов нет, в том году на одну из деревенек напала стая, сделали подкоп под забор, спаслись немногие, ‒ сказала, передергивая плечиками Рада, почему-то покраснела.
Женщины переглянулись и засобирались на выход, осталась одна Майра с кипой бумажек.
‒ Ты не голодная? ‒ спросила я ее и, дождавшись, покачивание, набросилась на еду. ‒ Что там у тебя?
‒ Железо, что нашли охотники в руинах хорошее, ‒ сказала девушка, Темий просит его на оружие пустить, отец сказал, что сделает, ваше слово решит куда его.
‒ Пускайте на оружие, ‒ кивнула, ‒ на меня уже два раза нападали твари, так что я понимаю, что оружие сейчас нам нужно. Как дела с магами?
‒ Тоний сказал, что будет обучать магии десятерых юношей и еще пятерых их тех, кто младше, будет готовить к инициации.