Брак без выхода. Мне не нужна умная жена (СИ)

Ты хочешь уехать от меня подальше.
Я понимаю.
Больно. Я сам виноват. И это все меня дико раздражает и цепляет, но, наверно, я понимаю.
Пока она продолжает выпаливать слова чаще, чем пулемет, я думаю. А может, это действительно выход?
Ты сжираешь мои мысли.
И это плохо. В парадигме моего мира — это очень-очень плохо. Нелюбовь, нахуй этот сопливый бред! Но я от тебя завишу. Возможно, разлука пойдет нам на пользу. Мои порывы к ней поутихнут, я смогу взять себя в руки и продолжать делать дело. Отпустить? Никогда. Но остыть — это звучит, как что-то разумное…
- Хорошо.
- …Я обещаю, что…- Лили замирает, - Что?
Я слегка усмехаюсь.
- Иди собирай вещи, Лили. Ты вылетаешь через два часа. Хватит?
Она молчит. Смотрит на меня с недоверием, и да, это еще один удар, который я не хочу получать.
Снова перевожу взгляд на огонь и меланхолично добавляю.
- Али поедет с тобой. Будешь дурить…
- Не буду!
- Тогда что ты до сих пор здесь делаешь?
Ей хватает. Через мгновение слышу быстрые шаги, как открывается дверь, а потом она переходит на бег.
А я внутри тлею и вою. Не хочу, но так надо.
Это действительно необходимо.
Мне нужно остыть.
- Что произошло между вами, Малик? - Багир тихо спрашивает, а я беру хрустальный графин и наливаю еще одну порцию.
Сегодня ночью нажрусь так, чтобы не помнить.
Не хочу.
Блядь, не хочу даже думать, что моя спальня опустеет. Не будет ни ее, ни Нади. Нихрена. Снова…
- Она…
- Оставим эту тему.
- Я волнуюсь за тебя, брат, - еще тише говорит, перейдя на наш язык.
Даже наклоняется ближе.
Понимаю.
Некоторая информация — это опасно. А что-то совсем нельзя произносить вслух. Вот так и живем…
Хмыкаю и дергаю плечами, делая большой глоток алкоголя.
- Из-за чего ты волнуешься? Она просто телка.
Смотрю на брата твердым взглядом.
- С чуть большими привилегиями.
Я знаю, что ты знаешь, что я знаю…Тупая детская хрень, которой мы в детстве изводили отца, но сейчас это очень в тему.
Я знаю, что он знает, что я знаю: ты врешь, Малик. И ладно мне? Это не очень-то важно. Ты врешь себе, и в этом главная проблема, дорогой мой друг…
  
«Сельдяной король»
 
Лили; месяц спустя 
Совсем недавно я узнала, что есть такая рыба, как сельдяной король. Она больше похожа то ли на монстра из какого-нибудь сай-фая, то ли на ужасно печальное создание из серьезного, японского мультфильма. Ну, я не про дурное что-то говорю, а про стоящее. Типа «Унесенные призраками».
Глупые ассоциации, в курсе, но и рыба необычная. В свое оправдание.
Во-первых, она просто гигантская! Серьезно. Может достигать четырнадцать метров в длину, и это только зафиксированные особи. Между прочим! Во-вторых, у нее очень необычная морда. Здоровые глазюки и губки-поцелуйчики. В-третьих…нет, стоп. Я еще раз должна сказать про ее размеры, потому что она просто огроменная! И знаете, что напугало меня больше всего? Мы и половины не знаем о мире, в котором живем, ведь это только ЗАФИКСИРОВАННЫЕ особи, а вдруг мы вообще живем под еще одним миром, полным других существ?
Ой, что-то меня не в ту степь занесло. Знаю. Простите. Хотя с другой стороны, почему не в ту? Как и с миром, душа может быть настолько же покрыта тайной и мраком. Тебе кажется, что ты все знаешь и человека уже наизусть изучил. Куда больше? А потом — бам! И он стреляет в голову избитому незнакомцу, а тебе с этим жить.
Ежусь, прикрываю глаза, чтобы прогнать страшные картинки из подвала, потом поднимаю фотокамеру и навожу фокус на огромное дерево на вершине горы.
Щелк! И я его поймала.
Ничего особенного, просто расслабление мозга, если честно. Я не придаю значения фотографиям, которые делаю здесь. Ну, кроме фотографий Надии и родителей Малика. В них, конечно, очень много души, а эти моменты стоят того, чтобы их поймать.
Я живу здесь уже месяц. У его родителей огромный, шикарный особняк в пригороде Сочи. Территория. Баня. Домик для гостей, в котором мы с Надией и поселились. Ну, как «мы»? В основном я. Внучку они от себя почти не отпускают, но я не против. Правда. Во-первых, они ее очень любят. Во-вторых, она их тоже. В-третьих, мне нужно было время прийти в себя.
Спойлер: я не пришла.
Первые две недели, когда я просыпалась, сначала не верила, что мне удалось вырваться, а потом усиленно благодарила Бога, что мне все-таки удалось. О том, чтобы сбежать, я больше не думаю. Страшно. Но хотя бы так.
Он звонит.
Но я с ним не разговариваю. В основном эту роль перехватывает его мама, реже отец, чаще Али. Последний все пытается сунуть мне трубку, видимо, получив «приказ», но я всегда нахожу способы избежать разговора, а дочь нередко мне в этом помогает. То опрокинет на себя миску с фруктовым пюре, то упадет, то уронит что-нибудь. И господи! Я так рада тому, что могу проделывать такие фокусы почти постоянно. К сожалению, «почти» здесь горит красным, потому что пару раз мне все-таки пришлось услышать его голос слишком близко.
Мурашки, руки тряслись, глаза начинали слезиться. Мне больно. Обидно. И мне очень страшно, поэтому да. Я рада. Не сбежала, но вырвалась, даже если это обыкновенный мираж, ведь он может приехать в любой момент. Но не приезжает.
И хорошо.
Я не хочу его видеть. Я все еще не готова. Ведь я все еще его люблю…
Такая тупость, согласитесь. Но чувства не делятся на черное и белое, они не бывают простыми, а мои чувства — это что-то безумное. Настолько запутанное, что иногда я сама не понимаю свою душу, но…да. Она бьется по нему, и я хочу увидеть Малика, но когда представляю, что действительно его вижу — меня начинает колотить.
Это похоже на гребаные американские горки.
Гребаные горки…
Говорят, самое ужасное в них не скорость, даже не виражи. Это состояние, когда ты себя не контролируешь, и мир вокруг себя тоже. Что-то извне решает, когда подкинуть вверх, когда рухнуть в пропасть. Не ты. Тебя никто не спрашивает.
И это то, что я ощущаю по отношению к нему. Меня бросает из одной крайности в другую. Я злюсь, хочу плакать, иногда мечтаю вернуться в прошлое и сбежать из того зала, а не строить из себя Мать Терезу. Да, бывает, что я дохожу даже до таких крайностей. Когда особенно сильно болит внутри, или когда я по-настоящему скучаю…
Ненавижу американские горки.
Господи, неужели это всегда так сложно? Любить? У моих подруг все иначе. Почему тогда так в моем случае? Вопрос интересный, и их становится все больше…
Например, вчера. Кое-что случилось, когда мы играли с Надией, и я не могу перестать об этом думать…
Моя свекровь уехала на рынок за продуктами, а свекор ушел вниз по холму в деревню, чтобы помочь что-то починить своему приятелю. Мы с Надией остались одни, засели в гостиной. Я сделала пару фотографий, пока она бродила под моим контролем вокруг и разводила беспорядок. Да, Надя это любит. Ей, как любому ребенку ее возраста, все нужно исследовать и потрогать. Дело дошло даже до книг! А с ними она расправляется с особой жестокостью всегда. Как-то раз даже порвала одно из самых первых изданий Гете. Коллекционное. Я думала, что Малик нас убьет, но он отнесся спокойно. Даже посмеялся.
Боже, он тогда так натурально смеялся…
Стоп, не думай и не вспоминай. Забыла? У тебя на все ваши моменты эмбарго тверже, чем любое существующее. Я запрещаю себе воскрешать искренность, которой никогда и не было. Она режет сильнее ножа.А теперь вернемся к странностям. Лучше думать об этом. Да, лучше об этом…
Надя встала у книжного стеллажа, глядя вверх, а потом начала требовать книгу. Большую, с красным, красивым переплетом. Я подумала: ну точно, дорогая безумно! Значит, без вариантов. Пыталась увлечь малышку картинками в своем ноутбуке, но тоже пустое. Она встала в позу, начала топать ногами и всхлипывать. Еще чуть-чуть и точно разрыдается! Подумала я и решила, что если покажу ей книгу под контролем, ничего страшного не произойдет.