Камень 1993. Книга 1 (СИ)

— Да два раза́только, — кузен смешно ставил ударение в слове «раза» на последний слог. — Когда нас в часть отправляли и когда дембельнулся. А что?
— Завтра поедешь со мной? С друзьями своими познакомлю. Дело у нас там, поможешь очень, выручишь.
Как раз подошел нужный автобус, свободный — даже несколько сидячих мест было пустых. Мы с Валеркой запрыгнули в него, брат углядел девчонок в коротких платьицах и начал пробираться поближе, по-обезьяньи хватаясь за поручни сидений. Огромные сумки он просто без задней мысли оставил на полу, чтобы не мешались.
— Красавицы, можно с вами познакомиться? — оригинальный подкат, ничего не скажешь. — Я тут из армии дембельнулся, приехал в милицию устраиваться. А это брательник мой. Айда с нами по городу погуляем!
Неугомонный Валерка подмигивал мне, жестами показывая, что возьмет себе ту, что ближе к окошку, а мне оставит ее подругу. Вот только я ни с кем знакомиться не планирую, у меня Вероника есть. Но так, чисто теоретически, если вдруг выгорит — на что он рассчитывает без денег? Скорее всего, Валерка об этом даже не думал. У него же подход простой: главное, в драку ввязаться, а там видно будет.
— Спасибо, нет, — холодно, но при этом вежливо ответила одна, маленькая и курчавенькая, ее как раз выбрал себе в пассии мой кузен.
— Быдло, — тихо, но отчетливо пробурчала вторая.
— Валер, пойдем, — я тронул его за плечо. — Такие даже внимания твоего не стоят. А вам бы, девушки, вежливости побольше. Не идет вам грубить.
— Ой, начинается, — скривила губки та, что оскорбила Валерку. — Ты на себя посмотри сначала…
— Вот так, да? — грустно сказал кузен, и в автобусе повисла гробовая тишина.
Правда, ненадолго — к нам подошла полная кондукторша неопределенного возраста с кричащим макияжем. Из ее черной сумочки с надписью «ПАТП-1» торчал скрученный рулон билетиков и несколько разноцветных купюр.
— За проезд оплачиваем, — низким прокуренным голосом потребовала она, и я протянул без сдачи. За себя и за кузена. Ах да, еще за багаж ведь надо. Добавил.
— Вот так вот, мать, — Валерка повернулся к кондукторше. — Ты к ним со всем душой, а они тебе — от ворот поворот… Я, вообще-то, их защищать приехал. В милицию поступать.
— Нужно мне больно, — скривилась девчонка, которую, наверно, можно бы было назвать красивой, если бы ее не уродовала брезгливая ухмылка. — Таких ментов… Лучше с бандитами.
— Ты… ты… — несчастный Валерка хватал ртом воздух, не найдя, что ответить.
— Пойдем, — я решительно потащил брата прочь. — А вы, девушки, зря так.
— Отвали, — бросила в ответ брезгливая.
— Правильно! — принялась горланить толстая тетка с клетчатой сумкой. — Голь перекатная! Еще совести хватает к девушкам подходить! Нажрались, и хоть бы что! Не стыдно?
От такого поворота и у меня дар речи пропал. Я посмотрел на тетку, которой уже кто-то ответил, причем защищая нас. Потом перевел взгляд на брезгливую. Прямые белые волосы, почти платиновые, темно-синее платье с рюшами, черные замшевые туфли. Ноги длинные, загорелые — но почему же мне так противно?
— Наплюйте на них, парни, — проскрежетал чей-то голос. — Их еще жизнь накажет…
Я увидел того, кто это говорил — высокий смуглый мужик в солдатском хэбэ. Выражение лица мрачное, как будто весь мир ненавидит. И смутно знакомое… Точно, это же он рыбу ловил на набережной возле видеосалона. Городок маленький, неудивительно.
— Пошли, Оксан, — автобус как раз подъехал к остановке, и курчавенькая слегка подтолкнула брезгливую в синем платье к выходу.
Проходя мимо нас, девушка, которую подруга назвала Оксаной, скривила лицо. Валерка смотрел в пустоту, он был в шоке. Я проводил взглядом брезгливую… И неожиданно увидел нашего изошника, который тоже ехал в этом автобусе. Жил Шляпников, насколько я помню, неподалеку от нас в частном секторе, и ему как раз надо было выходить.
— Семен Аркадьевич, здравствуйте! — я поприветствовал преподавателя.
— О, Вадим! — поздоровался изошник. — Не сразу тебя увидел, спиной сидел. Жаль, мне сходить надо.
 
Шляпников, поторапливаясь, пошел на выход вслед за девчонками, одновременно вышел и мрачный рыбак. Нам же оставалось еще пару остановок, и тут начался один из самых ходовых отрезков маршрута. Едва последние пассажиры сошли на асфальт, в автобус тут же ринулось раза в три… нет, в четыре больше народу. Старушки с котомками, дедки с клетчатыми сумками, ведрами и даже корзинками, школьники, молодые женщины, одна из которых была заметно в положении. Точно — здесь же, во-первых, универмаг «Русь» неподалеку, а во-вторых, собес и женская консультация.
— Садись, садись, бабуль! — Валерка отвлекся от нанесенных ему душевных ран и помог скрученной в узел старушке с собачкой. — Слышь, малой, ты еще насидишься, когда таким же станешь. А сейчас постоишь, не развалишься.
Он уверенно отодвинул в сторону оторопевшего парня, который хотел занять свободное место. Затем помог бабушке взгромоздиться на сиденье, схватил безмолвную собачонку, водрузил растерявшейся хозяйке на руки.
— Спасибо, сынок, — улыбнулась она. — Сейчас уже тимуровцев-то не осталось…
— Ничего, бабуль, мы их отыщем и вернем на место, — то ли пошутил, то ли совершенно серьезно ответил Валерка. — Я для этого в милицию к вам и приехал устраиваться.
— Вот это дело, — оживилась бабулька. — Побольше бы таких, как ты, сынок, глядишь, и порядку было бы больше. Вот, помню, при Сталине…
Пенсионерка принялась рассказывать историю из своей молодости, когда все молодые даже принципиально не садились в транспорте — стыдно было слабость показывать, не принято. А милиционеры были рослые, гладко выбритые и в красивой форме. Не то что сейчас — как крысы в своих серых шкурах или даже вовсе «как фрицы».
Валерка заметно повеселел, а я выдохнул, наконец-то расслабившись. Кажется, с первым ударом городской жизни он справился, уже хорошо.
— Вот это встреча! — автобус подъехал к очередной остановке, принимая новую порцию пассажиров, в числе которых был еще один старый знакомый.
Да что у них тут, медом намазано, что ли? Только вот этого мне совсем не хотелось видеть. И тем более разговаривать.
  
Глава 13
 
— Че вылупился? — Ромаха, улыбаясь щербатым ртом, шел в нашу сторону, раздвигая других пассажиров. — Вот мы и встретились!
Наши попутчики отводили взгляды, делая вид, что все происходящее их не касается. Ввяжешься в подобное — себе дороже. Могут и ножичком пырнуть.
— Пойдем выйдем? — предложил он.
— Можно, — спокойно ответил я. — А то я думал, что ты дальше поедешь. Остановка-то наша.
Ромаха смутился, но ненадолго. Кажется, он уже окончательно пришел в себя после ДК и горел желанием поквитаться.
— Вадюх, это кто? — нахмурился Валерка. — Ты его знаешь? Друган твой? А то смотри, мы ему быстро щас…
— Спокойно, брат, — я чуть поднял руку в остерегающем жесте. — Да, мы знакомы, все в порядке.
Автобус подъехал к нашей остановке, зашипели двери. Мы вышли, причем Валерка замешкался, пробираясь через толпу к своим сумкам. Салон вместе с нами покинули еще несколько человек, которые тут же двинулись прочь ускоренным шагом, отчетливо понимая, что пахнет жареным. А те, кто ждал, поскорее погрузились в автобус.
— А ты еще кто такой? — Ромаха посмотрел на Валерку, ища, до чего бы докопаться. — Кто ты по жизни?
— Человек я, — брат догадался, что дело дрянь, но пока не предпринимал никаких действий. Помнил наш уговор. Хотя вряд ли это надолго.
— Человек? — ухмыльнулся гопник, и я понял, что пора прекращать всю эту блатную эквилибристику.
— Короче, тебе что нужно? — я расправил плечи и встал поудобнее, на случай если Ромаха решит начать драку. — Рамсы попутал? Не ты ли тогда перед пацанами ныл, что претензий нет? Еще что-то предъявить хочешь?
Беспредельщик из Восьмого микрорайона раскрыл было рот, чтобы осыпать нас с братом отборными угрозами и витиеватыми оскорблениями, но так и застыл. Как рыба на берегу или впечатленный ребенок. Похоже, тогда он просто не поверил, что я всерьез могу дать отпор. Списал на случайность, везение, еще что-то. Но тут в его голове что-то сломалось, ведь я опять сразу перешел в атаку.